Девушка с мороженым

Гайдуков Сергей

– Например? – полюбопытствовал я. – Как обычно усмиряют человека, который постоянно с вами живет в одной квартире и постоянно хочет вас убить?

– Не постоянно, – возразила Марина. – Наверное, сегодня он просто был расстроен. Иногда он приносит мне цветы, делает подарки... А иногда – кричит, что я тупая стерва. Когда он сказал это в последний раз, я его ударила.

– А он?

– Он заплакал, – Марина вздохнула. – Мне сразу стало его жалко. Но ударить было просто необходимо. Не то чтобы я его ненавидела, нет. Просто он стал другим, дерганым, подозрительным. Забросил свою

фирму. И теперь, как оказалось, он ищет человека, который бы меня убил. Забавно. Но это именно в стиле Жорика – он мало что может сделать сам, своими руками. Ему нужны исполнители. А исполнителей для такого дела он не найдет.

– Вот тут вы заблуждаетесь, – сказал я. – Если он пообещает хорошие деньги, то...

– Мне пора бежать из дома?

– Я как раз хотел предложить вам что-то в этом роде. Пожить некоторое время у подруги или у родственников. Может, Жора соскучится до такой степени, что резко поумнеет.

– Поумнеет? Ну это вы загнули, Костя. Он говорил вам, почему, считая меня стервой, не хочет развода?

– Говорил. Ему страшно представить вас с другим мужчиной.

– Именно. Последнее время он помешался на этом. При том, что я никогда не стремилась заводить романы на стороне, Жора меня просто достал своими подозрениями...

– А вы не хотите развестись?

– Я? – Марина задумчиво оглядела комнату, оглядывая сервант, книжные полки, стойку с аппаратурой, эстампы на стенах... Наконец она собралась с мыслями. – А зачем? Жора меня не слишком беспокоит. А бросать квартиру и уезжать куда-то на новое место я не хочу. Я слишком много сил и времени потратила на эту нашу квартиру. Сама делала ремонт, сама расставляла мебель, подбирала шторы, люстры, все такое прочее. Жорику некогда. И теперь оставить все? Нетушки. – Она воинственно посмотрела на меня, как будто именно я покушался на ее собственность. – А вы... Спасибо, что проявили заботу, Костя. Но я не слабая, я не забитая. Я вполне могу за себя постоять. Можете спокойно ехать по своим делам.

– А вы любите мороженое? – неожиданно даже для самого себя спросил я.

– Мороженое? – удивилась Марина. – А, та фотография. Раньше любила. Сейчас – нет. Слишком много калорий. А я слежу за фигурой.

– Зачем? Вы же не заводите романы на стороне, а Жора вам безразличен.

– Как это, «зачем»? Вы что, бреетесь только перед тем, как лечь с женщиной в постель?

– Ну-у, – замялся я. – Не совсем так, но...

– Понятно, – сказала Марина. – Я слежу за своей фигурой просто для себя самой. Мне нравится хорошо выглядеть. И кстати, секс меня не слишком волнует. Вот подобрать новые ручки для шкафов – это да. Этим я способна заниматься часами. Понятно?

Я кивнул. Но Марина еще не закончила.

– Если вы думали, что придете сюда, напугаете меня до смерти затеями Жоры, а я кинусь вам на шею в поисках защиты, а вы используете ситуацию, чтобы затащить меня в постель...

– Ничего подобного я не...

– Не хотели затащить в постель? Значит, хотели трахнуть меня прямо на полу. Я не дрожу от страха, как видите. И, как я уже сказала, секс меня не волнует. Не вижу причин, чтобы вы дальше оставались в этом доме. А вы?

Я был раздавлен,

сплющен, перемолот и выброшен на помойку. Оставалось только встать, развести руками и выйти.

– Не забудьте снять тапочки, – сказала Марина.

– Ну знаете, – возмутился я. – Может быть, я и надеялся вас завалить на диван – может быть! – но я уж никак не собирался похищать ваши тапочки!

– Кто знает, кто знает, – заметила Марина. – От мужчин можно ожидать чего угодно. Особенно от холостых.

Я стоял в прихожей и зашнуровывал туфли, когда кто-то вставил ключ в замочную скважину. На всякий случай я шагнул назад, обернулся к Марине и спросил:

– Жора?

– Н-да, – хмуро произнесла Марина. – Сейчас будет пятиминутка ревности, а потом я надеюсь все-таки вытолкнуть вас за дверь.

Она переоценила свои возможности и недооценила возможности своего мужа.

5

– Не стойте тут как столб, – прошипела Марина. – Идите в зал, сядьте там на стул и сидите. Не стоит бросаться ему сразу в глаза. А то он совсем взбесится.

Я последовал ее совету. И подумал о том, что Жора может прийти домой и не один. А с тем человеком, которого он отыскал в какой-нибудь пивной. Для решения своих семейных проблем. Я выскочил в прихожую как раз в тот момент, когда в дверном проеме показался Жорин живот. Потом появилось и все остальное. Как настоящий семьянин, Жора в первую очередь поприветствовал супругу:

– А, это ты, змеюка подколодная... Опять целый день дома без толку просидела, стервоза. Небось ужин сготовить руки не дошли...

– Какой еще тебе ужин? – последовал ответный удар. – Пиво – очень питательный напиток, а от тебя несет так, как будто ты ехал домой в пивной бочке. Тебя еще не спрашивают, на каком ты месяце беременности?

Жора собрался ответить и даже раскрыл рот, но в этот момент заметил меня. Это зрелище на некоторое время основательно выбило его из колеи. Он смотрел на жену, на меня, потом опять на жену и опять на меня.

– Ты! – ткнул он в меня пальцем. – Так ты что... Передумал? Ты все-таки пришел, чтобы...

– Размечтался! – фыркнула Марина, одним словом разбив мечты своего мужа вдребезги. Лицо Жоры сразу же потемнело. Он понял, зачем я здесь.

– Так ты... – Жора захлебнулся презрением и не смог закончить фразу.

– Он, – ткнула в меня пальцем Марина. – Еще один свидетель твоего идиотизма!

Это она сказала совершенно напрасно.

– Ты же меня предал! – собрался наконец с мыслями Жора. – Ты приехал сюда, чтобы на меня настучать?! Этой стерве?!

– Слушай, милый, – Марина скрестила руки на груди. – Я затыкаю уши, когда мы с тобой один на один. Но если ты будешь меня поносить при посторонних – я напомню тебе, что такое боль в паху после удара вот этой вот ногой! – И она показала, какой именно.

– Неужели? – с каким-то странным азартом спросил Жора. – Ты меня ударишь?

– Без проблем, – спокойно произнесла Марина.

– А вот хрен тебе!

Я почувствовал себя лишним при этой милой семейной сцене. Я хотел осторожно пробраться по стеночке к двери, но не тут-то было.