Девочка мажора

Стужева Инна

Сказала и покосилась на девицу у окна.

Следовало признать, эта Настя неплохо выглядит. Длинные темно-русые волосы, идеально гладкая, словно фарфоровая кожа, большие миндалевидные глаза, высокие скулы и полные губы бантиком. Очень и очень хорошо выглядит.

— Нам передали, что ты острая на язык, что, совсем не боишься?

Перевела взгляд обратно на диван и в упор уставилась на Титова, потому что именно он решил начать разговор.

— С чего мне вас бояться? — пожала плечами, — вы дети богатых родителей,

я тоже. Если им придется вступать в разборки из-за нас, это никому не понравится.

Парни переглянулись между собой.

— И кто у нас папа? — спросил смуглый. В его речи чувствовался акцент, но не сильный.

— Олигарх естественно, кто еще может устроить своего ребенка в этот элитный колледж? А подробности я не обязана рассказывать. Вам достаточно знать, что он очень и очень крутой. Следовало сначала выяснить, с кем связываетесь.

Парни снова переглянулись.

— Тимурчик, ну ты видишь, — протянула Яхина, обращаясь к Титову, и капризно надула губы, — надо с этим что-то делать. Мы не можем допустить, чтобы эта… так себя вела.

— Марат, — позвал Титов и посмотрел поверх моего плеча.

За спиной тут же наметилось движение и передо мной оказался еще один экземпляр злополучного договора.

— Подписывай, и мы тебя отпустим, — скомандовал Титов, а Яхина сверкнула глазами.

Взяла бумагу из рук Марата, теперь я знала имя черноглазого, и подошла с ней поближе к Титову.

— У меня вопрос, — сказала и уставилась ему прямо в глаза.

— Тим, пусть подписывает и все, — тут же зашипела Яхина, — пусть катится со своими вопросами.

— Какой? — не обращая внимания на слова ведьмы, как я окрестила девицу, спросил парень. Похоже, Мила оказалась права, и как бы она не стремилась заполучить этого красавчика себе, ей это не особо удается.

— Ты сам стал бы подписывать эту ерунду? — ответила ему и выгнула бровь. Мама говорит, что когда я так делаю, то сразу становлюсь похожа на стерву.

— Я — нет, — хохотнул парень, казалось забавляясь нашей пикировкой, — но я не ты.

— Вот именно. Поэтому я не только не буду подписывать Это, но также не буду и дальше находиться в столь токсичной обстановке. А если в следующий раз тебе придет охота поговорить, дождись моего личного согласия.

Развернулась и направилась к выходу, по пути сунув договор обалдевшему Марату. С ними что, ни разу никто так не разговаривал?

— Меня кто-нибудь проводит или искать дорогу самой? — обвела взглядом всех присутствующих.

— Тимур!

Лицо Яхиной аж покраснело от злости, а в голосе сквозили истеричные ноты.

— Мы же ведь не отпустим ее вот так? Тим, ну, скажи.

При этих словах Марат двинулся с места и встал передо мной, загородив выход.

В комнате снова повисла пауза, разбавляемая лишь писком телефона Каримова, потому что тот мало того, что не принимал участия в разговоре, а еще засел играть

в какую-то игрушку.

— Марат, проводи, — сказал, наконец, Титов.

— Но Тим!

— Диана, заткнись, — тут же осадил парень.

Девица примолкла и вся сжалась. На секунду мне даже стало ее жаль. Но только на секунду. Ведь именно по ее вине я сейчас испытываю такой стресс.

Мы вышли из комнаты и зашагали обратно тем же маршрутом, что и добирались сюда.

— Весело тут у вас, — кинула парню, потому что тишина тяготила, — а руководство знает, про вашу э….штаб квартиру и милые выходки с договорами?

— Не знаю, почему он тебя так просто отпустил, — зло процедил Марат.

— Моего папу испугался, — внесла предположение.

— Да плевать нам на твоего папу.

— Ну… тогда не знаю. Наверное, я ему просто понравилась.

— Ты?

В его голосе сквозило искреннее удивление, а мне стало до ужаса обидно. Я что же, и правда не могу никому нравиться, не считая того подвыпившего парня? А вообще, да, он прав. Кирилл, наверное, тоже считает меня некрасивой, поэтому и отшил.

— Да, а что такого? Я всем нравлюсь, — нагло соврала, а у самой к горлу подступили слезы. Еще несколько минут и вся моя бравада сдуется как воздушный шар.

— По крайней мере от скромности ты не умрешь, — хмыкнул черноглазый, слава богу, не замечая моего состояния, и открыл мне дверь.

— Пока, надеюсь, увидимся не скоро, — буркнула ему и побыстрее отвернулась.

Выскочила из-под лестницы и поспешила на выход, мысленно призывая себя к спокойствию. Все же, наглость и уверенность дались мне не так легко, как это выглядело со стороны. Сейчас пришел запоздалый страх. Дурацкий колледж, дурацкие правила и я сегодня же скажу маме, что отказываюсь сюда ходить. Да, больше ни ногой.

Эта мысль помогла немного успокоиться, и я задышала ровнее. Огляделась по сторонам, чтобы оценить обстановку.

Народ шнырял по коридорам, из чего я заключила, что звонок только что прозвенел.

— Лиииз, что с тобой случилось, что ты так сорвалась с пары?

Мила вывернула откуда-то из-за угла и зашагала рядом.

— Ничего особенного, голова разболелась.

Решила отделаться общей фразой, потому что еще не разобралась, что можно говорить довольно болтливой девчонке, а о чем лучше умолчать.

— А, это, наверное, с непривычки, у меня тоже побаливает. Привыкла за лето спать до обеда, а тут вставай чуть ли не в шесть утра.

— Да.

— Ты на машине? — продолжала спрашивать новая подруга, как только мы вышли на улицу.

— Нет, за мной должен приехать водитель.

— А, ну ладно, я на машине, бросила вон там, — и она махнула рукой в противоположенном направлении от того места, где должен был ждать меня Федор Иванович.

— Пока, увидимся завтра, — сказала ей.

— Да, до завтра.