Девушка по вызову
Шрифт:
– Удивительно, что человек с такими взглядами работает няней. Я так понимаю, что вы милы только с детьми, а их родителям хамите, да?
Келли глубоко вздохнула и приказала себе успокоиться. Фултон провоцирует ее. Он знает, что ей некуда деваться, и намеренно издевается. Его устраивает, что она проведет здесь выходные? Отлично. Но пусть готовится к тому, что игра будет идти по ее правилам!
– Извините. – Келли улыбнулась как можно сердечнее. – Я просто немного растерялась. Но сейчас все в порядке. Главное для «Суперняни» это
– Для «Суперняни»?
– Так называется наше агентство. Вы могли видеть рекламу по телевизору.
Эдуард задумчиво поскреб щетину на подбородке.
– Это где еще у собаки розовый бант на шее?
– Да.
– А, знаю… Слушайте, а не вы ли там снимались?
Келли кивнула.
– То-то мне ваше личико знакомым показалось. Вы же суперняня месяца?
– Да.
– Какая честь. Вот уж не думал, что бабуля настолько расщедрится. Вы очень дорого стоите?
– Миссис Клеверли настаивала на том, чтобы ее внуком занималась няня месяца, – оттарабанила Келли.
Она старалась не думать о том, что взгляды и вопросы «малыша Эдди» смущают ее все сильнее. Похоже, Агнесс ошиблась с прогнозом. Эдуард Фултон вовсе не собирался сбегать от своей няни.
– Это мне нравится… Я люблю все самое лучшее, – задумчиво проговорил Эдуард и, прежде чем Келли опомнилась, сорвал с нее бело-голубую кепку.
Водопад густых белокурых волос обрушился на ее плечи. Келли побелела от ярости.
– Красиво… – Он протянул руку, чтобы потрогать мягкий локон, но в ту же секунду Келли больно ударила его. – Эй, что вы себе позволяете?
– Что вы себе позволяете, хотела бы я знать? – прошипела она.
– В вашем агентстве все занимаются рукоприкладством?
– Это самооборона!
– О да, можно подумать, я на вас напал.
У Келли задрожали губы. Этому мерзавцу не вывести ее из себя, что бы он ни делал и ни говорил. Нужно было срочно менять тактику.
– Да, Эдди, прости меня. Мне не следовало так поступать, – произнесла она тоном, в котором всегда разговаривала с пятилетками.
Ровные брови Фултона поползли вверх.
– Эдди? Мы уже переходим к неформальному общению? Мне это нравится, хотя лично я предпочитаю Эд. Эдди слишком похоже на Тедди, а мне не хочется, чтобы меня звали как медведя.
– Как скажешь, Эд, – смиренно ответила Келли. – Хотя Тедди тоже очень хорошее имя.
Фултон с подозрением покосился на нее, ожидая подвоха, но на личике Келли застыло ангельское выражение.
– А как мне вас называть, дорогая няня?
– Ты можешь звать меня просто Келли или няня Келли. Как тебе будет удобнее.
– Няня Келли. Обалдеть.
– И ты должен пообещать мне, что больше не будешь говорить в моем присутствии таких плохих слов, – нахмурилась Келли.
Эдуард закусил губу.
– Ты действительно собираешься разыгрывать из себя няню?
– А у меня есть другой выход? Меня наняли присматривать за ребенком, и я буду за ним присматривать.
Фултон
– С детства мечтал, чтобы у меня была няня вроде тебя, – наконец сказал Эдуард. – Так что я не против, чтобы ты за мной присматривала. Когда будешь начинать?
Келли в отчаянии швырнула свою сумку на диван.
– Прямо сейчас!
Она лежала в его спальне на громадной круглой кровати, закрытой покрывалом в виде тигровой шкуры, и листала «Плейбой», который нашла тут же.
Он принимал душ в соседней ванной и болтал с ней сквозь открытую дверь. Келли слышала шум льющейся воды и намеренно не поворачивала голову, чтобы случайно не увидеть лишнего.
– Ты уверена, что не хочешь потереть мне спинку? По-моему, это входит в обязанности няни!
– Если бы тебе было пять лет, тогда да. Но восьмилетний мальчик сам моет себе спинку! – крикнула Келли и перевернула следующую страницу журнала.
– А вдруг я поскользнусь и упаду?
– Меньше разговаривай, и все будет в порядке!
– Но ребенка нельзя оставлять одного в ванной надолго. Разве не так?
– Ребенка – можно. В ванной нельзя надолго оставлять взрослого, – едко бросила Келли.
В ответ раздался гомерический хохот.
– Как я погляжу, у тебя солидные познания во многих областях!
– Я работаю с детьми. Иначе нельзя.
Шум воды в ванной прекратился, и голос Келли прозвучал чересчур громко в наступившей тишине.
– А ты попробуй работать с взрослыми, это выгоднее и интереснее, – сказал Эд, выходя из ванной.
Келли повернулась. Как и следовало ожидать, на нем не было ничего, кроме длинного полотенца, обернутого вокруг бедер.
Бедные несчастные полотенца! Их откровенно эксплуатируют авторы любовных романов и сценаристы романтических комедий для создания чувственной ауры вокруг героев. Они должны были уже давно надоесть и читателям, и зрителям, и самим героям. Ну что, скажите на милость, может быть соблазнительного в человеке, который только что принял горячий душ и обмотался продуктом текстильной промышленности?
Оказывается, очень многое. Полотенца срабатывают до сих пор. Сработало оно и сейчас. Тело Эда было создано для обертывания в полотенце. Пропорционально сложенное, стройное, в плечах широкое, в бедрах узкое, мускулистое, смуглокожее…
Келли сглотнула и отчаянно попыталась перевести все в шутку.
– О, Эдди помылся сам. Молодец.
– Эдди было бы намного лучше, если бы его помыли.
Фултон как бы невзначай положил руки на край полотенца. Келли отлично поняла значение этого жеста. Одно легкое движение, и полотенце упадет к его ногам. Ей стало страшно.