Девочка бандита
Шрифт:
Он притянул меня к себе. Пристально посмотрел в мои глаза, а потом спросил:
– Моя маленькая девочка сильно испугалась?
Я всхлипнула, и горький ком, стоящий в горле, потребовал, чтобы его выпустили. Слезы полились из моих глаз, и вместе с ними из меня выбралась вся горечь.
– Да, – прошептала я.
– Ну, не плачь, все же обошлось, все хорошо, – горячие губы коснулись моей щеки.
– Хорошо, только все равно страшно, – я закрыла глаза.
Усталость навалилась на меня,
– Чего боишься?
Я запрокинула голову. Сквозь туман из слез я разглядела сосредоточенное лицо Искандера. Он ждал ответа.
– Вдруг, они вернутся? Вдруг сделают что-то плохое?
– Они ушли и сегодня уже не вернутся.
Я горько улыбнулась:
– Ты уже привык, да?
– Да, – его улыбка отличалась от моей и являла собой воплощение дерзости.
– Мне жаль, что ты снова стала свидетельницей случившегося, но с другой стороны – хорошо, что это произошло.
– Почему? – мои брови сошлись на переносице, и лоб противно запульсировал от напряжения.
– Ты услышала кто я есть на самом деле. Ты все равно узнала бы, просто сегодняшние визитеры ускорили это.
– Ты собирался сказать мне это сам? До того, как мы окажемся в постели? – прошептала я и замерла, ожидая его ответа.
Искандер усмехнулся:
– Не могу точно ответить на этот вопрос.
– Это нечестно, – я сглотнула. – Люди должны знать друг друга перед тем, как…
– Я не хотел напугать тебя этой новостью, но ты права – нужно было сказать. И сделать это надо было до того, как мы полетели сюда. Теперь ты знаешь – и как дальше дело пойдет – решать тебе.
С этими словами он откинулся назад, на спинку дивана.
Рука его по-прежнему была на моих плечах, но Искандер больше не обнимал меня так крепко, как секундами ранее.
Почему-то это сильно задело меня. Сердце в груди заныло, и я почувствовала себя отверженной. Хорошо знакомое, детское чувство, которое вновь проявляло себя.
Двери распахнулись, и в зал, толкая перед собой тележку, прошел Ахмед. На ней красовался великолепный, двухъярусный торт с горящими на нем свечами.
Рядом, гремя подносами, шли официантки, но всё моё внимание было приковано к торту.
Белоснежный, круглый, с кремовыми сердечками, он был воплощением мечты сладкоежек. По всей площади торта горели свечи. Всего 18 штук.
– Немного с опозданием, Искандер-джан, но на то имелись свои причины, – мелодично, голосом, в котором плясали восточные нотки, произнес Ахмед. – Как ты и заказывал. Для твоей именинницы.
– Спасибо, брат, – Искандер заулыбался.
Его рука стиснула мое плечо и следом раздалось:
– Задувай свечи, милая, и загадывай желание. Кто знает? Может что-то, да сбудется. И пусть
Мои глаза не успели высохнуть от недавних слез, а тут, снова, новая порция подступила к ним.
Я перевела взор с торта на Искандера.
Глаза его сверкали, как темные изумруды, и я увидела в них…
Нет, не наглость, а…
Благородство. На меня смотрел человек, имеющий богатый, тяжелый жизненный опыт, но сумевший сохранить свою душу.
Именно это я увидела-почувствовала вопреки всему, что я знала.
– Я загадаю, чтобы ты всегда был со мной, – прошептала я, но судя по тому, как губы Искандера дрогнули в улыбке, он услышал это.
Я вновь повернулась к торту. Набрала грудью побольше воздуха и стала задувать свечи – все 18 штук.
Не с первого раза, но у меня получилось. Ощущая детский восторг, я захлопала в ладоши и краем глаза заметила, как улыбнулся Ахмед.
– Давай, нарежем, – Искандер поднялся, достал нож и нарезал торт.
Официантки, поставив на стол подносы с чашками и чайником, поспешили скрыться в соседнем зале. Ахмед, что-то сказав Искандеру на незнакомом, но очень красивом языке, последовал за ними.
– Что он сказал? – не выдержав, поинтересовалась я, когда мы вновь остались наедине.
– Что он рад за меня.
ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ
Дверь в номер закрылась.
Щелкнул выключатель, и пространство заполнилось мягким, теплым светом. Пять минут назад мы оформились в гостинице, в которую приехали уже за полночь, после ужина в ресторане Ахмеда.
Надо сказать, что Искандеру все-таки удалось накормить меня, и вот теперь пришел черед других дел…
– Погоди, – Искандер обошел меня и, прямо в обуви, прошел дальше.
Открыл-закрыл дверь в ванную, затем завернул направо и, не задерживаясь, вернулся обратно.
– Что это было? – я непонимающе посмотрела на его улыбающееся лицо.
– Так, привычка, – он подошел ко мне.
Смуглые пальцы ухватили замочек куртки и потянули его вниз. Через секунды Искандер уже вешал её в шкаф, а я, по-прежнему стояла на месте. Ноги будто приросли к полу, и я не могла пошевелить ими.
Причина?
Я волновалась.
– Тебе помочь разуться? – Искандер выразительно посмотрел на мои ноги, плечи его дернулись, словно он пытался воплотить в жизнь озвученное, но я остановила его:
– Нет, ты что. Спасибо! – левая, а потом правая ступня вылезла из туфель.
Ощутив под подошвой ног мягкий ворс ковра, я облегченно улыбнулась. От непривычки устала. Но это не значило, что туфли мне не понравились. Я аккуратно убрала их в сторону, и увидела, как Искандер поставил рядом свою обувь.