Девушка из снов
Шрифт:
Окончив школу и поступив в университет, нашла подработку официанткой, и с удовольствием бежала после учёбы в небольшое кафе на набережной.
Родители не препятствовали желанию дочери быть самостоятельной, но отец всё же исправно пополнял её карту с припиской «на непредвиденные расходы». Мари старалась без большой необходимости родительскими деньгами не пользоваться - училась жить «как все». И ей нравилась такая жизнь.
День девушки был загружен до предела учёбой, работой, редкими встречами с друзьями и любимым занятием – гонками на болидах. Это единственное увлечение, которое не поддерживали родители,
Большой любви у Марьяны пока не случилось, несмотря на то, что на горизонте постоянно маячили какие-то поклонники. А «распыляться по мелочам» она не хотела, ждала своего единственного, и была уверена, что обязательно его встретит, и непременно узнает. И дожив до двадцати лет, сумела сохранить самое сокровенное - девственность.
«Седая древность» - как любили повторять её подруги, насмотревшись саги про вампиров. Но древность была не такой уж и седой. Марьяна не была наивной или инфантильной, и не рассчитывала на то, что поразит своего избранника невинностью, и он в знак благодарности будет ей верным всю жизнь. Девушка прекрасно понимала, что современные жёны должны быть распутницами в постели, чтобы супруг не посматривал на сторону. Поэтому основательно готовилась к семейной жизни: не только училась варить борщи, но и изучала психологию секса, занималась интимной гимнастикой, познавала теорию искусства оральных ласк, технику поцелуев, и осваивала эротический массаж.
А ещё исследовала своё тело, отыскивая те самые точки, воздействие на которые уносило её на вершину блаженства. Училась его любить. Ведь если ты сама себя не любишь и не хочешь, как тебя полюбит или захочет кто-то другой?
Девушка давно усвоила, что семейная жизнь строится на многих факторах, но главенствующая роль всё же остаётся за сексом. Она с детства видела, как относятся друг к другу родители и впитывала это как губка.
Нет, они не выставляли свою интимную жизнь напоказ, но Марьяна умела подмечать детали, и видела на первый взгляд невинные жесты и прикосновения родителей: ладонь отца на маминой руке, лёгкое мамино касание папиной щеки, поглаживания напряжённых плеч… Мама даже галстук папе завязывала с особой любовью…
Так что дочь у них выросла девственницей с сюрпризом!
И наверняка какому-нибудь парню несказанно повезло бы с женой, если бы однажды на гонках не произошёл несчастный случай, в результате которого девушка оказалась между жизнью и смертью…
***
Марьяна слышала всё, что происходило рядом: как плакала мама, как ругался папа, как переговаривались врачи, не давая ей ни единого шанса на выздоровление. Слышала, понимала, но не могла пошевелиться, и хоть как-то показать, что она жива.
Тело упорно отказывалось её слушать. Его словно туго спеленали, не давая вздохнуть полной грудью. С глазами тоже было не всё в порядке: девушке казалось, что они открыты, вот только она ничего не видела, словно кто-то повязал ей кусок плотной ткани на лицо.
Это состояние пугало до ужаса, но что-либо изменить она не могла.
На третьи сутки непрерывной борьбы сознания с непослушным телом наступила апатия, и девушка погрузилась в сон.
Но и в нём она тоже оказалась ограниченной
Наконец состояние стабилизировалось, и она сначала села, а потом поднялась на ноги. Осмотрелась…
Встала и осмотрелась! От осознания того, что хотя бы во сне к ней вернулась способность двигаться и видеть, девушку накрыла эйфория. И плевать, что вокруг неё был непроглядный туман. Главное, что он был, и клубился, а она это видела! И даже пыталась потрогать.
Однако ощущение того, что на лице была повязка никуда не делось. Потрогала и попыталась снять. Не вышло - маска словно срослась с кожей. Да и ладно! Это такая мелочь!
Когда немного успокоилась, увидела впереди едва заметное свечение. Пошла на свет.
Но чем ближе подходила, тем более тусклым и дрожащим становился огонёк. Приблизившись поняла, что это была свеча, пламя которой постоянно подрагивало, словно собиралось потухнуть.
Девушка сделала ещё один шаг, и оказалась в странной комнате.
Здесь всё было непривычным: добротная деревянная резная мебель, тяжёлые портьеры, огромный ковер на каменном полу… Создавалось впечатление, что она попала в старинный замок.
Повернула голову в другую сторону, и замерла: в кресле сидел молодой мужчина и внимательно за нею наблюдал.
Он тоже был каким-то "не таким". Бросились в глаза: необычная одежда, тёмно-русые чуть вьющиеся волосы почти до плеч, и порода - в нём чувствовалась сила и власть… Даже сидя в расслабленной позе, он производил впечатление хозяина положения.
Решила рассмотреть получше. Бояться было нечего, ведь это всего лишь сон - она это осознавала.
Подошла ближе. Голубые глаза внимательно следили за каждым движением.
При близком рассмотрении он оказался красавцем: брови вразлёт, шикарные ресницы, прямой нос, высокие скулы, внушительный разворот плеч. Он был принцем из мечты - таким она себе представляла своего будущего мужа. С небольшой поправкой на причёску и одежду.
Вернулась взглядом к лицу. Задержалась на губах. Мужчина облизнулся. Ммм, значит он не так спокоен, каким хочет казаться. Подняла глаза и поняла, что он тоже смотрит на губы. Чуть смутилась.
Захотелось к нему прикоснуться. Потянулась рукой и замерла в миллиметре, почувствовав тепло его кожи. Едва уловимое касание и её накрыло осознание, что он реальный. Испугалась.
Как такое возможно? Может такие реалистичные сны - побочный эффект комы? Заметила, что мужчина тоже напрягся и… возбудился. Попятилась. И снова оказалась посреди тумана...
Оказавшись в палате и осознав, что прекрасный сон, в котором она здорова, закончился, девушка застонала в голос. Но этого никто, кроме неё, не услышал. Она словно была под стеклянной колбой, роль которой исполняло собственное тело.
В душе, рядом с безысходностью, поселилось чувство потери. Марьяна то и дело мысленно возвращалась в старый замок, и жалела о том, что не использовала данный шанс. Ведь это наверняка больше не повторится, и она уже никогда не увидит голубоглазого красавца, который возжелал её от одного прикосновения...