Девочка на цепи
Шрифт:
Курбан подергал ручку туалета.
– Не открывается! Заело? Сейчас топорик принесу.
– Конверт открывай, дурень.
– А какой? Тут целых два… О, тебе и мне. «Курбану Степановичу Алиеву» и «Варваре Шпонке».
– А почему мне без отчества? – недовольно спросила Варвара.
– У нас на Кавказе женщине отчества не надо! – пояснил Курбан.
Варвара, озлобленная, вылетела, как бык на корриду.
– Где они, черт возьми?
Курбан прощупал пакет, ощутив что-то твердое.
– О, там, наверное,
Он открыл конверт, оттуда выпал кусок цепочки в пять звеньев.
– Какой-то цепочка, – Курбан удивленно вскинул брови.
– Какой-то… – зло отреагировала Варвара. – Открывай второй!
Курбан послушно открыл второй конверт, заглянул, вытащил цепь уже в десять звеньев.
Курбан расхохотался.
– О, и тут цепочка. У тебя такой большой – женский цепочка! Ой, какой-то шутник… Любовника завела?
А Варвара мрачнее тучи: дурак Курбан, конечно, ничего не знает и в простоте душевной взял оба фрагмента цепи, примерил, чтобы соединить. Соединить, придать товарный вид – и продать. Мозги заточены – русским не в пример.
– Слушай, давай соединю два!
Он нашел в шкафу плоскогубцы, попытался рассоединить звено.
– Большой будет, куда-нибудь прицепим…
– Да заткнешься ты когда-нибудь! – не выдержала Варвара. – Ты что – не видишь, что это за цепь?
– Слушай, Варя, так это от нее цепь? Вай…
Курбан сокрушенно покачал головой.
– Зачем нотариус прислал? Он дурак, что ли?
– Какой нотариус! – простонала Варвара.
– Не бойся! – вдруг воскликнул Курбан. – Я сейчас сделаю мужской поступок!
Неожиданно Курбан схватил два кусочка цепи, выскочил на лестничную площадку, открыл мусоропровод и вышвырнул их туда.
Варвара не успела: цепи полетели вниз.
– Ты что натворил, басурманин? – Варвара в бессилии воздела руки к небу (следующему этажу). – Их в милицию надо было нести! Это наше алиби!
И у железной Вари от перенесенных стрессов выступили слезы.
– Не плачь, глупый женщина, – гордо выпятил живот Курбан. – Курбан купит тебе большой золотой цепочка!
– Лучше те верни, ирод! – простонала Варя.
– Гамно вопрос! – с лихостью джигита пообещал Курбан.
Неприятный сюрприз ждал в этот затянувшийся вечер и сценариста Грош-Ценаева. Как обычно, войдя в подъезд, он открыл ключиком почтовый ящик. Среди газеты он обнаружил конверт из плотной бумаги с надписью: «Сценаристу Петру Грош-Ценаеву». Петр оглянулся, попытался цивильно открыть его по склейке. Но не получилось, пакет был плотный, как из брезента. Петр попробовал надорвать его зубами – получилось, он тут же засунул туда руку, нащупал и выудил два звена цепочки. Он сразу все понял, фрагмент цепочки будто обжег ему руку. Грош-Ценаев лихорадочно сунул звенья обратно в конверт, оглянулся, ища затаившегося злодея. Потом выбежал на улицу, долго
Курбан тем временем спустился на улицу, открыл дверь мусоросборочного отсека, благо он не закрывался. Теперь ему предстояло среди тонны всевозможного мусора найти злополучные звенья цепи. Он принялся разгребать мешки с помоями, из которых вываливались разбитые бутылки, склизкие остатки пищи. Курбан пожалел, что не взял рабочие перчатки, и сильно рисковал поранить руки. Но подыматься наверх – опять попасть под ураганный огонь Варькиного гнева. Отплевываясь и ругаясь, он бормотал с ненавистью:
– Чтоб тебя на эту цепочку посадить и в собакиной конуре на всю жизнь поселить!
К счастью, он достаточно быстро нашел оба куска цепи и от радости даже запел:
– Вот они, вот они, на кой-чем намотаны!
Но счастье было недолгим: на голову Курбану обрушился поток жидких помоев и в довершение упал полиэтиленовый мешок с мусором, который лопнул и осыпал бедного искателя всевозможными объедками, огрызками, шелухой, рыбьими хвостами. Курбан пулей выскочил наружу и, воздев к небу руки с кусками цепей, воскликнул с непередаваемым трагизмом:
– Будь проклят тот день, когда я пришел в этот поганый дом!
У прохожего, в этот момент входящего в подъезд, тут же возникла живая ассоциация с разорванными цепями.
– Свободу народам Африки!
Курбан дождался, пока жилец зайдет в лифт, а сам пешком поплелся по лестнице.
Войдя в квартиру, Курбан молча протянул кусочки цепи.
Варвара отшатнулась:
– О боже, ты упал в мусоропровод?
Курбан швырнул цепи на пол.
– Свободу народам Африки…
8-е число. Вечер у Хлопухина.
Время после трудового дня Гришка, как всегда, коротал на кухне. Помимо традиционной стопки водки и куска колбасы на столе находилась злополучная цепочка.
Резкий телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Хлопухин снял трубку с аппарата.
– Слушаю… Говорите! – раздраженно произнес он.
В трубке раздался сочный мужской голос:
– Вам передают привет…
– Какой еще привет?
– Вам – с того света… От Маши… Вы получили от нее подарок? Она просила передать, что ждет вас… Там…
– Да пошел ты сам туда!
Гриша бросил трубку, налил водку в граненый стакан. Только хотел махнуть, как снова требовательно зазвонил телефон. Он резко сорвал трубку.
– Да!.. – В ответ была тишина. – Что вы хотите?
На этот раз трубка заговорила женским голосом, нарочито искаженным, «замогильным».
– Это я, Маша… Узнал? А почему не лаешь от радости? Тебе понравился мой подарок? Он со смыслом… Я жду тебя… Там у тебя будет много сладких сахарных косточек.
Зазвучали короткие гудки. Замедленным движением Гриша положил трубку на аппарат. С ужасом посмотрел на шестизвенную цепочку.