Девочка сталкера. Часть 2

Стужева Инна

— Демид, мы же не можем… — рвано выдыхаю я, — когда его ладонь забирается под подол платья и неспешно, но уверенно скользит вверх по моему бедру.

— Тебе решать, — отвечает он, доходя до кромки моих трусиков и слегка подцепляя их. На этом останавливается, что дает мне возможность и дальше формулировать свои мысли.

— Я… не знаю… может сложиться впечатление, что нас связывает только секс. Но это ведь не так…

Он едва заметно усмехается.

— Это определенно не так. Мне по кайфу не только

заниматься с тобой сексом, еще и дразнить.

— Демид! Ты бываешь хоть когда-нибудь серьезен?

— Всегда. И сейчас мне на полном серьезе хочется…

— Демид!

— Потрогать тебя немного. Ты можешь оттолкнуть, а можешь закрыть глаза, расслабиться и просто получить удовольствие. Поверь, тебе понравится все, что моя рука сделает с тобой.

— Демид… я…

От его слов голова снова кружится, тело превращается в мягкий податливый пластилин. Тяжело устоять, как же тяжело… да и стоит ли… Когда еще… мне будет настолько хорошо…

— Продолжай, — шепчу я одними губами и, как он советовал, просто закрываю глаза, полностью отдаваясь во власть его чертовски умелых прикосновений, в какие-то считанные секунды доводящих до дикого, иступленного умопомешательства.

Когда самолет начинает идти на снижение, Демид поправляет на мне слегка задравшееся платье и пересаживает обратно на свое место. И очень вовремя, потому что к нам заглядывает стюардесса с объявлением, что полет подходит к завершению.

Мы благодарим экипаж за отличный полет, и, взявшись за руки, спускаемся по трапу вниз, где нас уже ожидает роскошный блестящий Лимузин.

— Демид, а сколько у тебя вообще денег? — запоздало интересуюсь я.

— Достаточно, — отвечает Демид, — чтобы ты могла раз и навсегда забыть об этом вопросе.

На его глазах темные очки, которые он надел, едва мы спустились вниз, и мне кажется, я немного виновата в том, что его глаза мерцают тягучем пламенем. Я получила свою долю оргазмов, он нет. Но я уверена, в скором времени он восполнит этот пробел, поэтому не сильно переживаю.

— Да, я знала, что много, но не могла осмыслить, что означает это в действительности. Даже не представляла, — продолжаю я такую чуждую мне тему богатства.

— Можешь начать осознавать прямо сейчас, — говорит Демид, когда мы усаживаемся в салон.

Водитель, одетый в униформу и отделенный от нас звуконепроницаемой перегородкой, начинает движение.

— И что, мы можем так объездить абсолютно любые страны? — спрашиваю я.

??????????????????????????— Любые, какие захочешь.

В очках Демид выглядит таким стильным… и совершенно уместным. Очень крутым. В общем, каким и является.

— Ух ты. У меня даже дух захватывает от таких перспектив.

— Ты этого заслуживаешь.

— Тем, что трахаюсь с тобой сутки напролет, позволяя проделывать с собой

все, что захочешь?

Он слегка приспускает очки и заглядывает мне в глаза.

— Тем, что готова жертвовать собой ради других. Тем, что, не задумываясь о последствиях, бросаешься на помощь, отдавая все свои силы, лишь бы человек, даже тот, к которому ты не питаешь особых чувств, остался жив. В тебе столько всего, Ульяна, чем можно восхищаться, помимо траха.

От его слов мои щеки начинает печь, словно раскаленные противни, помещенные в жаровню.

И его взгляд я тоже не выдерживаю, отворачиваюсь.

— Я… Демид… я… не знаю…

— Ты одна из лучших людей, что я знаю, Ульяна. А знал, я, как ты понимаешь, многих. Ты достойна всего самого лучшего, неважно, со мной, или без меня. Со мной проще, но ты из тех, кто выжил бы в любой ситуации. Прогнуть можно, обмануть по неопытности, но не сломать. Твои родители могли бы гордиться тобой, всегда помни об этом.

— Демид я…

Против воли на мои глаза наворачиваются слезы.

Но я не могу, не могу заставить себя сдержаться.

Его слова… такие важные, такие ободряющие и поддерживающие… такие… я не знаю… они… они заставляют меня плакать.

Не думала, что он воспринимал меня все это время настолько… важной и значимой… А теперь, когда понимаю, я… мне…

— Демид, я люблю тебя, — шепчу я взволнованно и подаюсь к нему, обнимая. — Я люблю тебя, люблю…

Ресторан, в который привозит нас водитель, поражает скромной величественной простотой и необыкновенно чарующей атмосферой домашнего очага. Стильно, уютно, очень и очень приятно… ужинать здесь именно с ним.

Зрачки Демида успели приобрести нормальный оттенок, а потому он снимает очки, и мы сидим за столиком, как самые обыкновенные посетители, ничем не выделяясь сверх меры.

Сейчас же вспоминается первый день нашего знакомства, когда Демид, Лейла и Дина с Максом пришли в ресторан, в котором я тогда работала официанткой. Тоже вроде бы обычные на вид посетители. А с какой легкостью Демид разделался с грабителем, который направлял на всех пистолет? Пусть муляж, сейчас-то я знаю, что ему ничего не стоит разрулить подобную ситуацию.

Но мне почему-то кажется, он сделал бы это не только из-за меня, но и сам по себе, ради других. Он говорил про меня, но мне кажется, он и сам такой. Там, в его прошлом, он еще так плохо меня знал, но не задумываясь оттолкнул, когда на меня напал оборотень, и загородил меня собой.

Того человека, насильника, который напал на меня в лесу в моем прошлом, он доставил в отделение полиции, а потом проследил, чтобы тот был наказан по всем правилам.

Я верю, что он не настолько равнодушен к окружающему, как хочет показать, и Лейла прямо мне об этом намекнула.