Девушка моего друга
Шрифт:
“Прости, что задержался. Буду через двадцать минут”, — пишу в телеграме, чтобы не разбудить, если вдруг занята или задремала, так и не дождавшись моего сообщения. Время позднее, почти одиннадцать ночи.
“Жду!!!”
Три восклицательных знака, надо же. Представляю, как Юля мечется по квартире, разогревает ужин, постоянно смотрит на часы, дожидаясь меня. Почему-то в голове вырисовывается именно такая картина.
Врубаю музыку, еду по опустевшему городу, ловя небывалый кайф от жизни, предвкушая бессонную ночь. Как бы сильно не
Останавливаюсь возле круглосуточного цветочного магазина, долго пялюсь на ассортимент, не зная, что выбрать. Наугад прошу соорудить букет из бело-розовых альстромерий, которые почему-то ассоциируются с Юлей. Такие же нежные и красивые.
Поднимаюсь на четвёртый этаж, не испытывая больше отвращения при виде старого лифта и заплёванных лестниц. Даже запах жареной капусты не бесит, хотя и напоминает об университетских пирожках. Я всегда брал с картошкой, а Руслан — с капустой и грибами.
Звоню в дверь, волнуюсь, что совсем мне несвойственно. Да и цветы тоже для в новинку, дарил их только классной руководительнице на День учителя. Крепко романтика в голову шибанула.
— Привет! — Юля всплескивает руками, как только замечает букет. Растерянно моргает, переводит взгляд на меня, словно не верит, ищет подтверждения, что эти цветы для неё.
— Это тебе, — говорю очевидное. Она берёт альстромерии, прижимает к самому сердцу, радостно улыбается, а в глазах блестят слёзы. Наклоняюсь, чтобы поцеловать, втянуть запах её шампуня, насладиться теплом родного тела.
— Спасибо! — шепчет Юля. — Пойдём поужинаем, иначе мясо остынет.
— У тебя какой-то пунктик насчет еды? Постоянно хочешь меня накормить.
— Не знаю, так принято — готовить ужин для своего мужчины. Мне нравится, — её щеки мило краснеют, взгляд такой искренний и счастливый, что хочется забросить её на плечо и отнести в спальню, а не мясо жевать. Но Юля старалась ради меня, поэтому я подавляю желание и захожу в квартиру.
Запах на кухне божественный.
— Я решила не мудрить, приготовила стейк с грибным соусом и салат с моцареллой, — Юля роется в шкафчиках, достаёт вазу и помещает в неё букет. — Очень красивые цветы, спасибо!
— Ты так рада, словно я новый айфон подарил, а не банальные цветы, — ухмыляюсь, разрезая стейк. Средняя прожарка, как я люблю.
— Да нафиг мне крутой телефон? Что с ним делать? Я в соцсетях почти не сижу, фотографироваться не люблю, а с интернетом мой смартфон отлично справляется. Зато цветы — это мило и романтично! Ничего ты не понимаешь, — машет рукой, смеётся игриво.
Сейчас бы посадить её на стол, снять слишком короткие шорты и довести до оргазма руками, чтобы дрожала в моих объятиях, стонала и царапала плечи. Неимоверным усилием воли возвращаюсь к стейку, пробую — сочное мясо, приятный грибной соус, вроде незамысловатое блюдо, но снова кажется, что Юля готовит лучше ресторанных шеф-поваров.
— Очень вкусно, — от моих слов её глаза горят ярче, ослепляют теплом.
— Я сейчас, — Юля подрывается, убегает в другую комнату.
Успеваю
В горле ком, я, как полный тормоз, смотрю на альбом и не смею его коснуться. Понимаю, что это означает полное доверие со стороны Юли.
— Бери, пока я не передумала, — просит, голос тонкий, срывается.
Открываю альбом, медленно перелистываю страницы, любуясь её творчеством. Хаотичные зарисовки, отрывки комиксов с полноценными диалогами, необычные изображения супергероев, чьи-то портреты. В конце альбома на секунду закрываю глаза.
— Плохо получился? — пугается Юля. — Я сегодня рисовала, спешила немного.
— Ты очень талантлива, — разглядываю собственный портрет, замечаю, что он отличается от остальных рисунков. Словно выполнен с особой страстью, я бы даже сказал — с любовью. Чувствую, что Юля рисовала меня на эмоциях, вложила всю душу в портрет. — Только я получился каким-то идеальным здесь, — отшучиваюсь, потому что страшно — такая дикая буря поднимается внутри, грудь щемит от нежности, кончики пальцев дрожат, и я прячу руки под столом.
— Ты и есть идеальный. Для меня, — признаётся Юля.
Между нами всё серьёзно. Я чувствую ответственность за неё, хочу оберегать и защищать, поддерживать в тяжёлые моменты, разделять с Юлей все радости и печали. Но вдруг не справлюсь? Трусливая глупая мысль, которая сразу же испаряется. Я не идеальный принц из детских сказок, но почему-то заслужил Юлину любовь. Мне тревожно, не хочу разочаровать её или случайно обидеть.
Отныне нас двое. Я пока не готов признаваться в любви. Знаю, что чувство взаимное, но хочу повременить немного, свыкнуться с новой реальностью.
— Спасибо, что показала рисунки. Это очень важно для меня. Я, честно говоря, не ожидал. Тебе нужно издать свой комикс.
— Я думала об этом, — Юля прижимается ко мне, проводит пальцами по щеке. — В голове вертится подходящая история, но я никак не решусь.
— У тебя всё получится, — целую её ладонь, жмурюсь и обнимаю Юлю за талию. — Я очень тронут, портрет и правда чудесный. Умеешь ты удивлять.
— Я старалась!
К чёрту приличия! Больше не могу терпеть, подхватываю Юлю и сажу на стол. Стаскиваю с неё одежду, целую шею, ключицы, грудь, слышу тихие стоны, звучащие как самая приятная в мире музыка, отвлекаюсь на защиту — и погружаюсь в неё одним сильным толчком.
Мы валяемся на кровати, перешёптываемся, смеёмся. С Юлей хорошо и спокойно, словно знаю её всю жизнь. Лениво обвожу полушария груди, вслушиваюсь в звонкий голос, поддерживаю незамысловатый разговор.
— Ты уже искала отца? — спрашиваю осторожно.
— Нет.
— Почему?
— Вдруг я ему не нужна? — вздрагивает Юля. — Глупо, конечно, но я так устала от жестокой правды. Хочу быть счастливой и беззаботной, я заслужила выходные без тревог.
— Звучит не очень правдоподобно, — склоняюсь над ней и заглядываю в глаза, окутанные тревогой и сомнениями. — Ты готова жить в неизвестности несколько дней?