Девочка моего брата
Шрифт:
Да и ее тетка не прекращала трещать на каждом углу, что ее племяшка теперь городская птичка, и эта деревня ей ни к чему. А потом у ее мужа случился инсульт, и через два дня весь городок стоял на ушах, потому как врачи не доглядели, и скопытился мужик у них в больничной палате. Жаль, конечно, по-человечески тетку Дани, а хотя… Нет, не жаль. Слишком многое произошло в первые годы, когда Егора к аппаратам подключили. Слишком много надежд было возложено на то, что братишка выкарабкается. Но шли дни, месяцы, потом годы, а он все никак. Нам несколько раз предлагали отключить аппарат, и я в тот момент
***
– Господи, Илюша, – мама встретила меня на пороге палаты, где лежал Егор, – мои молитвы были услышаны. Егор, он сегодня… – в ее глазах заблестели слезы.
– Что, мам, что? – я беру ее за плечи и сдавливаю чуть сильнее, чем нужно.
– Он пошевелил пальцами руки, – прошептала она и заплакала.
Черт! Я на миг замер, прислушиваясь к себе… Нет. Ничего. Ни радости, ни разочарования. Меня больше не трогала вся эта ситуация с Егором. Я тупо привык к тому, что Егор к нам больше не вернется.
– Отлично, мам, – я даже не стал заходить в палату, – ты проводишь меня?
– А как же Егор? Ты не зайдешь?
– Мам, у меня очень много работы, – я приобнял женщину за плечи и прижал к себе, подстраиваясь под ее шаг. – И мам, хотел тебя знаешь, о чем попросить?!
– Да, сынок, – шмыгает она носом.
– Ты меня больше по таким пустякам не трогай, хорошо?! Мне пришлось отложить встречу с заказчиком, а это не есть хорошо для нас.
Я почувствовал, как она напряглась всем телом. Знаю, что ей не понравилась моя просьба, но нужно уже поставить эти чертовы рамки.
– Нам нужны деньги, и это ты знаешь, как никто другой, – останавливаюсь у дверей лифта и поворачиваю женщину к себе лицом. – Мам, я тоже очень хочу, чтобы Егор очнулся, да и папа этого хочет не меньше, но чтобы это произошло ему нужно лечение. Все я люблю тебя, – поцеловал мать в щеку и, когда двери лифта разъехались, шагнул в них, – береги себя.
– И ты себя, – подняла на прощание женщина руку, и серое железо скрыло ее от меня.
Да, мать в последнее время сильно сдала. Похудела и совсем перестала улыбаться. Надо бы почаще навещать их с отцом. Она просит об этом, но я не могу. Не хочу приезжать в дом, который служит живым напоминанием того, что не смог уберечь брата. А потом еще и эти сплетни о Дане. Она так ни разу и не побывала в больнице у Егора. Говорили, что она сильно переживала, и даже скорая несколько раз приезжала, чтобы снотворное ей вколоть, но опять же, это все я знал по слухам. А потом… а потом она просто исчезла. Прошло время, но я так и не смог стереть из памяти ее «Я люблю тебя», сказанное в тот момент, когда Егор помчался навстречу своей гибели.
***
Два дня спустя.
– Слушай, Петрович, – открываю дверь начальника отдела проектирования металлоконструкций, – как там дела с новым заказчиком?
– Я
– Это отличная новость, Ген. Значит завтра нужно собирать планерку.
– А что толку, Илья?! Архитектора пока не нашли, а Толик свалил в тишину, паскуда, – процедил сквозь зубы Петрович.
Ему как никому было обидно осознавать, что его друг кинул нас в самый ответственный момент.
– Петрович, не кипятись. Будем надеяться, что в ближайшие дни все наладится, – развернувшись на пятках, я направился к двери. – Ладно, если что, я у себя. Надо еще несколько звонков сделать, да и отдел кадров навестить, чтобы не расслаблялись.
– Это ты в точку сказал, все же работники должны ощущать, что начальство не дремлет. Да иногда и полезно показываться им на глаза, чтобы не забывали шефа в лицо, – криво хмыкнул Петрович.
Я понял, на что он намекает, но раздувать эту тему не хотел. Ни к чему. И так ясно, что, когда я выпадаю на некоторое время из реальности, бухая несколько дней подряд до отупения в мозгу и во всем теле, фирме это никакой пользы не приносит.
– Петрович, – уже на выходе повернулся я к мужчине, – я рад, что в моей команде есть ты, – и не дожидаясь ответа, закрыл за собой дверь.
***
– Доброе утро, товарищи.
Небольшая комната, служившая нам мини-совещательной, заполнена людьми. Бегло окидываю взглядом тех, кто здесь сидит, и замечаю пополнение.
– Вижу, у нас новоприбывшие?!
Прохожу во главу стола, где за моей спиной размещается флипчарт, положив папку с чертежами на стол, устремляю взгляд на новенького.
– Илья Андреевич, это наш архитектор.
– Отлично, – говорю, не сводя взгляда с парня, который, кажется, только вчера институт закончил.
– Роман, – поднимается тот и протягивает руку.
– Илья Андреевич, – отвечаю ему, – когда устроились?
– Вчера документы приняли…
– И даже выдали домашнее задание, – хмыкнул Петрович, – тянуть нет времени. Вечером звонил заказчик, объявили, что готовы еще раз обсудить условия. Сегодня нужно согласовать дату встречи.
– Хорошие новости с утра, – приподнимаю бровь и снова перевожу взгляд на нового работника.
Что-то внутри подсказывает, что парень непрост, и это мне доставляет определенный дискомфорт.
– Ну, тогда нам нужно напрячь ягодицы и выжать все до последней капли из этого проекта, чтобы «Профи-С» уже не смогли сдать назад.
– Проект практически готов, остались мелкие доработки, и можно запускать строительство здания. Если одобрит заказчик.
– Одобрит, – Роман протягивает чертежи.
Я вижу, что там есть пометки «домашнее задание». Хм, интересно. Беру чертежи в руки.
– Здесь в некоторых местах были недочеты, – поясняет парень, видя мой скептический настрой.
Я глянул на Петровича, тот пожал плечами.
– Ничего критичного, просто некоторые расчеты оказались неточными, и от этого сдвинулся вектор направляющей балки под крышей, но я уверен – это бы вы увидели и сами, когда начали бы проверять…
– Да, я вижу, – теперь я, полностью сосредоточившись на чертежах, начал проглядывать правки.