Девочка Беркута
Шрифт:
Мы общаемся почти каждый день. Обсуждаем все на свете... кроме его «работы».
Видимся мы стабильно два-три раза в неделю. Иногда даже чаще. Однажды он даже забрал меня к себе на шесть дней. Дважды он отлучался, но это было оговорено открыто. Он предупредил заранее, что будет отсутствовать пару часов. А не как в прошлый раз. Молча собрался и под покровом ночи покинул дом...
Я не могу найти определение нашим отношениям. Рома до сих пор говорит, что он одиночка. И что он так привык. Я вижу, ему тяжело впускать в свою жизнь и в свой холостяцкий быт кого-то второго. Но он все равно
Самое странное, что теперь Рома живет в другом месте. На окраине города. Дом стоит на отшибе. Собак он перевёз туда. Правда вольера там нет, а животные свободно передвигаются по территории.
На вопросы, его ли это имущество, Рома прямо не ответил ни разу. Как всегда играючи лавировал. Я думаю, он снял этот дом для наших встреч. Возможно, жильё принадлежит кому-то из его... «друзей».
Меня Беркут никому не показывает, ревностно охраняя свои личные интересы. Только три человека были удостоены чести бывать в «нашем» доме в мое присутствие. Вернее, им всегда открыта туда дорога. И они приезжают по необходимости, но как гости.
Рома... он такой... разный. Со мной — обходительный. Строгий, но мягкий. Заботливый диктатор.
А с другими он меняется. Даже его речь становится иной. Я не всегда понимаю, значение некоторых фраз, когда он разговаривает с Арсом, которого, как я знаю, зовут Олег. Или Хакером, имя которого — Виктор. Третьего человека, допущенного в ближнее окружение, они называют Карат. Высокий, крепкий лысый мужчина, с всегда спокойным голосом.
Но я стараюсь не попадаться им на глаза. Несколько раз я слышала их разговоры о металле. Не поняла, что именно, это значит. Драгоценные металлы или нет, добыча, перекуп или завод по обработке… Рома никогда не обсуждает со мной такие вещи. Но я даже рада. Мне эта информация ни к чему.
Сегодня любимый забирает меня к себе. Снова.
Наконец! Я каждую встречу с ним жду, как праздник, а домой возвращаюсь с тяжелым сердцем. Я отчаянно скучаю по мужчине, когда он далеко.
Один только раз он сам спросил меня о будущем. Чего хочу и кем я вообще вижу себя через несколько лет.
Тихий вопрос заставил меня насторожиться:
— Если мне нужно будет уехать. Ты поедешь со мной?
Это вышло очень неожиданно и странно. Никакой конкретики не было, а без этого мне сложновато стало сориентироваться и искренне ответить. И, уж тем более, серьёзно плодотворно поговорить.
В тот день перед расставанием Рома сказал, что чуть позже он отойдёт от дел. Не сейчас, но потом. И если я согласна немного подождать его, то у нас с ним, возможно, когда-нибудь будет совместное будущее.
Вот только одна фраза особенно резанула сердце:
— Я бы этого хотел. Вопрос лишь в цене. Я не готов тобой рисковать.
Глава 32
Сижу на кровати, свесив ноги. Ступни едва касаются пола. Душа замирает, неприятное предчувствие скребёт остатки души.
Рома стоит у окна спиной ко мне. Он напряжен. Чрезмерно. Это странно и абсолютно несвойственно расчетливому Беркуту. Последующее заявление перекрывает кислород. Становится сложно дышать.
— На меня готовится нападение, — Рома оборачивается и продолжает, — мне нужно будет уехать, немного отсидеться. И тебе тоже. Пустим их по ложному следу. Мои люди помогут тебе скрыться...
Я не понимаю, как реагировать. Сегодня я уже не та, что была вчера. Сегодня все изменилось. Сегодня я в ответе не только за себя. И больше я не могу делать вид, что все нормально.
— А мне зачем уезжать?
Он стоит в нескольких шагах от кровати, поджимает губы и молча обнимает меня жестким взглядом. Его грудь тяжело вздымается под футболкой. А я нетерпеливо жду... Жду ответа. И не слышу его.
— Рома. Я задала тебе вопрос.
Его лицо всегда казалось мне прекрасным, хоть и суровым. Красивым. Мужественным. Как и душа, но я знаю слишком много всего, твердящего об обратном.
— Так надо. Я хочу быть уверен в твоей безопасности.
— А здесь я буду под ударом?
— Яна. Это очень серьезный вопрос. Лучше подстраховаться.
Я поднимаюсь и подхожу к нему, не замечая, как ледяной пол холодит ступни. Кладу ладони мужчине на грудь. С трудом пытаюсь выровнять дыхание. Сердце учащенно бьется.
— А если я не хочу уезжать? Ты меня заставишь?
Мужчина твердо кладет ладони на мои хрупкие плечи и разворачивает спиной к окну. А сам прижимается крепко-крепко. И утыкается подбородком мне в макушку.
Я чувствую исходящий от стеклопакета холод. Но даже он не сравнится с лютым морозом в душе.
Так горько… Так болит сердце и рвётся на части…
Беркут. Это не просто второе имя. Это настоящая визитная карточка моего мужчины в его жестоком мире. Том самом мире, где Рому так называют все. И где для меня нет и никогда не было места. И он честно признался в этом еще тогда. Но теперь… Теперь все изменилось. И нас уже не двое.
Я тону в родном запахе. Таком любимом, терпком. Самом лучшем. И не осознаю, как быть дальше. Теперь я ужасно боюсь.
— Я понимаю, что сложно. Я понимаю, что тебе тяжело. Но потом все будет по-другому, — Рома тихо шепчет мне на ухо, пытаясь успокоить. — Просто сейчас нам надо ещё немножко продержаться. Я обещаю, все изменится. Я все для этого сделаю, Яна.
— А если не получится? Как тогда жить?
— Это скоро закончится. Опасность останется позади. Просто потерпи ещё немного. Я ведь ни разу тебя не обманывал.
— Ты думаешь все так просто, да?
— Нет. Совсем непросто. Но это легче, чем ты считаешь.
— Сколько у нас есть времени?
— Неделя. Это максимум. Но я не хочу рисковать. Завтра начнем собираться.
— И сколько нам еще жить… вот так? — не получается унять дрожь в голосе. Я не представляю, как он отреагирует, когда узнает… — Рома. Я женщина. И мне нужны гарантии.