Девушка по имени Саммер

Гарвуд Джулия

Она потянула сонного Майкла в спальню, в рекордные сроки его умыла и пообещала, что немного почитает ему «Руководство по бегу трусцой», которое сегодня купил дед. Это будет его сказка на ночь.

Уже через пять минут Майкл спал как убитый. Первая глава книги, казалось, может усыпить любого, решила Саммер. Она вернулась в подвал с книгой в руке и опять начала читать. Пятая глава привлекла ее внимание, и читать она начала уже сосредоточеннее. Глава была посвящена марафонцу, и в ней имелось упоминание о стене, с которой в определенный

момент сталкивается каждый бегун. Это была абстрактная стена, а описание реакции организма было ярким и угнетающим. Тем не менее, каждый цитируемый бегун обещал, что, как только вы преодолеете эту стену, внутри организма загадочным образом появится свежий прилив энергии. Для Саммер все это было китайской грамотой, и ей стало интересно, сталкивался ли с этим когда-нибудь Дэвид.

Дэвид с дедом закончили работу приблизительно в девять тридцать, и Саммер предложила Дэвиду посидеть немного на веранде. Она налила себе и ему по стакану лимонада, и они сидели рядышком друг с другом на ярко зеленых качелях на веранде, потягивая напиток. Он притянул ее ближе и взял за руку.

– О чем ты думаешь?

– О стене, – ответила она. – Стене бегуна. Ты когда-нибудь слышал об этом?

– Конечно, – сказал он. – Это бывает после первых десяти-пятнадцати миль. Ты чувствуешь, будто врезался прямо в цементную стену.

– И у тебя это было? Я имею в виду, с тобой тоже это случалось? И ты смог добежать?

– Я никогда не бегаю больше восьми миль в день, и никогда не испытывал «стену». Если честно, она меня немного пугает.

– Я тоже никогда раньше не испытывала ее, – сказала она и чуть не рассмеялась во весь голос от своего высказывания. Это было преуменьшение года.

– Где ты бегаешь? Я никогда не видел тебя в парке.

– О, только в этом районе, – сказала она. Ей становилось все труднее и труднее врать и при этом смотреть ему в глаза. Было такое чувство, будто у нее вырастает очень длинный нос, прямо как в сказке.

– Ты должна попробовать бегать в парке. Там ровно две мили до ворот и обратно, и беговая дорожка очень легкая на подъем.

– А когда ты бегаешь? – спросила она.

– После утренних занятий. Хотя мне больше нравится бегать по вечерам. До того как поужинаю, конечно же. Красивый закат и все такое. – Он, казалось, был немного смущен своим наблюдением.

– В тебе есть что-то от художника, – поддразнила его Саммер.

– Похоже на то, – усмехнулся он. – Если ты не против, я приеду завтра после ужина, чтобы помочь твоему деду. Мы, кажется, выяснили, что не так с пылесосом.

– Приезжай на ужин, – предложила Саммер. Она знала, что мама не будет возражать. Родители могли и не разделять ее желания поработать в «Пицца-Падл» с Реджиной, но с пониманием относились к приглашениям на ужин. Ее друзьям всегда были рады.

– Ну, если ты уверена, что это удобно, – проговорил Дэвид, и Саммер кивнула.

– Мне пора ехать. – Он быстро поцеловал

Саммер и встал. Поставив их стаканы на поднос, он повернулся к Саммер и притянул ее в свои объятия. – Спасибо за сегодняшний вечер, – сказал он, обнимая ее. – Мне тут нравится.

Она почувствовала, что покраснела, и улыбнулась. Кажется, она даже не могла придумать подходящий ответ.

– Как насчет того, чтобы в понедельник вместе поехать на бинго? Думаешь, твой дед поедет со мной вместо того, чтобы идти пешком?

– Конечно, поедет, – ответила она.

– Я завтра позвоню тебе. – Он наклонился и опять ее поцеловал, Саммер радостно обняла его за талию.

Он с намеком подмигнул ей и стал спускаться по ступенькам.

– Спокойно ночи… Роузбад. – И хихикал всю дорогу до машины.

Прежде чем встретиться с семьей, Саммер подождала отъезда Дэвида.

– Ну, – резко начала она, как сержант-инструктор по строевой подготовке, когда нашла деда и родителей на кухне, – кто посвятил Дэвида в то, что мое прозвище – Роузбад?

Глава 9

– Кажется, я влюбилась, Реджина. По-настоящему, действительно влюбилась. – Саммер говорила, сидя на краю кровати и зашнуровывая новые кроссовки. Ее подруга растянулась поперек кровати и ловила каждое слово Саммер, поедая шоколадное печенье.

– Откуда ты знаешь? Какие признаки? – спросила она. – Не думаю, что я когда-нибудь влюблялась.

– Когда Дэвид и я вместе, это как… – Она подбирала слова, стараясь описать свои чувства.

– Что?

– Не могу объяснить. Вчера вечером Дэвид с нами ужинал, и я съела огромную порцию вареной свеклы и только потом вспомнила, что ненавижу ее. Это пугает, Реджина. Все, о чем я думаю – это Дэвид, что он делает, о чем он думает. И когда я с ним, я чувствую себя… целостной. Я несу полную околесицу, да?

– Нет, – успокоила она. – Хотя, думаю, бредовые речи – неотъемлемый признак состояния влюбленности. Как ты думаешь, я когда-нибудь полюблю?

– Конечно. – Саммер встала и посмотрелась в зеркало. Она была одета в потрепанные джинсовые шорты и майку. – Я не похожа на бегунью, да?

– Нет, но мне кажется, я знаю, чего не хватает, – ответила Реджина. – Тебе нужна бейсболка.

Саммер засмеялась и тут же открыла верхний ящик своего стола. Уложив волосы назад, она осторожно нацепила бейсболку.

– Дед все продумал, – усмехаясь, сказала Саммер. – У меня их пять штук, и все разных цветов.

– Теперь ты похожа на бегунью. Давай, пора идти, – подстегнула Реджина. – Я буду ехать рядом с тобой на велосипеде, буду подбадривать тебя.

Все казалось таким забавным и простым. Пробежав полкруга по парку, Саммер поняла, кто такие эти бегуны. Все они сумасшедшие!

– Мой бок, – задыхалась она. – Реджина, мой левый бок уже отвалился?

– Нет. Ты все делаешь прекрасно. Игнорируй боль.