Девочка для адвоката

Расова Лана

запястье. Не больно, но твердо.

Матвей Александрович стоял сзади, опираясь рукой о стол, снова нарушая все границы личного пространства.

– Не закрывай. Дай посмотреть.

Он взял блокнот. Я замерла, ожидая насмешки. «Юрист должен думать о законах, а не о

тряпках». Но он долго рассматривал рисунок.

– Асимметричный подол, - пробормотал он.
– Это сложно в крое. Ткань должна быть тяжелой, иначе не ляжет.

Я уставилась на него, открыв рот.

· Господи, откуда вы...

·

У моей тети было ателье, - он вернул мне блокнот, и его глаза на секунду потеплели, потеряв привычный холод.
– В детстве мне часто приходилось у нее бывать и подолгу. Так что можно сказать, что я все детство провел среди манекенов и булавок.

Он посмотрел на меня.

– У тебя талант, Лера.

Мое сердце сделало кульбит. Похвала от отца? Никогда. От брата? «Мило, сестренка». А этот циничный сноб увидел «талант».

· Спасибо, - прошептала я.

· Н, - тон снова стал деловым, - если ты не закончишь реестр по делу «Газпром-экспорт» до

полуночи, твой талант не спасет тебя от моего гнева.

Он развернулся и пошел к выходу, но у двери остановился.

– Кстати, тот синий бархат, что ты нарисовала... Если решишь шить, бери итальянский. У него ворс гуще. Я знаю склад, где можно достать остатки коллекций Brioni с хорошей скидкой. Если закончишь работу вовремя, я дам тебе адрес.
– сказал он и вышел.

Я осталась сидеть, прижимая блокнот к груди.

Матвей Миронов только что предложил мне помощь с тканью?

В этот момент где-то внизу живота завязался тугой узел. Я же так могу и влюбиться..

Глава 7.

Утро вторника началось не с кофе, а с марш-броска.

Я вышла из подъезда, поплотнее кутаясь в джинсовку. Небо хмурилось, обещая дождь, а моей

машины на привычном месте не было

Вчера я отвезла ее в сервис «У Ашота» в гаражах, потому что на официального дилера у меня денег нет. Все наличные, что тайком сунул мне Максим, до последней копейки ушли на предоплату ремонта бампера и покраску.

– Ничего, Лера, - подбодрила я себя, перепрыгивая через лужу.
– Ходьба полезна для фигуры.

Слава богу, мы с Катей снимали квартиру всего в пятнадцати минутах ходьбы от универа. Но привычка - страшная сила. Рука то и дело тянулась к карману за ключами, а ноги ныли в кедах, отвыкшие от таких дистанций

В кармане гулял ветер, на карте было почти пусто, а впереди маячила пара у Миронова. Жизнь

определенно налаживалась (нет).

В аудиторию я влетела за минуту до звонка, раскрасневшаяся и запыхавшаяся.

Матвей Александрович уже был там. Он стоял у окна, просматривая

какие-то бумаги. Увидев

меня, он демонстративно посмотрел на часы.

Прозвенел звонок, Матвей Александрович подошел к кафедре. Вид у него был, мягко говоря, недобрый. Галстук ослаблен, взгляд мечет молнии.

– Садитесь, - рявкнул он.
– Сегодня тема: «Международный коммерческий арбитраж». И если кто-то не прочитал пятую главу, я вам не завидую.

Он полез в свой кожаный портфель, пошарил там рукой. Нахмурился. Пошарил еще раз.

Выругался по-английски - тихо, но выразительно

Аудитория замерла.

– Дмитриенко!
– его голос прозвучал как выстрел.

Я вздрогнула.

· Я здесь.

· Встать.

Я медленно поднялась. Все повернули головы в мою сторону.

– Ты вчера забыла забрать подписанные документы, - громко, на всю аудиторию заявил он, сверля меня взглядом.
– Моя рассеянность заразна, или это твой личный саботаж рабочего процесса?

По рядам пробежал шепоток.

«Документы?», «Она что, работает на него?», «Смотрите, как он на нее смотрит...»

· Я... я не успела, - пролепетала я, чувствуя, как горят щеки.

· «Не успела» в суде не принимается, Валерия Дмитриевна. Права с собой?

· Да, но у меня машина в серв...

Не дослушав, Матвей достал из кармана связку ключей с тяжелым брелоком и швырнул их мне

через ряды. Я чудом поймала их в полете.

– Едешь ко мне домой, забираешь синюю папку со стола в кабинете. Потом везешь ее в мой

офис. Там тебя ждет курьер. И возвращаешься сюда.

Шепот стал громче. Студенты переглядывались, кто-то хихикал.

– Матвей Александрович, - робко подала голос староста с первой парты.
– А разве студентам

можно... ну, выполнять личные поручения?

– Валерия Дмитриевна проходит у меня индивидуальную стажировку, - отрезал он ледяным тоном, от которого староста вжалась в стул.
– В наказание за... академическую задолженность. Еще вопросы есть?

Вопросов не было.

– Черный «Гелендваген» на парковке, - добил меня Матвей.
– Время пошло, Дмитриенко. Одна

царапина и твоя стажировка продлится до пенсии.

Водить огромный черный «Гелик» было все равно что управлять малогабаритной квартирой на колесах. Я чувствовала себя муравьем в кабине звездолета. Сев в кожаное кресло, я на секунду зажмурилась.

– Господи, только никуда не въедь. У меня денег нет даже на проездной в метро.

До башни «Москва-Сити» я добралась без происшествий, если не считать того, что мне сигналили все, кто мог - видимо, девушка за рулем такого танка вызывала у водителей когнитивный диссонанс.

Вбежав в пентхаус, я сразу направилась в кабинет. Синяя папка лежала на краю стола.