Девочка хищника
Шрифт:
– Алло, – басит Георгий в трубку. – Имя своё назови. Хотя можешь не называть, мне похуй. Откуда взял этот номер? Угу. Что за Олег? Значит, слушай меня внимательно – скинь номер этого Олега, а сюда больше никогда не звони. Понял? Всё, давай.
Георгий сбрасывает звонок и молча ждёт, глядя на экран. На мгновение поднимает взгляд на меня.
– Собралась куда-то? – спрашивает.
– Я… Да.
– Куда?
– Домой…
– Ты дома. Что за очередная хрень возникла в твоей прекрасной головке, Анна? – снова
– Я дома не у себя, – шиплю. – И вообще… я не должна здесь быть.
– Пиздец, – вздыхает Тигров и пару раз нажимает на экран смартфона.
Прикладывает его к уху и ждёт. А потом рычит в трубку:
– Ты думаешь, я пошутил, уёбок? Номер Олега, быстро! Или через полчаса за тобой приедут.
На этот раз сообщение приходит быстро. Георгий удовлетворённо кивает и снова кому-то звонит. Надо полагать, этому самому Олегу. Но разговор я не слышу – Тигров уходит с моим телефоном в ближайшую комнату и запирает за собой дверь.
Стою, как дура, с сумкой в руках и не знаю, что делать. Сбежать уже не получится, не оставлю же я свой телефон.
Да и с чего я решила, что мне позволят так просто уйти? Где-то там на улице бегает Барон, на воротах охрана, мне не дадут так просто покинуть территорию.
Глупо это было, в общем. Но я так себя накрутила, что не смогла поступить иначе.
Теперь придётся объясняться перед Георгием.
Вздохнув, возвращаюсь в спальню и сажусь на кровать. Смотрю за окно – там уже ночь. После всех событий последних дней я устала, дико хочется спать. Свернуться калачиком под одеялком и чтобы меня никто не трогал.
Приближаются тяжёлые шаги Тигрова. Он входит в спальню и протягивает мне смартфон:
– Всё окей. Если будут звонить с незнакомых номеров, сбрасывай и блокируй. А номера потом мне перешлёшь.
– Зачем?
– Просто сделай, понятно?
– Ладно… – чувствуя себя виноватой за попытку побега, сразу соглашаюсь.
– Теперь рассказывай, – уперев руки в бока, требует Георгий.
Поднимаю на него глаза. Стоит надо мной, крепкий и широкий, как скала. Вид его обнажённого торса по-прежнему заставляет мурашки носиться по коже. Но взгляд у него строгий, голос кажется сердитым.
Кажется, он злится на меня за то, что я пыталась уйти.
– Что рассказывать?
– Ох, бля, – выдыхает Тигров. – Я говорил не притворяться дурочкой?
– Говорил…
– Так хорош притворяться. Рассказывай, почему хотела сбежать.
– Потому что… мы не подходим друг другу.
– С чего ты взяла?
– Мы из разных миров, – бубню почти неслышно.
– Ты о чём сейчас? Мы с тобой живём в одной стране, в одном городе, говорим на одном языке.
– Я не то имею в виду…
– Да я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду, просто это глупость, – чеканит Тигров. – Хочешь сказать, у нас с тобой разное финансовое
Молча киваю, но Георгий и не ждёт ответа, продолжает:
– Это вообще не проблема. Я введу тебя в свой мир так быстро, что ты глазом моргнуть не успеешь. Неделька-другая, может быть, месяц – и ты забудешь о том, как жила раньше. К хорошему быстро привыкают, Анна.
– Я понимаю. Но как потом отвыкать?
– С чего ты взяла, что придётся отвыкать?
И тут меня прорывает:
– А что не придётся?! – восклицаю и даже подскакиваю. – Мы что, всю жизнь будем вместе? Ты женишься на мне, я рожу тебе наследника, мы вместе состаримся и умрём в один день?
– Звучит как план, – усмехается Георгий.
– Ты издеваешься?! – со слезами в голосе восклицаю я. – У нас такого никогда не будет! Мы разные!
Больше не могу держаться. Вываливаю на Тигрова все свои переживания, все сомнения и страхи. Всё, что надумала сегодня вечером, пока лежала рядом с ним. Да и всё прочее, что мусолила в мыслях до этого.
– Так, стоп! – в один момент он резко прерывает меня, подняв ладонь. – Ты говоришь, я сказал во сне её имя?
– Ты сказал “Спи, Эми”. И обнял меня.
Впервые вижу Георгия поражённым. Он как будто бы впадает в транс. Глядя в пустоту, молча садится на кровать.
Сажусь рядом, вытирая слёзы и ожидая, что он скажет.
– Это какой-то пиздец, – тихо произносит Тигров. – Я думал… думал, что забыл её.
– Выходит, что нет, – говорю я.
– Да нет, всё не так, как ты подумала. Я знаю, в чём дело. Понимаешь… – Георгий сглатывает и несколько мгновений молчит, будто собирается с силами. – Блядь, это сложно. Я не привык делиться своими чувствами. Короче…
Он вздыхает и вдруг перестаёт казаться мне таким суровым и непрошибаемым. Передо мной обычный человек, у которого тоже есть сердце – и это сердце вдребезги разбито. Ему больно внутри, и непросто поделиться этой болью со мной.
– В общем, я был счастлив с ней, понимаешь? До того, как она меня предала. Я был влюблён так сильно, как это возможно. Не видел и не слышал никого, кроме неё. Я засыпал и просыпался с мыслями о ней. Но потом… ты знаешь, что случилось потом.
– Знаю, – тихо отвечаю я.
– После этого я долго мучился. Но сумел её забыть. И не вспоминал много лет, а теперь… вдруг вспомнил. Знаешь почему?
– Почему? – меня вдруг охватывает дрожь.
Георгий смотрит на меня с такой нежностью, что я вдруг забываю, как дышать. По телу разливается тепло, будто бы в моей груди разгорается тихое и ласковое пламя свечи.
– Потому что рядом с тобой, Анна, я чувствую то же самое.
Моё сердце стучит так громко, что мне кажется будто его стук отдаётся эхом по комнате. Тигров берёт меня за руку и тянет к себе. Наши лица сближаются, и он шепчет: