Девочка Лида
Шрифт:
Смуглый мальчик нимало не подозревал Лидиного негодования и спокойно продолжал свое дело. Кончив с сачком и коробочкой, он приступил к сетке.
Лида вспомнила, что такие сетки продавались в магазине для ловли бабочек. «Неужели же он и бабочку приколет булавкой?.. Нет, это уж было бы слишком!»
Мальчик долго не вынимал руки из сетки, и Лида видела, как что-то трепетало, билось в розовой сетке. Он ловко выдернул руку — в ней была светлая огромная бабочка: черный кантик шел вокруг желтых золотистых крылышек, нежный пушок покрывал брюшко и спинку, два изогнутых усика
«Неужели он не пожалеет и ее?»
Мальчик с минуту смотрел на красавицу бабочку, легонько дул в помятые узорные крылышки.
Лида с беспокойством ждала, что будет дальше.
Он наклонился к коробке с булавками.
«Ах он злой, злой, злой мальчик! Никого-то ему не жалко! Как ему не стыдно!..»
— Послушайте, как вам не стыдно! — закричала вдруг, сама не помня как, Лида…
Мальчик опустил руку, поднял голову и посмотрел кругом.
Лиде вдруг сделалось ужасно стыдно. Она совсем не думала сказать этого, она сама не знала, как это так вышло. Ей захотелось поскорей спрятаться, убежать, но не тут-то было. Решетка крепко держала ее; голова и плечо завязли между двух палок, и она не могла высвободить их никаким образом. Мальчик повернул голову к изгороди и увидал ее.
— Вы, кажется, что-то сказали мне? — спросил он, с удивлением глядя на нее сквозь акацию.
Лида совсем переконфузилась и молчала.
«Ну что же делать! Теперь уж нечего делать! Теперь уж все равно!» решила она про себя и подняла глаза.
— Я хотела вам сказать: зачем вы мучаете бедную бабочку?
Мальчик встал; не выпуская бабочки из рук, он раздвинул акации, подошел к забору прямо к Лиде, хотел было что-то ответить, но ничего не ответил и вдруг громко расхохотался.
— Какая же вы потешная маленькая девочка! Лида сконфузилась, обиделась и оглядела себя. Смуглый злой мальчик не переставал смеяться. «Чему? Что он нашел смешного?..» То, что Лида никак не могла вытащить головы и плеча из решетки и что ей пришлось крепко уцепиться обеими руками за верхнюю перекладину, чтобы совсем не упасть, не повалиться вперед? Или что у нее свалилась на спину шляпа и косы, кажется, совсем расплелись, перепутались, все в паутине и листьях? Платье тоже как-то неловко поднялось, попало в решетку…
Он все улыбался.
Лида крепко дернула плечом, разом высвободилась из западни и даже не поморщилась от боли в ссаженном локте.
— Совсем нечему смеяться! — строго и обиженно заговорила она. — Вам смешно, а вот бедной бабочке так, я думаю, ни крошечки не смешно. Зачем вы ее мучаете? За что?
— Я ее на булавку хочу посадить, — ответил мальчик. — У меня их там много сидит, поглядите-ка.
Он протянул руку за ящиком и поднес его Лиде к забору.
— Я уже видела. Я смотрела, когда вы их насаживали. Бедные! Вон как шевелятся! Что же вы будете потом делать с ними, когда они умрут?
— Буду учиться.
— Учиться?! — с удивлением повторила Лида.
— Да. У меня есть такая книга, «Естественной историей» называется, — веселым, ласковым голосом объяснял мальчик. — В ней говорится про разных зверей, про всяких, какие только бывают на свете, и про этих тоже написано.
— Да зачем же про букашек учиться? Нас этому тетя не учит. Всякий сам знает…
— А вот и не знаете, — перебил ее мальчик. — Ну, как этого жука зовут, большого того, темного?
— Не знаю.
— Это плавунец — водяной жук; он в воде живет и плавает отлично, оттого так и назван. Глядите, видите у него на задних ножках, будто шерстка, маленькие перышки выросли? Ими он разгребает воду. А вот это бронзовка — красивый зеленый жучок; его вы, верно, в цветниках видели, — он все на цветах, на розах живет. Бабочку зовут мотылек-махаон…
— А вас как зовут? — перебила его Лида.
— Лёвой, — улыбаясь, сказал мальчик.
— А у вас есть сестра?
— Нет.
— А брат?
— Тоже нет.
— А папа есть?
— И папы тоже нет.
— И папы нет?! Так кто же у вас есть?
— Мама есть.
Лида с минуту помолчала.
— А меня Лидой зовут, — объявила она. — У меня есть сестры и два брата, и папа с мамой есть. Только теперь мама уехала за границу лечиться и с нами тетя живет.
— Какой у вас сад славный, — сказал Лева, подошел ближе к забору, схватился за перекладину и совсем забыл свою бабочку. Бабочка шевельнулась в ослабленных пальцах, взмахнула светлыми крылышками и перелетела через забор на сирень, на высокую липу.
— Улетела! Ловите! Ах какая досада!
— Ни за что, ни за что! — закричала и запрыгала Лида. — Вот вам! Не хотели ее отпустить, так она сама улетела. Я очень рада!.. Вот вам-с!
Лида радостно завизжала и даже присела к земле от восторга.
— Какая вы смешная девочка, Лида! — сказал Лева, и ему вдруг сделалось совсем не досадно, а тоже весело и смешно. — Вы, верно, веселая, да? Я тоже веселый. А знаете, вы напрасно обрадовались за бабочку, — заметил он. — Она не далеко улетит и теперь все равно жить уж больше не будет.
— Отчего?
— Оттого, что я все-таки помял ее, стер пыльцу с крылышек, — толковал Лева. — У них ведь, у бабочек, крылья цветною пылью покрыты; они очень нежные, и если хоть немного помять их, то бабочка умирает.
Лева уперся ладонями в перекладину, прыгнул и уселся верхом на заборе.
— Какой вы большой! — глядя на него снизу, заметила Лида.
— Еще бы!.. Я — гимназист.
— Гим-на-зи-ист! — протянула Лида и уставилась еще пристальней, будто надеялась разглядеть что-то особенное в гимназисте.
— Я уже целый год был в гимназии. Как я умею в лапту играть важно!
— А откуда вы все про бабочек знаете? — спросила Лида.
— В своей книге прочел. У меня много книг. Мне мама подарила чудесную книгу.
— С картинками?
— Да, с картинками.
— Ах, покажите мне! Она у вас здесь? Покажите, пожалуйста!
— Хорошо, — согласился Лева. — Сейчас принесу. А то вот что, — прибавил он, — пойдемте-ка лучше к нам. Я вам все покажу, все свои книги и картинки и ящик для аквариума покажу. Я хочу себе здесь на даче аквариум сделать. Пойдемте!