Девиантная принцесса

Лоррейн Трейси

— Ты также сводишь меня с ума, одержим, эгоистичен. Впервые в моей жизни у меня есть что-то, что у меня можно отнять. Что, если ты заберешь себя у меня?

— Разве это не должен быть мой выбор? — Холодно спрашивает она.

— Да, так и должно быть. Но то же самое следует сказать и о выборе твоего мужа.

Она отталкивается от стены и делает шаг ближе ко мне. Мои кулаки сжимаются там, где они покоятся на моих бедрах.

— Что заставляет тебя думать, что я бы не выбрала тебя? — Спрашивает она,

ее брови сходятся вместе, взгляд, который мне не нравится, наполняет ее глаза.

Жалость.

Я избавляюсь от своей рефлекторной реакции, чтобы перестать чувствовать себя таким уязвимым, и смотрю ей в глаза, позволяя ей видеть глубже, чем это делают все остальные.

— Зачем тебе это? Ты достаточно раз говорила мне, что ты обо мне думаешь, и я не так уж много сделал, чтобы доказать, что ты ошибаешься.

— Мы оба сказали много вещей, которые, я уверена, мы не имели в виду, — честно говорит она.

Она останавливается вне пределов досягаемости.

— Что случилось в ночь вечеринки у бассейна?

Потирая затылок, я улыбаюсь про себя этому воспоминанию.

— Ты была абсолютно пьяна, как я уверен, ты знаешь. Остальные ушли. Алекс принес закуски, и все последовали за ним.

— Стелла и Калли не хотели оставлять тебя, но Стелла увлеклась Себом, и ты убедила Калли пойти с Нико и что ты будешь рядом.

— Я держался сзади, бесстыдно разглядывая тебя в твоем мокром нижнем белье и жалея, что не могу подойти к тебе ближе.

— Заткнись, ты этого не делал, — возражает она.

— Виновен. Но потом ты споткнулась о собственную ногу и упала лицом в пол.

— Поэтому была кровь?

— Да.

— Итак…

— Итак, я подхватил тебя на руки и отнес обратно. Парни были отвлечены едой, сном или сексом, и никто не обратил никакого внимания, когда я нес тебя в свою комнату.

— Твое нижнее белье промокло после бассейна, поэтому я снял его с тебя, надел на тебя свою рубашку, вымыл тебя и уложил в свою постель, чтобы ты отоспалась.

— Не могу поверить, что ты раздел меня догола, — бормочет она, хотя не выглядит особо обеспокоенной. Я думаю, сейчас уже немного поздно.

— Я не включал свет. Я был джентльменом.

Она усмехается. — Не уверена, что ты когда-либо был одним из них.

— У меня бывают свои моменты, — бормочу я. — В любом случае, я подтащил свой стул и наблюдал, как ты спишь, убедился, что ты не перестала дышать или что-то в этом роде. Я беспокоился, что у тебя могло быть сотрясение мозга от удара головой.

— Это было в ту ночь, когда все началось? — Спрашивает она.

— Я имею в виду, до этого я был довольно одержим, но в ту ночь все изменилось.

Она кивает, принимая мои слова.

— Я не буду извиняться за то, кто я есть, Эм. Но я сожалею о том, как все это закончилось. Честно говоря, я не знал о том,

что мы женаты, пока папа не дал мне документы и не поручил выяснить все, что тебе известно. Я понятия не имел о твоей маме, о том, что вы были связаны, хотя его действия действительно вызвали у меня подозрения.

Она подходит ближе, вставая между моими раздвинутыми бедрами. Положив ладони обратно на матрас, я смотрю на нее снизу-вверх, отчаянно желая протянуть руку, но также нуждаясь в том, чтобы она сделала первый шаг.

Ее рука протягивается, ее нежные пальцы обхватывают колонну моего горла точно так же, как я делал с ней так много раз.

Я сглатываю, позволяя ей почувствовать, как ее прикосновение действует на меня.

Я не пропустил недавнюю смену власти между нами. Я думал, что мне это не понравится, если я передам немного своего контроля. Но с Эмми, как и со всем остальным, что с ней связано, я нахожу, что мне это действительно очень нравится. Может быть, я смогу время от времени отпускать.

— Эмми?

— Прекрати говорить, — требует она. — Мне больше не нужны никакие слова. Я просто хочу…

Ее губы прижимаются к моим, и я, не теряя времени, просовываю свой язык ей в рот, ища ее.

Стон вырывается из моего горла, когда она забирается ко мне на колени и запускает пальцы в мои волосы.

Подталкиваясь, чтобы сесть, я обхватываю ее тонкую талию руками, заставляя ее прижаться ко мне.

— Нет, — говорит она, заставляя мое сердце уйти в пятки, когда она убирает мои руки со своей талии. — Засунь свою потребность в контроле обратно в коробку. Ты мой.

Весь воздух вылетает из моих легких от доминирования в ее голосе, и когда она кладет руку мне на грудь и толкает меня обратно на кровать, у меня нет выбора, кроме как следовать приказам.

— Ты у меня в долгу, Чирилло. Ты должен мне чертовски больше, чем это, но я полагаю, мы начнем с этого.

Слезая с меня, она обхватывает пальцами пояс моих боксеров и стягивает их вниз по моим бедрам, позволяя моему более чем готовому члену подпрыгивать у моего живота.

Приподнимая мою задницу, чтобы помочь ей выбраться, она быстро стягивает мое нижнее белье с моих ног и бросает их на пол.

Я настолько потерян для нее, что даже не задумываюсь о беспорядке — то, чего я никогда бы не смог сделать ни с кем другим.

— Лучше, — бормочет она, ее глаза прикованы к моему твердому члену, когда она ползет обратно вверх по моим ногам.

— Черт, — выдыхаю я, когда она обхватывает меня своей крошечной ручкой и медленно начинает поглаживать по всей длине.

— Это моя любимая часть тебя, — говорит она мне как ни в чем не бывало.

— Да? Я не заметил.

— Еще одна шутка? Осторожнее, Чирилло, ты можешь потерять свой имидж плохого мальчика.