Девочка сталкера

Стужева Инна

— Тогда я сейчас принесу, — говорит Макс и легко поднимается из-за стола.

— Мне двойной капучино, — тут же отзывается Лейла.

— А мне латте со льдом, — говорит Дина.

— Ульяна, а тебе какой? — интересуется Макс у меня.

Определенно, этот парень мне нравится больше, чем тот, кто удерживает меня рядом с собой силой.

— Мне все равно.

Двойной кипяток без крышки. И я опрокину стакан прямо на грудь твоему приятелю.

От неожиданности он выпустит меня из рук и я

тут же отскочу. И буду наблюдать, как коричневая жижа растекается по всей его брендовой одежде. Отличный план.

Пусть частично пострадаю и сама, но это уж я как-нибудь переживу. Я итак вся будто в огне.

А он не сможет придраться. С кем не бывает.

— Ты можешь выбрать, Ульяна, — говорит вдруг Демид, и я с ужасом понимаю, насколько близко его лицо от моего.

Боже, да его губы едва не касаются моего уха.

— Что тебе больше нравится?

??????????????????????????Его дыхание щекочет ушную раковину и от этого меня пробирает озноб.

Он это точно про кофе?

Боже, еще мгновение, и я заору в голос.

Глава 10

— Ульяна, так какой кофе ты будешь? — снова спрашивает Демид.

Не знаю я. В таком положении, сидя у него на коленях, да еще когда его дыхание щекочет шею, я совершенно не могу думать.

Но, по крайней мере, я могу выбирать. Это что-то новенькое.

— Неужели? — произношу деревянными губами, — я думала, что теперь ты будешь за меня все выбирать, даже еду и напитки.

— А мне она нравится, — усмехается Макс.

Очень весело.

Только вот мне не до смеха.

Демид бросает на друга хмурый взгляд и улыбка тут же сходит с лица Макса.

А Демид тем временем делает вопиющее! Он берет и прикусывает мочку моего уха!

Я пытаюсь отшатнуться, но он будто ждет этого и не дает отстраниться.

— Я не монстр, Ульяна, — произносит чуть слышно, и голос его при этом становится хриплым, — просто до тебя слишком долго все доходит. А я устал, да и в принципе не люблю, ждать.

Устал ждать? Что это значит?

— Мы познакомились только вчера, как ты мог устать ждать? — спрашиваю и тут же в волнении прикусываю губу.

Значит ли это, что до меня и правда все слишком долго доходит, и сталкер все же он?

Конечно он.

Говорит это, можно сказать, прямым текстом. Иначе, как еще можно истолковать его слова?

— Кстати, Ульян, о чем ты разговаривала с Крисом? — вдруг спрашивает Лейла и я напрягаюсь.

— С Крисом?

— Да, с таким высоким парнем. Ты разговаривала с ним до того, как мы подошли.

— Ни о чем. Он просто подошел познакомиться. Мы перекинулись парой фраз, и он сразу же ушел.

— Держись от него подальше, — говорит Демид.

— Почему?

Я поворачиваю голову к парню, первый раз за все

время пребывания на его коленях, и тут же жалею об этом.

Его глаза оказываются слишком близко от моих. Также, как и другие части лица, например, губы.

Мне хочется побыстрее отвернуться, но любопытство пересиливает. И я продолжаю разглядывать парня.

Теперь, когда он так близко от меня я замечаю на его ровной смуглой коже несколько тонких, еле заметных шрамов.

Один проходит у виска, второй пересекает бровь. Еще один тонкий шрам, почти совсем незаметный, расположен у переносицы. Сам же нос, на что я обратила внимание еще в тот момент, когда пялилась на парня через пыльное окно автобуса, будто когда-то был поломан в нескольких местах. Он чуть искривлен.

Но все это не отталкивает, а, наоборот, только притягивает к нему взгляд, придает его лицу мужественности.

А может, все дело в рельефном подбородке, сейчас покрытом легкой щетиной, или же красивом овале лица.

В общем, все в целом выглядит очень и очень неплохо, ясно, почему на него залипают все девушки универа.

Не красавец в прямом смысле слова, но именно про таких говорят «что-то в нем есть. Не пойму, что, но он такой мужественный. Такой привлекательный. Я за ним хоть на край света».

Взгляд мой возвращается к светлым глазам парня, и останавливается на них.

— Нравлюсь? — спрашивает Демид.

Кажется, он уже задавал этот вопрос, когда мы были в кафе. А может и раньше.

— Нет, — отрицательно качаю головой.

Его губы кривятся в некоем подобии усмешки.

— Неправильный ответ.

— Он единственный.

— Так, а вот и кофе, — провозглашает Макс и ставит на стол большой поднос, на котором помимо бумажных стаканчиков стоит тарелка с несколькими пирожными.

— Ух ты, — произносит Лейла, — только зачем? Ты же знаешь, что мы с Диной такое не едим.

— А это и не для вас, это для Ульяны, — отвечает Макс.

Для меня? Он, наверное, шутит.

— Дем, отпусти ее уже. Пусть сядет на стул и нормально поест, — говорит вдруг немногословная Дина, и Демид, что удивительно, слушается ее.

Он убирает с соседнего стула мой рюкзак, ловко перекидывая его на стул у дальнего столика, а потом подхватывает меня за талию и пересаживает на освободившийся стул.

— Спасибо, — бормочу я себе под нос, потому что вообще-то я не должна кого-то благодарить лишь за то, что он просто вернул мне способность распоряжаться своим телом.

Но в данных обстоятельствах, мне есть чему радоваться.

Пусть даже мой план ошпарить его кипятком не осуществится.

Но, по здравому размышлению, я понимаю, что так даже лучше. Ведь неизвестно, что бы он со мной сделал, если бы я облила его.