Девочка из стен
Шрифт:
Стол.
О нет.
Элиза услышала мягкие шаги Эдди, приближающиеся к двери. Скрипнули петли.
– Письменный стол? – спросил он.
– Как у твоего брата, – подтвердила миссис Лора.
Они ее не заметят. Выдвижные ящики надежно скрывали ее от посторонних глаз. Чтобы увидеть Элизу, одному из Мейсонов пришлось бы протиснуться через узкий проход, оставшийся между столом и стеной, и наклониться.
– Я вынесу, – вызвался мистер Ник и подошел поближе.
Стол дрогнул за спиной Элизы, когда отец семейства схватился за него. Он потянул с достаточной силой, чтобы напольное ковровое покрытие не успело вцепиться
Мистер Ник снова потащил стол на себя. На этот раз Элиза была готова и уперлась ногами в ковер. Стол сдвинулся на дюйм. Затем еще на полдюйма.
– Мы подумали, – сказала миссис Лора Эдди, – что в старшей школе тебе понадобится рабочий стол побольше. Осторожнее, Ник, не порви ковер.
– Стол за что-то зацепился, – отозвался мистер Ник и еще раз дернул его, снова пройдясь Элизе по спине. Она ухватилась за ковер обеими руками настолько крепко, насколько было возможно. Спина пульсировала. Мистер Ник потянул за один угол, потом за другой. В ответ Элиза упиралась спиной в деревянную панель стола то с одной, то с другой стороны. Ее пальцы горели. Она почувствовала, как ковровое покрытие, в которое она вцепилась, оторвалось от пола.
– Тебе нравится? – спросила миссис Мейсон.
– Мне… ну… – Эдди замялся и прочистил горло.
– Маршалл, – позвал мистер Ник, – иди сюда и помоги мне вытащить стол.
Элиза услышала, как Маршалл встал с откидного кресла на другом конце комнаты. Подставка для ног со скрипом вернулась на место. Маршалл прошаркал по ковру в её сторону.
– Ну так что, тебе нравится? – не унималась миссис Лора.
Они увидят ее. Всей семьей. Как только мистер Ник и Маршалл поднимут стол и вынесут его в гостиную. Бежать было некуда. В задней части гардеробной затаиться не удастся. Единственный выход перекрыли Эдди и мистер Ник. От них Элизу отделял только стол. Больше спрятаться было негде. Они стояли прямо над ней. Они все.
– Не надо сейчас, – наконец заговорил Эдди.
– В смысле? – опешила миссис Лора.
Элиза почти слышала, как мать и отец повернулись к нему.
– Правда, не надо сейчас, – повторил Эдди. – Потом. Я хочу потом. Давайте вынесем потом.
– Но почему? – не понимал мистер Ник. Элиза почувствовала, как он снова ухватился за стол и приготовился тащить. Маршалл уже стоял в дверном проеме и постукивал ногтем по столу. Элиза еще крепче вцепилась в ковер пальцами рук и ног и задержала дыхание. Легкие начали гореть.
– Не надо сейчас!
На мгновение воцарилась тишина. Элиза уже не могла представить, как дышать, не хватая ртом воздух.
Первой заговорила миссис Лора.
– Успокойся, милый. У Эдди же сегодня день рождения. Вытащим стол потом, раз он так хочет.
Мистер Ник на шаг отступил от гардеробной.
– Ладно, конечно, – согласился он. По голосу было понятно, что он озадачен и расстроен, но пытается это скрыть. – Подарим попозже.
Маршалл сдаваться не собирался
– Или мы можем вытащить стол прямо сейчас. Пап, давай просто отнесем его в комнату Эдди. Нашел время для своих закидонов.
– Хватит, Маршалл, – решительно громыхнул мистер Ник. Петли взвизгнули, и дверь гардеробной захлопнулась. Мейсоны удалились на другой конец комнаты.
Снова темнота. И дрожащие мышцы спины. И судорожно вцепившиеся в ковер, отказывающиеся разжиматься пальцы.
Что
Пол уходил из-под ног. Вываливался, будто отвисшая челюсть. Будто дорожное полотно из-под визжащих колес резко затормозившего поезда. Мейсоны были так близко. Казалось, весь мир замер в ожидании. Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Ее словно подхватило порывом ветра – и бросило оземь.
Она была осторожна.
Нет, не была.
Откуда ей было знать, что они заглянут в гардеробную?
А зачем было подходить так близко?
Слежка
Как и пожелал Эдди, Мейсоны отмечали день рождения пикником на лужайке за садом с пиццей и пирожными на бумажных тарелках. Сам он так и не присел: бродил, то и дело замирая, поодаль от остальных. Копна темных вьющихся волос то и дело мелькала в окнах, выходивших на залитый солнцем двор. Отобедав, Мейсоны вернулись в дом и решили все-таки забрать стол из гардеробной. Доставить его в спальню Эдди оказалось задачей не из легких: мистер Ник, Маршалл и Эдди затаскивали его на второй этаж, ворча и спотыкаясь. Похоже, этим лучше было заниматься вдвоем – третий человек скорее мешал процессу перемещения тяжелого дубового стола по изогнутой лестнице. Но мистер Ник, в какой-то странной попытке подвести итог дню рождения Эдди, настоял на том, чтобы они сделали это вместе.
– Теперь ты мужчина, Эдди, – возвестил он. – Так что помоги нам разобраться с этой махиной. И реши сам, где ты хочешь его поставить.
Когда они наконец оказались на втором этаже, пришел черед остальной мебели. Она недовольно стонала, пока ее таскали и переставляли по комнате. Затем неуклюжие шаги протопали по чердачной лестнице. Закончив, Мейсоны вернулись к привычным делам. В пристроенном гараже вскоре завизжала настольная пила мистера Ника. Миссис Лора отправилась в сад поливать цветы. Маршалл смотрел телевизор и ждал, пока кто-нибудь из родителей освободится и подкинет его на дневную смену на автомойку. Наверху остался только Эдди. Он был в своей комнате.
По подковообразному коридору разлились тишина и спокойствие: и по той стороне, куда выходила спальня родителей, и по другой – где ютились комнаты мальчиков. Проплывающие по небу облака то затирали, то чётко прорисовывали тени на полу. Дверь в комнату Эдди была слегка приоткрыта. Было слышно, как занавески бьются об оконные откосы.
Что он там делал?
Через щель она увидела распахнутое окно. Эдди сидел на стуле прямо перед ним, сгорбившись и положив руки и подбородок на подоконник. Ветер раздувал занавески, и они мерно вздымались, будто мощные грудные клетки вымахавших до небывалых размеров игрушечных солдатиков, охранявших Эдди с обеих сторон. Он был неподвижен. Возможно, даже спал.
Под ее ногой скрипнула половица. Эдди встал.
Элиза застыла.
Но Эдди всего лишь прошествовал в ванную и, чуть помедлив, прикрыл за собой дверь.
Элиза огляделась вокруг, выдохнула и вошла внутрь.
В комнате сделали перестановку. Огромное кресло вынесли, а вот приземистый комод остался на месте с разинутым нижним ящиком. Передвинуто было почти все. Огромный письменный стол занял место книжной полки. Кровать, стоявшая раньше вдоль стены, была развернута к центру комнаты.