Девочки мадам Клео
Шрифт:
Мадам Клео достала из верхнего ящика потрепанный гроссбух в кожаном переплете и открыла страницу за вчерашнее число. Двадцать девушек заняты в Париже, Лондоне, Нью-Йорке – кто где. Три – совершенно точно – в Риме. Две улетели самолетом выполнять заказы, срок которых не исчерпывался одними сутками. Быстро произвела в уме несложные арифметические подсчеты. За последние двадцать четыре часа она должна получить значительные гонорары, но они никак не способны спасти ее. Сотней девушек больше, сотней ночей меньше – это дела не меняет.
Если придется отправиться
В комнату осторожно заглянула ее служанка.
– Что у тебя, Нанти? – спросила она.
– Мартин, по вашему личному номеру, мадам, – сообщила стройная пожилая индианка.
– Да-да, – энергично ответила мадам, хватаясь за телефонную трубку. – Мартин? Какие-нибудь осложнения? – не давая ему ничего сказать, спросила она.
– Все улажено. Если выглянете в окно, то, вероятно, уже увидите первых ласточек.
Мадам Клео откинулась в кресле и отдернула тяжелую штору.
– Только что подъехал фургон с телевизионщиками, – констатировала она.
– Отлично, скоро он будет не один. Все должны успеть к тому времени, когда появится Ши, – сказал Мартин с оксфордским акцентом.
– Кто-нибудь знает, что в меня стреляли сегодня утром?
– Да, я обзвонил всех.
– Мартин, ты молодец. Будем надеяться, что сработает чудесно.
Полного ощущения, что он снова в Париже, у Питера не возникало до тех пор, пока ранним утром в пятницу, пройдя через высокие входные двери, он не оказался в прохладном изящном вестибюле отеля «Риц». Он остановился на мгновение, оглядываясь, словно завороженный, и наблюдал, как швейцар проносит мимо него к стойке администратора его сумки. На него нахлынули воспоминания, и он почувствовал, как слабеют колени. Ах, какой жизнью жил он здесь когда-то!
Администратор приветствовал его с нехарактерной для француза экспансивностью и протянул ему послание, продиктованное по телефону неким мистером Берк-Дайоном, в котором говорилось, что мадам Клео ждет его у себя в три часа пополудни.
Питер попросил швейцара заказать ему такси. Настроение у него поднялось, когда он увидел, с какой стремительностью поползли вверх брови швейцара при упоминании адреса мадам.
Когда такси уже катило по наклонной набережной Флер, Питер заметил, что улица впереди забита беспорядочно припаркованными машинами. Телевизионный фургон стоял прямо против парадного подъезда дома номер четыре.
Питер чертыхнулся и бросил горсть франков через спинку водительского кресла.
– Ладно, выйду здесь.
Его узнали, не успел он захлопнуть дверцу.
– Ба! Питер! Питер Ши!
Питер остолбенел. Он повернулся и увидел бывшего конкурента, Терри Даггена из «Юнайтед Пресс», который стоял поодаль на тротуаре и улыбался ему.
– Здравствуй, Терри!
– С возвращением! Я прочел о тебе в газете, старик. Здорово тебе обломилось, а? «Геральд трибьюн» в понедельник написала, что здешняя леди платит тебе миллион зеленых! Впечатляет!
– Н-да... ну... – неуверенно промямлил Питер.
За
– Объясни, однако, что, собственно, здесь происходит?
Телерепортер нацелился своим большим пальцем на дом.
– Похоже, кто-то саданул из «узи» по твоему здешнему партнеру, – сказал он.
– Что? – спросил пораженный Питер. – Где? Когда?
– Не забудь про «кто» и «почему», – с ухмылкой сказал Терри.
– Все разом.
– Что ж, постараюсь ответить тебе на все разом: сегодня утром кто-то подстроился в хвост ее лимузину и продырявил его насквозь. Она в полном здравии, но мы слышали, что машина была похожа на решето.
Питер указал жестом на толпу:
– Из-за этого все и собрались?
– Она назначила пресс-конференцию.
– Чтобы поговорить о нападении? – скептически, с сомнением в голосе спросил Питер.
– Какая разница, старик? Это все равно, как если бы вдруг сама Гарбо заговорила. Никто из нас никогда не видел эту женщину живьем. В нашей фототеке на нее ровным счетом ничего нет. Никто ее никогда не снимал. А тут вдруг она созывает пресс-конференцию перед своим домом, словно она Мадонна или еще кто-то в этом роде.
Не успел Питер ответить, как заметил высокого мужчину с длинными рыжеватыми волосами, призывно махавшего из конусообразного витражного окна, примыкающего к парадной двери.
– Рад тебя снова видеть, Терри, но ты уж меня извини, ладно? – Он повернулся и торопливо взбежал по ступенькам.
Когда он оказался на верхней ступеньке, парадная дверь распахнулась. Только Питер шагнул в открытую дверь, под локоть его взял молодой человек.
– Где вы пропадаете? Она ждет вас, – сказал он с заметным оксфордским акцентом.
– Мне кажется, мы незнакомы.
– Простите, мистер Ши. Я помощник мадам, Мартин Берк-Лайон. А вы, насколько я понимаю, Питер Ши? Прошу вас. Мадам у себя в кабинете.
Берк-Лайон повернулся и жестом указал на высохшую пожилую женщину в свободном сари.
– Нанти вас проводит.
Питер послушно проследовал за индианкой по затененному коридору в глубину особняка.
В маленькой, заставленной всякой всячиной комнате было душно от экзотических ароматов, духов и, как ни странно, запаха сигар.
Питер услышал, как за спиной у него с глухим стуком закрылась тяжелая дверь. Все стихло.
Поскольку никакого представления не было, ему оставалось предположить, что женщина, склонившаяся над письменным столом, – та самая, которая намерена отвалить ему целый миллион за пересказ истории ее жизни.
Женщина подняла палец, показывая, что через мгновение освободится, потом положила на стол ручку и подняла голову; она ослепительно улыбалась.
– Мистер Ши, – сказала мадам Клео чарующим голосом, – вы намного моложе, чем я себе представляла. – Она на секунду опустила голову, глядя на него из-под густых черных ресниц. – И более красивы, если мне будет позволена такая интимность. Пожалуйста, присаживайтесь. – И указала жестом на диван, стоявший параллельно письменному столу.