Девочка Лида
Шрифт:
— Лягушки! — заметила Лида.
— Нет, не одни лягушки, а разные болотные птицы: длинноносые бекасы, и дупеля, и дикие утки. Им хорошо, привольно в болоте: есть где половить лягушек, водяных червей и букашек. За дичью ходят на болото охотники; они надевают высокие болотные сапоги, берут ружье и собаку, да и шагают…
— Да ведь они завязнут! Как же им не страшно? — испугалась за охотников Люба.
— Иногда, верно, и бывает страшно, особенно коли случится в окошко попасть.
— В окошко? — переспросила Лида. — Как это так, Коля, в окошко?
— А это,
Лида кивнула головой.
Люба даже зажмурилась от страха, а Коля продолжал: — Бывает и еще хуже окошка. Бывает в болоте такое место, что если пойти по нему, то все оно станет колыхаться, трястись под ногами, и не только под ногами, а далеко вокруг. Такое место называется трясиной. По трясине очень опасно ходить: в ней так много воды, что она так и выступает, так и чавкает на каждом шагу.
— Коля! А в том болоте, где Люба вчера завязла, была трясина? Оно было большое, это болото? — спросила Лида.
— Бо-ольшое!.. — начала было, разведя руками, Люба, но Коля перебил ее:
— Какое там большое!.. Пустячное!
— А я совсем никогда не видала болота. Только и видела маленькое у нас в деревне, у озера.
— Где это ты у нас в деревне озеро увидала? — спросил Коля.
— Как где? — повторила Лида. — А в роще, под горкой.
— Так то пруд, а не озеро.
— Ну, все одно.
— Нет, не все одно.
Лида хотела было заспорить, но Коля остановил ее:
— Ну что споришь, когда не знаешь! Ведь папа вчера нам рассказывал: совсем не все равно — пруд или озеро. Пруд делают люди: выкапывают где-нибудь яму, а в яму набирается вода. А озеро никто не делает; его не копают, а оно само бывает, как речка, как горка. Поняла теперь, Лида?
— Поняла, поняла! — запела она и вдруг вскочила с места. — Все поняла и больше ничего понимать не хочу. Коля, довольно рассказывать. Надоело.
Лида вспрыгнула на стул, со стула — через Любу, через стол, — на окошко и высунула голову в форточку.
— И мне тоже надоело! — заявила и даже зевнула Любочка.
— Вот неблагодарные! — сердито проворчал Коля. — Надоело! Не слушали бы, коли надоело. Разве я вас заставлял слушать? Сами просили!
— Коля, ты не сердись. Ты отлично рассказывал, я все поняла, — кричала Лида из форточки. — А только дождя теперь нет, вот что! — объяснила она.
Дождя, точно, не было. Любу отправили в спальню спросить тетю, можно ли гулять пойти. Тетя сказала, что можно, только в свой маленький садик.
В саду Коля не захотел играть в палочку-постукалочку и в догонялки бегать тоже не захотел. Он заложил руки за спину и стал смирно ходить
У тети прошла головная боль. За чаем она ласково спросила детей, что они делали, отчего так тихо сидели после обеда.
— Мы все Колю слушали. Он нам про болото рассказывал, — громогласно объявила Лида.
Матрена усаживала Жени к столу в высокое креслице, услыхала, в чем дело, и вставила от себя похвалу.
— Все время рассказывал, матушка, — проговорила она, обращаясь к тете. — Детей усадил и наказал смирно сидеть. Уж такой у нас умник, такой уж разумник, и сказать невозможно! — не могла нахвалиться Матрена.
Папа поцеловал Колю, и тетя поцеловала и положила в чай две ложки варенья.
Коле сделалось весело. Он отпил из чашки так, что чаю осталось немножко, на донышке, размешал ложкой земляничные ягоды, стал их вылавливать и думать, что ему теперь одного только недоставало.
Тетя! Вы напишете это маме? Она меня просила. Я для нее это…
— Напишу, друг мой, напишу непременно, — отвечала тетя.
Тетя отдохнула и была очень добрая. Коля попросил позволения отнести Леве рыбную сетку и пригласить Леву к себе. Тетя поморщилась, однако ей было жаль на этот раз огорчать Колю отказом и она согласилась.
В саду около балкона было светло и сухо, а в воздухе стояла такая теплынь, что детям даже позволили снять калоши и кофточки. Чудесно было бегать в тоненьких башмачках, в легкой блузе, с непокрытой головой по песчаной, крепко укатанной широкой дорожке.
Пришел Лева. Коля перестал важничать. Лида опять предложила играть в любимую свою палочку-постукалочку. Коля не сказал на этот раз, что все глупости, и первый погнался за Лидой.
Глава XV
Зиночка нетерпеливо ждала хорошей погоды. Ей непременно хотелось отправиться в далекую прогулку. В гостиной при гостях она все мешала маме разговаривать, все просила заранее позволить, отпустить ее. Матери это скоро надоело, и она сказала, что отпустит ее куда угодно, лишь бы она не приставала и не мешала бы ей. Зиночке только этого и было нужно.
Очень приятно, надев нарядное платье, сидеть с нарядными гостями в гостиной. Но гости все приезжают большие, папины или мамины. А эти большие, надо правду сказать, бывают иногда довольно скучны. Иногда говорят такое, что ничего не поймешь. Переспрашивать, самой заговаривать с ними нельзя — можно только слушать и отвечать, когда спрашивают. А спрашивают они все такое скучное: как здоровье да как уроки идут!
С маленькими бывает гораздо веселее. С маленькими можно поговорить о чем-нибудь интересном. Зиночка расскажет своим новым знакомым, какое ей шьют ко дню рождения новое отличное платье с бантами, с широкими рукавами, как у самой мамы; что папа приготовил сюрпризом маме в подарок пару пони — маленьких лошадок в шарабан. Можно будет и самой побегать в лошадки. Мама, верно, позволит покататься на своих новых пони, но она не любит позволять Зиночке бегать, самой быть лошадкой.