Девушка-лиса
Шрифт:
— А родители уже знают? — спросил юноша, ещё не в полной мере веря, что это реальность.
— Да, папа согласен. Хотя и сказал, что ему жалко тебя. Он считает, что все женщины в браке — фурии. Хотя моя мама всегда была снисходительна к папиным заскокам. Знаешь дом на южной окраине села, такой с красными воротами и зелёной крышей с загнутыми краями, — пришли туда сватов послезавтра. Думаю, в заброшенную пагоду с призраками твои суеверные друзья не пойдут, так что придётся временно погостить у родственников. Ну ладно, до встречи.
И Хэшан почувствовал быстрый поцелуй
На следующий день Хэшан поймал на базаре двух своих приятелей — торговца шёлком Ян Вэня и того же Фокусника, который устроил своим лягушкам пятнадцатиминутный антракт.
— Ребята, я решил жениться, — с ходу выпалил он.
Толстяк Ян Вэнь, первый весельчак в их компании, чуть не упал:
— Ты что, с луны свалился, парень? — Он удивлённо переглянулся с Фокусником, который скорчил на лице мину человека, понимающего, что случай тяжёлый.
— Хватит кривляться, ребята. Я серьёзно говорю.
— Может, всё-таки полечишься? — ласково проговорил Ян Вэнь. — У меня есть доктор хороший, попринимаешь настойку женьшеня от умственных расстройств.
Фокусник согласно кивнул в знак того, что он полностью солидарен с приятелем.
— Э-э, ребята. Мне нужны сваты. Я вам это серьёзно говорю. Вы согласны?
— Да, я вижу, это уже не лечится, — проговорил Фокусник. — Ну что ж, я согласен, а ты, Ян Вэнь?
— Конечно, раз уж дело такое серьёзное. Но, может, ты ещё одумаешься? А девушка-то как из себя, ничего?
— Просто фея. — Про лисицу Хэшан, пораздумав, решил не говорить.
— Все они феи. По крайней мере, до свадьбы. Ну ладно, можешь на нас положиться. О, у меня антракт заканчивается. А когда идти-то? — напоследок спросил Фокусник.
— Завтра.
И Хэшан растолковал приятелям всё, что от них требовалось как от сватов.
— И смотрите у меня, не стройте из себя клоунов, не позорьте меня перед будущими родственниками. Ведите себя как приличные люди в доме моей невесты, — попросил Хэшан, в душе сомневаясь, что они выдержат такое испытание. — На свадьбе рассчитаемся.
— Будь спокоен, мы тебя не подведём, — обещали друзья.
Сватанье прошло удачно. Ну, или почти удачно… Не считая того, что Фокусник попытался украсть инкрустированные палочки для риса, а преподобный Чжань всё время подсовывал жениху собственную супругу. Видимо, он искренне надеялся, что парень перепутает и даст клятву через положенный срок взять в жёны тёщу…
Но вот уже через пару дней Хэшан ходил к родителям невесты как к себе домой.
— Не говори потом, что я тебя не предупреждал, — говорил ему старик-лис за столом, тайком, пока не было жены, наливая парню уже третью рюмку белого императорского вина. — Ты не подумай, что я конкретно
— Да, папа, я уж-же слышал, — кивал тоже нетрезвый Хэшан.
Тёща, которую звали Цай Фэн, приятная женщина средних лет, как раз вошла в комнату.
— Чжань, опять спаиваешь юношу, сколько раз тебе повторять!
— Мама, мы по чуть-чуть! — заступился парень, а старик попытался спрятать голову себе под мышку.
— Хэшан, тебя Сяо звала, она в саду, — с улыбкой произнесла женщина.
В общем, так или примерно так текли для счастливого жениха дни, оставшиеся до свадьбы. Надо сказать, что заброшенный дом, в котором теперь чуть ли не прописался наш студент, существовал как бы в двух измерениях. В одном, видимом для всех людей, это был, как мы уже рассказывали, нежилой полуразвалившийся дом, так что даже местные власти не зарились на него, дожидаясь, пока он сам рухнет. А в другом измерении, мире потустороннем, это был процветающий, хорошо обустроенный дом с ухоженным садом и хозяйством, отделанный во вкусе зажиточной и довольно знатной семьи.
И вот Хэшан, как обычно порядком набравшийся со стариком-хозяином, шатаясь, вышел в сад. Привалившись к яблоне, он спустился на землю и захрапел, обняв ствол дерева с такой нежностью, будто это была по меньшей мере бутылка, а по большей — его невеста, которую он очень любил.
Сяо в это время была занята в другом конце сада своими орхидеями, которые у неё росли и в земле, и в кадках, и в маленьких горшочках. Она понатыкала их повсюду, где только находила клочок земли. Это увлечение у неё пошло с тех пор, как девушка начиталась древнекитайского прозаика Ста Ута.
Сяо как раз готовила горшочек под новый кустик, как услышала громкий лай деревенских собак. Не успела скромная девушка разразиться отборной руганью, как через забор прямо к ней в руки сиганул маленький лисёнок. Девушка загодя услышала, как кто-то прыгнул на забор, заскользил когтями, но все же успел уцепиться за край и перепрыгнуть ограду. Сяо успела подхватить лисёнка, и теперь тот прижимался к ней всем своим маленьким дрожащим тельцем. Шерсть на нём встала дыбом, глаза были выпучены — так напугали бедного зверька деревенские собаки.
— Что случилось, малыш? — спросила удивлённая девушка, когда лисёнок немного пришёл в себя. Она осторожно опустила его на землю и ободряюще погладила по спине — Где твои родители?
— Папа и мама передают вам привет, тётенька. Они сейчас дома. Мы живём в норе у Отбитого вяза, под ободранным ясенем.
— А, так вы Ли Сяны. А ты, должно быть, маленький Востроносик? — На что лисёнок утвердительно кивнул. — Так что за беда с вами приключилась?
Востроносик попытался связно всё рассказать. Но он был так горд, что впервые оказался один так далеко от дома, что сбежал от собак и что вообще именно ему родители доверили столь важное дело — передать сообщение тёте Сяо, — что постоянно сбивался с основного рассказа, чтобы похвастаться.