Девонли. Ритмы ночи
Шрифт:
Она разворачивается, чтобы уйти, но я останавливаю её, начисто игнорируя её едкие слова и тон. Сейчас это вообще неважно.
– Погоди, Катрина. Присядь, пожалуйста, и расскажи мне всё, что знаешь.
– Так ты правда не знала? – обернувшись, спрашивает она уже без издевательских интонаций.
– Да, я не знала.
– Что ж… – Катрина устраивается напротив меня и вновь окидывает изучающим взглядом. – А что они сказали тебе?
– Что у них есть сбережения, чтобы оплатить мою учёбу. Я возвращаю им по частям,
– Вздор! Уж не знаю, что там насчёт сбережений, но твои родители заложили дом, чтобы отправить тебя учиться в эту академию. Проценты и так были немаленькие, а с каждым годом только растут, и теперь твоей семье едва на продукты хватает. В городе давно судачат, что ты сбежала, обчистив родителей до нитки. Неужели не слышала?
– Не слышала.
– И что будешь делать?
– Верну родителям долг, – не задумываясь ни секунды, отчеканиваю я.
– Каким, интересно, образом? – Катрина прищуривается. – Сколько ты тут зарабатываешь? Видимо, мало, раз шлёшь им крохи.
– Я разберусь.
– Ляжешь под кого-то? Ну, а что ещё ты можешь? Ты ведь, по факту, и так торгуешь телом. Так какая разница, где раздвигать ноги: на сцене или в постели.
Вспыхиваю.
– Послушай, Катрина, я не в курсе, чем я тебе так не угодила, но хватит уже оскорблять меня. Мы давно не в школе.
– Не угодила? – вскидывается она. – Мама постоянно ставила тебя мне в пример. «Лили то, Лили сё». Достала. Ты меня просто достала.
– Но я ведь тут ни при чём. Так почему ты вымещаешь злость на мне и сравниваешь с проституткой? – я замолкаю, вновь оценивая её внешний вид, а потом произношу, не подумав: – Или ты говорила о себе?
– Да пошла ты, Брукс! – Катрина вскакивает с места. – Катись ты со своим балетом!
Она покидает кофейню так быстро, что стук каблуков кажется оглушительно громким. Затем хлопает входная дверь – и всё наконец стихает.
М-да… Ну зачем надо было озвучивать последние мысли вслух? Может, у неё просто жених богатый появился. Катрина же красивая, внешность у неё очень притягательная и сексуальная. На таких, как она, мужчины слетаются кучей. Ладно, пофиг. В любом случае это её личное дело.
Достаю телефон и звоню маме. Отвечает она не сразу, а когда я слышу её голос, он кажется мне очень уставшим и расстроенным.
– Лили, ты что-то хотела?
– Да, мам. Я хотела узнать, сколько вам осталось выплатить по залогу.
Сначала мне кажется, что она не ответит, но потом мама вздыхает и озвучивает сумму, от которой мне становится плохо. Даже если я устроюсь на вторую работу, мне столько и за год не заработать. Остаётся лишь один вариант: принять предложение Кристофера и, возможно, влезть в долги.
– Я достану деньги, мама, – произношу, стараясь, чтобы голос не дрожал, но мои старания с треском проваливаются.
–
– Нет, не говори ничего. Я верну долг. Мне нужно идти, мам. Передавай привет папе и Ребекке.
Нажимаю «отбой» и смотрю на визитку, зажатую в другой руке. Я колеблюсь всего минуту и наконец набираю его номер.
Кристофер отвечает после второго гудка, словно ждал моего звонка.
– Мисс Брукс? Чем обязан чести слышать вас?
Его голос насмешливый и холодный – совсем не такой, как в нашу первую встречу, и почему-то сейчас Кристофер обращается ко мне на «вы». Я немного тушуюсь, но быстро беру себя в руки.
– Я согласна работать на вас, – произношу чётко и уверенно. – Но у меня есть условие.
– А вот это уже интересно. Думаете, что можете ставить мне условия?
– Вы хотите купить меня или нет?
– Допустим, да.
– Тогда перечислите мне всю сумму сразу.
– Дерзко, мисс Брукс. Очень дерзко.
Я глубоко вздыхаю, приказывая себе успокоиться, и повторяю:
– Так вы хотите купить меня или нет?
Сердце колотится, ударяясь о рёбра, кровь стучит в висках с такой силой, что я глохну. Если он сейчас пошлёт меня, то я не представляю, где ещё мне достать такую сумму.
– Смелое требование, мисс Брукс, – отвечает Хейз после недолгой паузы. – А если вы не потянете? Если вдруг через месяц окажетесь не нужны нам? Вы можете гарантировать, что этого не случится? Вы настолько уверены в себе?
– Уверена. Если вы сомневаетесь, то не тратьте моё и своё время.
Он усмехается, а я чувствую, как по спине и между грудями стекают капли пота. Не перегнула ли я? Может, стоило прикинуться бедной и несчастной и давить на жалость, а не строить из себя крутую? Нет. Быть жалкой – это убого. Таких людей не уважает никто. А мне важно, чтобы Хейз уважал меня. Сама не знаю почему.
– Я так понимаю, вам очень нужны деньги, мисс Брукс.
– Это… моё личное дело. Если вы передумали…
– Не передумал, – обрывает он меня. – Скиньте реквизиты для оплаты и электронную почту. Через десять дней начинаются репетиции. Вы должны прибыть на место за два дня до начала работы. Все подробности и инструкции будут в электронном письме.
– Получается, у меня есть свободная неделя? – спрашиваю, дрожа всем телом и всё ещё не веря в свою удачу. – Я смогу провести её дома?
– Делай что хочешь, Брукс, – резко переходит он на неформальное общение, и в его голосе проскальзывает раздражение. – За эту неделю ты должна сдать весь перечень анализов и пройти полное обследование организма. Мне не нужны сюрпризы в виде хронических заболеваний или чего похлеще. В каком городе ты пройдёшь проверку – без разницы. Главное – в назначенное время прибудь в порт и сядь на паром, имея на руках все справки и документы. Остальное меня не касается.