Девочка. Книга третья
Шрифт:
Украдкой бросив взгляд на немку, я горько усмехнулась — призраки прошлого никак не хотели отпускать, будто желая испытать меня: освободилась ли я окончательно от чувства к Барретту, отпустила ли я его.
— Пойдем, уже было первое предупреждение. Не хочу пропустить начало, — быстро проговорила я, не желая видеться с немкой, но у судьбы были свои планы на сегодняшний вечер.
Все произошло так же быстро, как когда я увидела фото Ричарда с Мартой. Мы подошли к нашей ложе и столкнулись Мартой нос к носу — как
— Оу, — выпалила Марта, и было отчетливо видно, что для нее наша встреча стала такой же неожиданностью, как и для меня.
Быстро сориентировавшись, она растянула губы в улыбке и произнесла:
— Мир тесен.
Что ж — рано или поздно наши дороги могли пересечься, и театр был самым первым объектом, где мы могли встретиться.
— Да, мир и правда тесен, — растянула я губы в ответ, а она, посмотрев на Эльзу, представилась:
— Марта Вернер.
— Мы познакомились на Пхукете, — пояснила я Эльзе.
— И продолжили наше знакомство в Сингапуре и на Самуи, — улыбнулась Марта.
— О, понятно, — тут же отреагировала Эльза, и поддержала беседу: — Местная погода после жаркой Азии не жалует своей благосклонностью.
— Я уже достаточно долгое время здесь, так что привыкла. А зимы в моей Германии и посуровее будут, — ответила она и, повернувшись к своей компаньонке, добавила: — Это моя личная секретарь и по совместительству пиар-менеджер, София Ривера. Она чистое сокровище, не знаю, что бы я без нее делала.
"Секретарь и пиар-менеджер", — резануло по уху, и я уже знала, что последует дальше.
— С Мартой работать — одно удовольствие, — между тем вернула комплимент София.
— Каким бизнесом вы занимаетесь? — поддержала светскую беседу Эльза.
— София помогает мне в делах фонда помощи военным.
"Да, я оказалась права насчет пиар-менеджера", — мысленно кивнула я.
Марта вместо меня помогала Лесли в фонде Ричарда, и если бы я была той, прежней Лили, мое сердце бы сейчас истекало кровью.
— Желаю вам успешного бизнеса, — мило улыбнулась я, уже научившись держать лицо.
На секунду в фойе притупили немного свет, что означало скорое начало спектакля, и Марта, улыбнувшись, откланялась вместе с Софией.
Мы молча направились к своей ложе, и как только сели на свои места, Эльза тронула меня за локоть. Некоторое время она молча изучала мое лицо, будто сканируя мое состояние, и тихо спросила:
— Ты в порядке?
Я кивнула и, внимательно посмотрев на нее, поняла и по ее вопросу, и по ее невозмутимому виду — она была в курсе, кто такая Марта.
— Вы знали о ней, — скорее не спросила, а утвердительно кивнула я головой.
— Генри недавно сказал, что у Барретта отношения с некой Мартой Сенг, приехавшей из Азии. А потом я позвонила Нари… — задумчиво произнесла она
Как часто я сама хотела позвонить Нари и узнать у нее, что же все таки произошло, но не смела. Мой звонок, пусть даже и под предлогом узнать, как дела у Нари и Лекси, смотрелся бы глупо и некрасиво, с налетом заинтересованности миром Барретта.
— Что именно она вам рассказала? — я продолжала внимательно изучать лицо Эльзы.
— Ты хочешь это слышать?
— Я лишь хочу убедиться, что у них с Барреттом отношения.
Я не питала иллюзий на этот счет, но, чтобы поставить точку, мне нужны были факты.
— Нари рассказала, что эта Марта еще прошлой весной развелась с Сенгом. Развод был болезненным и скандальным для Марты. Ее бывший муж сделал все, чтобы ее перестали принимать в высшем свете и пообещал ей большие неприятности, если она появится в Таиланде.
Я опустила глаза — все-таки хорошо, что я узнавала о Марте постепенно, а не сразу. Так у меня была возможность свыкнуться с мыслью о том, что она рискнула всем и приехала к Барретту.
— Кстати, мне давно говорили ребята, что Дуглас уехал в Сингапур, — перешла Эльза с болезненной для меня темы, и я подняла на нее взгляд.
— Как он? — спросила я и не стала говорить, что в свое время с Дугласом встречалась моя подруга.
— У него все в полном порядке. Справляется. Мне Нари рассказала. Они уже месяц как встречаются.
"Еще одна грустная история", — вздохнула я, и сердце кольнуло острой иглой от боли за подругу. Я предполагала такой ход событий, но когда мысли становятся реальностью — это всегда тяжело принимать.
— Я рада за них, — грустно улыбнулась я.
— У них все серьезно, и она даже хочет переехать к нему в Сингапур, — между тем продолжала Эльза, не подозревая, что этот факт тоже рушил чью-то судьбу.
— Думаю, у них все получится.
На мое счастье свет погас, и Опера погрузила нас в восточную сказку, пропитанную драматизмом.
Турандот — кто, как не Марта, подходила под этот образ. Жестокая, холодная красавица, сердце которой было заковано в лед, до тех пор пока не появился принц Калаф. И теперь было понятно, почему Марта выбрала именно эту оперу — она тоже видела себя в образе Турандот.
Сюжет набирал все новые и новые обороты, и сейчас, слушая арию милой маленькой служанки Лиу, видя ее самоотверженность и самоубийство, ее безусловную любовь к Калафу, я, как никогда, понимала, что и была той Лиу, которая принесла себя в жертву — ее смерть была в какой-то степени смертью моей боли к Ричарду. Как она убила себя, я убила боль в себе.
Я настолько погрузилась в мысли, что только когда послышались аплодисменты, и в зале начали постепенно прибавлять свет, я поняла, что наступил антракт. Натянув на лицо приветливую улыбку я посмотрела на Эльзу.