Девочка на холме
Шрифт:
Черт знает что, устало подумала я, прежде чем споткнуться об какой-то из выпирающих корней и не упасть, удачно разбив себе в кровь коленки.
Глава восемнадцатая. Легенды о звездах
К концу дня я уже не чувствовала собственных ног, что было, собственно, неудивительно. Даже боли я уже практически не ощущала, потому что за время столь долгого перехода по темному лесу у меня благополучно скончались последние нервные клетки. Пусть земля им будет пухом.
Если когда-то я и думала, что мой организм не в состоянии выдержать
— Я хочу пить, — не выдержала я спустя несколько часов беспрерывной ходьбы. Во что превратились мои ступни, я боялась даже думать. — А еще есть. И спать, — прибавила я, с упоением вспоминая о твердой кровати на вершине дерева, в которой я спала последнюю ночь. Теперь она казалась мне раем на земле.
Теперь признаться в том, что я устала как собака, не выглядело чем-то постыдным — на самом деле, было уже все равно.
— Осталось немного. Терпи, — отозвался черноволосый эльф, снова даже не повернув головы в мою сторону.
На это мне нечего было ему ответить, хотя его слова меня мало обнадежили. Краем глаза я заметила, что маленькая тварь тоже слегка подустала, и это уже значило хотя бы то, что не все в этом мире обладают супер-выносливостью.
Хотелось повалиться на мягкую землю, зарыться носом в пряный мох и прямо так уснуть и никогда уже не просыпаться — ни в этом мире, ни в каком-либо другом. Но в реальности все было гораздо сложнее.
Я уже давно потеряла счет времени — трудно было сказать, прошло несколько часов или несколько суток. Время и пространство смешались для меня во что-то единое и непонятное, а единственно терзающей меня мыслью было то, что я очень устала. Очень и очень устала.
Но эльфу же не объяснишь, что ты не рождена для подобного рода прогулок, которые и приключениями-то было трудно назвать. В нормальных книгах герои (или героини, как в моем случае) сталкивались с зубастыми драконами и побеждали их одной левой и только затем позволяли себе трехчасовой сон и снова отправлялись на поиски приключений.
У меня же, как назло, — никакой романтики, а принц и тот — спит и видит отправить меня на костер!
Вскоре и малиновое солнце начало клониться к закату, осыпая скрывающийся в тени лес рассеянными лучами. Дорога пошла под гору, поэтому идти стало еще труднее, и только на небольшом перешейке Альмарин и его ручная тень остановились, ни капельки не запыхавшись. С меня же пот катил градом — осталось только язык свесить набок, как делал любимый фокстерьер Луи — соседа и по совместительству лучшего друга дяди Рея.
Не теряя ни секунды, я тут же повалилась у основания широкого дерева с низко опускающимися ветками и длинной мягкой листвой. Дерево чем-то напоминало иву, хотя на материке ивы вряд ли растут на горных перешейках. Скалистые уступы обвивали
Казалось, что на десятки миль вокруг не было ни одного живого существа, в то время как на самом деле каждый дюйм чудесного леса кишел разномастными существами. Мне безумно хотелось поглядеть на тех самых дриад, без которых мне бы не удалось сбежать в тот раз от теней. Жаль только, что они зря старались — все равно я оказалась в чьих-то цепких лапах. Думаю, это судьба. А от судьбы, кажется, говорят, не уйдешь.
Только сейчас я обратила внимание на то, что Альмарин так и остался на ногах, тогда как Нарог уже бесстыдно валялся под соседним деревом и хрипел что-то наподобие простого мотива фольклорной песни. Эльф, как и я, смотрел куда-то вдаль, и взгляд его рассеивался, не фокусируясь ни на чем конкретном. Лучи заходящего солнца мягко играли на его бледной коже, а металлический арбалет отбрасывал яркие блики, отчего казалось, будто он светится. Наверное, это тоже сцена из какого-то давно забытого сентиментального романа, но я на мгновение залюбовалась его задумчивым лицом. Темнота этого эльфа мягко переплеталась с его душевной теплотой и светом. Возможно, он даже сам об этом не подозревал — хотел казаться невозмутимым и непобедимым.
Тед тоже хотел казаться, но теперь ему, видимо, на меня плевать. Может, нашлись занятия и поинтереснее, чем ходить хвостом за несмышленой недолеткой и везде прикрывать ей спину. На его месте я, наверное, поступила бы так же. Несколько часов назад, пересекая очередную лесную поляну в компании двух темных умников, я окончательно перестала верить в то, что Тед прибежит и спасет меня. Я была лишь игрушкой для него — забавной, необычной, мысли которой просты и примитивны, а желания ограничиваются лишь тем, чтобы попасть домой в свою кровать, к отцу, брату, дяде Рею и, так и быть, даже к Ллевелин. Ну и пусть знает. Мне ни капельки не стыдно ни за одну из своих мыслей. Подумаешь…
Где-то в стороне послышался легкий щелчок, и не успела я оглянуться, как на пустом месте взлетел маленький костерок. Он появился точно из ниоткуда, без единой ветки и даже без спичек. По идее, я должна уже была перестать удивляться всем странностям, которые встречаются мне в этом мире за Холмом, но я никак не могла избавиться от ощущения, что это просто сон.
Альмарин присел на корточки около костра, горящего полупрозрачным синеватым пламенем, и поднес к нему тыльные стороны ладоней.
Завороженная зрелищем, я поднялась с земли и на карачках подползла к пламени, несмотря на то, что была уже вообще не в состоянии передвигаться. От костра веяло не теплом, а, скорее, каким-то цветочным ароматом, энергией. Легкие вибрации сотрясали воздух, и постепенно пустота в моей душе заполнялась чем-то вязким и приятным.
— Что это? — спросила я хрипло и потянула носом воздух.
— Природа дает нам жизнь для существования. Она помогает нам, когда считает нужным помогать. Природа ничего не делает просто так, — ответил Альмарин серьезным тоном.