Девушка и призрак
Шрифт:
Сэди надеялась застукать Диаманту с ожерельем в офисе фирмы в Сохо, но не преуспела — начальницу там отродясь не видели. Там полным-полно модельеров, а сама одежда производится где-то далеко отсюда.
Остается одно. Пойти на показ, досидеть до конца, зажать Диаманту в углу и отнять ожерелье.
Или… тоже вариант. Украсть его.
Я вздыхаю, закрываю ювелирные сайты и поворачиваюсь к Сэди. Сегодня на ней серебряное платье, о котором она мечтала в двадцать один, но мама не позволила. Она сидит на подоконнике распахнутого окна, свесив ноги на улицу. Мне видна
— Ожерелье прекрасно подошло бы к этому платью, — вырывается у меня.
Сэди молча кивает. Ее плечи скорбно опущены, что в нынешней ситуации и неудивительно. Мы почти добрались до него. Были в двух шагах. И опоздали на миг.
Сэди, я знаю, ненавидит «разговоры по душам». Но может, ей полегчает, если она выговорится? Хотя бы чуть-чуть.
— Расскажи еще раз, почему ты так любишь это ожерелье.
Сэди молчит, словно не слышит вопроса. Потом говорит:
— Я уже рассказывала. Я становилась красавицей, когда надевала его. Богиней. Совершенно неотразимой. У каждой женщины есть вещь, обладающая такими волшебными свойствами.
— Э-э… у меня, кажется, нет.
Я вообще никогда не чувствовала себя богиней. Или хотя бы совершенно неотразимой. Словно прочитав мои мысли, Сэди оборачивается и с сомнением изучает мои джинсы:
— Похоже на то. Для разнообразия тебе стоило бы надеть что-нибудь красивое.
— Это хорошие джинсы, — раздраженно шлепаю я себя по ноге. — Может, они не верх совершенства… но у них приятный цвет.
Сэди уже обрела боевой дух и потому лишь презрительно фыркает:
— Голубой! Самый страшный цвет из всех возможных. Что за глупость разгуливать с голубыми ногами? Почему они голубые?
— Потому что это джинсы, — пожимаю плечами я. — Какие еще они должны быть?
Кейт отпросилась пораньше к дантисту, и все телефоны в офисе молчат. Пора и мне уходить. Все равно уже конец рабочего дня. Я бросаю быстрый взгляд на часы, потом смотрюсь в зеркало. Модная футболка с затейливым принтом, кулон-лягушка, джинсы и туфли-лодочки. Капля косметики. Все продумано.
— А теперь, — говорю я Сэди как ни в чем не бывало, — можно и прогуляться. Грех пропускать такую погоду.
— Прогуляться? — не понимает она. — С какой целью?
— Без всякой цели!
Прежде чем она успевает возразить, я выключаю компьютер, включаю автоответчик и хватаю сумку.
До станции «Фаррингтон» поезд домчал нас за двадцать минут, если верить часам. Сейчас без пятнадцати шесть. Должна успеть.
— Куда ты несешься? — подозрительно спрашивает Сэди, летя за мной. — Это называется «прогуляться»?
— В общем, да, — мычу я.
И зачем я только потащила Сэди с собой? Ясно зачем, на случай непредвиденных трудностей. Домчавшись до перекрестка, останавливаюсь.
— Чего ты ждешь?
— Да ничего, просто стою, — невинно заявляю я. — Что, постоять нельзя? Воздухом дышу. — Я прислоняюсь к почтовому ящику,
Сэди вырастает передо мной, пристально глядит в глаза.
— Я догадалась! Ты шпионишь! Ждешь Джоша! Признавайся!
— Ну и что? Хочу быть хозяйкой своей жизни. Он должен осознать, что я изменилась. Увидев меня, он поймет, как ошибался. Вот посмотришь.
— Дурацкая идея. Совершенно дурацкая.
— Ну и пусть. Отцепись.
Изучаю в зеркальце свое отражение, добавляю немного блеска для губ, потом стираю. Не стану я слушать всякие глупости. Нечего сбивать мне настрой. Я и сама собьюсь. Джош ни разу не ответил мне честно, в чем корень наших с ним проблем. Но теперь я и сама все знаю! И придумала, как действовать дальше!
После злополучного ланча я восстала из мертвых. Ванная комната теперь напоминает операционную. Я не пою в душе. Почти перестала читать статьи о чужих отношениях. Я даже нашла альбом фотографий Уильяма Эгглстона, но из суеверия не стала брать его с собой. Зато купила другой его альбом, «Лос Аламос». Джош увидит меня в новом свете. Он будет потрясен. Осталось случайно столкнуться с ним, когда он выскочит из офиса. Который находится в двухстах метрах от меня.
Я прячусь в небольшой нише рядом с магазином, оттуда прекрасно просматриваются вход в здание и дорога к метро. Двое коллег Джоша проносятся мимо, и я вся покрываюсь гусиной кожей. Он появится с минуты на минуту.
— Слушай, — искательно смотрю я на Сэди, — ты ведь поможешь мне?
— Каким образом? — надменно спрашивает она.
— Подготовь его слегка. Напомни, какая я милая. Тогда мне будет легче.
— Зачем тебе моя помощь? — ухмыляется она. — Ты же сказала, он растает сразу, как тебя увидит.
— Растает, — соглашаюсь я. — А вдруг не сразу? Хороший пинок еще никому не мешал. От него любой заведется. Даже старая развалюха. Ну, вспомни молодость. Эти смешные машины. Крутишь, крутишь ручку, и вот мотор схватывается и заводится. Ты же помнишь?
— То машины, — хихикает она. — А то мужчины!
— Какая разница! Главное, чтоб он завелся и побежал. А потом уже не остановишь. Я… — Тут я начинаю хватать ртом воздух, потому что вижу Джоша.
Он приближается ко мне, в ушах наушники, в одной руке бутылка воды, в другой ноутбук в новой пижонской сумке. Я в полуобморочном состоянии, но время терять нельзя. Делаю пару шагов и врезаюсь в него.
— Ой, — разыгрываю я удивление, — э-э-э… привет, Джош!
— Лара? — Он срывает наушники и выжидательно смотрит на меня.
— А я и забыла, что ты здесь работаешь. Вот совпадение!
— Да-а-а уж, — задумчиво тянет он и косится на меня с некоторым подозрением.
— Как раз вспоминала тебя на днях, — продолжаю я. — И то, как мы промахнулись с Нотр-Дамом. Помнишь? Как нас сбили с дороги. Потешная история.
Куда я так гоню? Не надо его пугать раньше времени.
— Серьезно? — удивляется Джош после паузы. — Я тоже вспоминал об этом пару дней назад. — Он замечает у меня под мышкой книгу, и глаза его загораются. — Это… «Лос Аламос»?