Девушка на неделю

Мерфи Моника

Она бросила меня на произвол судьбы. Наконец я понял, что она точно не придет, и заснул.

А сегодня все утро не мог поговорить с ней: она куда-то делась.

Как будто прячется от меня.

– Никакого «другого» у Фэйбл нет. Только я, – бормочу в ответ, глядя в открытую дверь, ведущую обратно в дом.

Метнувшись ко мне, Адель хватает меня за руку, впиваясь ногтями в кожу, чтобы я не убежал.

– Дурак. Ты же не знаешь этого наверняка. А я уверена, что эта шлюшка

раздвигает ноги перед всеми подряд.

Я в бешенстве. Еле сдерживаюсь, чтобы не влепить пощечину этой стерве.

– Не смей так говорить о ней, – цежу я сквозь зубы. – Никогда.

– Я слышала, как она назвала его «милый». И сказала, что любит – перед тем как повесить трубку. Это все факты, Эндрю. Она изменяет тебе с другим. – Адель насмешливо хмурится, хлопая ресницами. – Да что не так-то? Ты ее не удовлетворяешь, что ли? Я знаю, что ты изо всех сил стараешься контролировать свои животные инстинкты, но иногда девушкам хочется, чтобы все это выплеснули на них.

– Да пошла ты. Оставь меня в покое, черт бы тебя побрал. И прекрати оскорблять мою девушку.

Вырвавшись из цепкой хватки Адель, отталкиваю ее и быстро захожу в дом. Нужно найти Фэйбл. И убедиться раз и навсегда, что она не болтает с другими парнями, пока находится здесь, со мной.

Да, знаю, у меня нет исключительных прав на нее. Но можно же хотя бы не отвечать на звонки, когда ее могут услышать. Ну в самом деле-то, зачем выставлять меня болваном и давать Адель лишний повод для подозрений.

А что, если Фэйбл и правда встречается еще с кем-то? Черт, это просто невыносимо!

Кровь вскипает в жилах, ревность терзает меня так, что я веду себя как полный придурок. Ношусь по дому, не обращая внимания ни на оклики отца, ни на Адель, которая ворвалась в дом и теперь снова пытается схватить меня. Но Фэйбл нигде нет. Наконец, я замечаю ее во дворе – стоит себе, пыхтит там сигаретой. Мое лицо заливает краска.

«Сейчас кому-то очень не поздоровится», наверное, читается в моем взгляде.

Распахиваю дверь и иду прямо к Фэйбл. Наши глаза встречаются – и я вижу в них страх, опаску и… такую же ярость. Сделав большую затяжку, она выдыхает дым мне прямо в лицо.

Я очень зол. На нее. На Адель. На отца.

На самого себя – за то, что думал, будто у нас с этой девушкой может что-то получиться, хотя ей явно на меня плевать.

– У тебя кто-то есть. – Сразу беру быка за рога.

Она кривит губы, сжимая сигарету в пальцах.

– Поговорил уже с мачехой, я смотрю.

– Объясни мне, что происходит.

– А тебе-то какое дело?

Фэйбл кидает окурок на траву и вдавливает в землю каблуком, оставляя дыру в безупречном газоне. Отец будет вне себя, когда это увидит.

– Я

отвалил тебе чертову прорву денег, чтобы ты изображала мою девушку. Вот какое мне до этого дело.

Хватаю ее за руку и притягиваю ближе, заглядывая в ее пылающие зеленью глаза. Хочу понять, обманывает она меня или нет. Может, все, что было между нами вчера, для нее просто не имеет смысла?

Думать об этом больно. Я сам себе не готов признаться, насколько.

– Так мы опять за старое, да? Получил от меня удовольствие – и все, романтики и нежностей как не бывало. Я для тебя снова «платная подружка»?

Она в ярости. Но я взбешен еще сильнее.

– Говори правду. У тебя есть парень?

– Только если ты расскажешь мне, как умерла твоя сестра! – выпаливает она в ответ.

От удивления я разжимаю руку и отступаю на несколько шагов. Черт. Такого я не ожидал. Надеялся, что у меня есть еще немного времени, прежде чем придется выложить всю правду о Ванессе.

– Нечего там рассказывать, – бормочу я, не желая вспоминать об этом, стараясь заглушить боль, сжимающую сердце.

– Ну да, ты просто забыл упомянуть, что твоя трехлетняя сестра умерла здесь почти ровно два года назад. Теперь я понимаю, почему ты не хочешь возвращаться сюда, Дрю. Я бы тоже не захотела. Уверена, что этот дом полон ужасных воспоминаний, с которыми тебе неприятно сталкиваться.

– Ты чертовски права, Фэйбл. – Она пытается отвлечь меня, а я от этого злюсь еще больше. Все, больше никаких разговоров о моей сестре, – Так кто был этот парень?

– Никто, – мотает головой.

– Кто. Этот. Парень? – выдавливаю из себя каждое слово. Как я устал от ее вранья.

– Что, ревнуешь?

– Да, черт возьми, ревную! – взрываюсь я, не в силах удержаться. – Мы с тобой столько пережили вместе, особенно вчера, и ты еще спрашиваешь, ревную ли я? Еще бы. Для меня это не игра, Фэйбл. Это моя жизнь. И я хочу, чтобы ты стала ее частью. Но если тебе больше нравится трахаться с другими парнями, я этого терпеть не намерен. Мне нужна ты и только ты. И я не собираюсь делить тебя с кем-то еще.

Замолкаю, тяжело дыша, и не могу поверить, что я выпалил все это как на духу. Фэйбл смотрит на меня как на ненормального. Наверно, так и есть, но я больше не мог держать это в себе. Почему-то мне хочется признаться ей во всем.

Вообще во всем – ив хорошем, и в плохом.

– Мы только притворяемся, – шепчет она со слезами на глазах. Одна слезинка скатывается по щеке, и мне так хочется смахнуть ее пальцем, собрать губами. Но я не могу – после всего, что Фэйбл сказала. – Это все не взаправду. Ты просто увлекся своей выдумкой.