Девушка индиго
Шрифт:
Я протянула свою расцарапанную, испачканную в земле руку мистеру Кромвелю, и он склонился над ней, как ни в чем не бывало.
– Приятно познакомиться. Ваш отец сказал, вы сведущи в ботанике. Я здесь для того, чтобы помочь вам в производстве индиго.
– Рада нашей встрече, – произнесла я в ответ дрожащим голосом. – Вы прибыли вовремя. Мы как раз… то есть я… мы собирали листья индигоферы. Их не слишком много, к сожалению. Случилось нашествие паразитов.
Ко мне подошла маменька, из дома выскочила Полли, и в суматохе, причиной которой тотчас стала моя сестренка, я заметила, как Бен тихонько отступил
Мистер Лоуренс поприветствовал мою мать, представил ей мистера Кромвеля, и я поспешила вмешаться, пока он не начал знакомить ее с Беном:
– Джентльмены, не стоять же нам на солнцепеке, прошу вас в дом. У нас есть охлажденный лимонад, только вчера сделали. Этот напиток освежит вас после долгой дороги. Правда, сахар у нас заканчивается, но остатков пока хватит.
– Ваш отец передал вам с нами два барреля, – сообщил мистер Кромвель, по счастью, не заметивший, что я помешала представить его ученика хозяйке плантации. – Но мешки остались в порту Чарльз-Тауна, к сожалению. Нам не хотелось обременять лишней поклажей этих любезных джентльменов, предложивших подбросить нас на плантацию Уаппу.
Бен тем временем бочком отступил к экипажу и принялся за разгрузку – стащил на землю один тяжелый кедровый сундук; со вторым ему помог Квош.
Если маменьку и озадачило местоимение «нам», произнесенное мистером Кромвелем, она ничего не сказала.
– Что ж… – быстро продолжила я, поскольку надобно было как-то прервать это опасное общее собрание, и вдруг с испугом осознала, что Лоуренсы проехали от Чарльз-Тауна семнадцать миль в конном экипаже, а не приплыли на лодке, как я советовала, – стало быть, их придется оставить ночевать. Мне сделалось дурно. – Боюсь, у нас в доме мало места, мистер Лоуренс. Вы не возражаете, если мы приготовим вам с сыном одну комнату на двоих? В гостевой спальне наверху есть лоджия, так что, возможно, один из вас согласится подышать ночным воздухом залива?
– Это будет замечательно. Правда, Генри?
– Да, отец, – покорно кивнул юноша.
Мистер Лоуренс окинул взглядом окрестности и снова уставился на мое выпачканное в земле и промокшее от пота платье.
– Мы, собственно, у вас проездом. Утром без промедления отправимся дальше.
Я постаралась сдержать вздох облегчения.
А что же мне делать с Беном? Где он будет ночевать? С другими рабами? Почему нет? Нужно было посоветоваться с Кромвелем.
– Мистер Кромвель…
– Зовите меня Николас, пожалуйста.
Я вежливо улыбнулась:
– Николас, я понимаю, что вы устали с дороги, но, быть может, вы все-таки согласитесь приступить к работе прямо сейчас и хоть краешком глаза глянете на сырье, которое мы собрали сегодня?
Кромвель вскинул брови:
– Что ж… э-э… разумеется. Как вы заметили, это моя работа. А вы, как я посмотрю, уже одеты для прогулки в поле.
Последние слова были сказаны с юмором, но моя маменька издала нечто похожее на стон, означавший, что она скандализирована, однако вступать в спор не намерена.
–
А мы с Кромвелем повернули к полям. Полли уже успела хорошенько взяться за Генри, и последнее, что я слышала, когда мы расходились в разные стороны, это был шквал ее вопросов:
– Я слышала, ты приехал сюда свататься к моей сестрице! Это правда? Ты поэтому сюда приехал? Чтобы посвататься, да?..
Действительно, зачем задавать один четкий и ясный вопрос, когда можно использовать столько слов? Моя младшая сестренка была ужасной болтушкой. Ответ я, к счастью, уже не расслышала, но, конечно же, собиралась выяснить всё в подробностях у Полли позднее.
Спиной я чувствовала чей-то пристальный обжигающий взгляд.
Взгляд Бена.
18
Мысли мои неслись вкривь и вкось, как неуправляемая карета, запряженная обезумевшими лошадьми.
Я даже не знала, с чего начать расспросы.
– Должен извиниться, – заговорил, между тем, мистер Кромвель. – Многие приходят в замешательство, когда я представляю им своего негра, Бена.
Я закашлялась, но почувствовала благодарность за то, что он взял на себя труд начать беседу. «Бен здесь!» – метался крик у меня в голове.
– Что вы, я вовсе…
– Вы слишком любезны. Воистину. Я отчетливо видел изумление, написанное у вас на лице. Обычно, если негр сопровождает белого человека, никто не сомневается, что это всего лишь раб. И никто не ждет, что раб будет хорошо одет, и уж тем более что этого негра им представят по имени, как какого-нибудь джентльмена в светском салоне.
– О да, действительно, это было… несколько неожиданно.
– Всему виной мой брат. Он купил Бена специально для нашей плантации на Монтсеррате, потому что этот парень много знает про индиго, а потом наделил его всяческими привилегиями. – Николас вздохнул. – В том числе подписал договор о назначении Бена подмастерьем с правом выкупить свободу.
Я слушала, затаив дыхание. Меня распирало от гордости за Бена.
– Стало быть, суровым хозяином вашего брата не назовешь?
– О, все в точности наоборот – он слишком мягок. Слава богу, в последнее время Патрик часто пребывает в отъезде по торговым делам, так что я успел восстановить некоторый порядок.
Отрадно было узнать, что Бен жил у доброго и справедливого хозяина, по крайней мере пока не попал к Николасу Кромвелю.
– Стало быть, у вас свое дело по производству индиго? Тогда почему же вы приняли предложение моего отца поработать здесь? – спросила я с искренним недоумением.
Он печально усмехнулся:
– Увы, я питаю слабость к игре в карты и едва не навлек на нас неприятности. Предложение вашего батюшки подоспело вовремя – брат заставил меня согласиться. – Николас помолчал. – Ну вот, я поведал о своих грехах. Теперь ваш черед.
– Мой? О чем вы?
Мы дошли до того места, где я оставила свою горстку помощников. Все уже разошлись, только Сара и Того остались сортировать листья индигоферы.
– Как о чем? Во-первых, вы находите удовольствие в работе на земле, а во-вторых, наделены своеволием, что я, впрочем, нахожу весьма привлекательным в представительницах прекрасного пола.