Дети Судного Дня
Шрифт:
— Отдай его мне.
Алекс вздрогнул. Люпен стоял, грозно расставив ноги, и смотрел прямо на него.
— Разве я не прикончил тебя? — это был глупый вопрос.
Люпен подошёл к вампу, взял у него из рук револьвер и сказал:
— Мы и так все умрём. Если не сегодня и не завтра, то послезавтра. У человечества нет будущего.
Утром Алекса разбудил взбешённый Энди.
— Где труп?
Алекс сел и обхватил руками взлохмаченную голову.
— Он ушёл, — глухо ответил
— Он был мёртв! — Энди схватил товарища за плечо, но тот никак не среагировал.
— Оборотня можно убить только серебряными пулями, — сказал Алекс. — Или термоядерной бомбой.
Южная дорога из Данпетруса была завалена обгоревшими обломками военной техники, но второй робот — дитя Би-Джея — им не повстречался.
Глава 12. Столб в небо
Нога у Энди совсем перестала болеть, он повеселел; вампы шли дальше.
Энди на ходу курил (чего обычно он никогда не делал), а сладкий кружащий голову дым неизменно летел в сторону его друга. Алекс несколько раз менял своё положение относительно Энди, но ветер, издеваясь, тоже мгновенно изменял направление. У Алекса слезились глаза, и он сильно злился. «Опять он курит, скотина! — яростно размышлял он. — Отравляет не только себя, но и меня, мой молодой растущий организм! Что же мне придумать, чтобы заставить этого самодовольного болвана отказаться от этой привычки? Может, сделать ему какой-нибудь чудесный, милый подарок, чтобы он по-новому посмотрел на себя?»
Алекс бросил взгляд на неземное, умиротворённое лицо Энди, который умудрялся идти с закатившимися под веки глазами, и внутри него всё вскипело.
«Чёрт возьми, какие идиотские мысли мне порой приходят в голову! Лучше сразу же схватить этого Энди за горло и аккуратно его придушить. Эта процедура подействует гораздо эффективнее, только придётся постараться и попотеть».
— Послушай, Энди, — медовым голоском прогундосил Алекс. — Давай с тобой поспорим, что ты не бросишь курить через месяц!
Энди резко остановился, тем более что сигарета обожгла ему губы.
— Давай лучше держать пари, — с милой улыбкой предложил он, — что когда я брошу курить, ты вытащишь крепкий шнурок из своих ботинок и повесишься на первом столбе, на который я тебе укажу.
Энди немного подумал и добавил:
— А перед этим ты обязательно полностью разденешься.
— Предложение хорошее, спору нет, — согласился Алекс, — вот только…
Энди довольно захихикал.
— А вон один мужик собирается проделать эту последовательность операций, — неожиданно сказал он. — Бежим к нему!
Посреди безжизненной степи стоял столб. И на него сейчас с обезьяньей ловкостью карабкался какой-то мужчина в лохмотьях. Когда вампы подбежали ближе, он уже был на самой его верхушке, где медленно выпрямился, сложил руки на груди, закрыл глаза и замер
— Столб, — сказал Алекс.
— Логично, — кивнул Энди.
— Пять метров, — прикинул Алекс.
— Четыре с половиной, — уточнил Энди.
— Всё равно высоко. Как это ему удалось сделать?
Алекс скинул рюкзак и хотел сам попробовать взобраться на столб, но вовремя передумал, так как тот был очень грязный. И воняло там соответственно — грязью и отходами человеческой жизнедеятельности.
— Обо что же вытереть ладонь? — задумался Алекс, с уже некоторой долей озлобленности посматривая на непонятного человека на столбе.
— Оближи языком, — усмехнулся Энди, присаживаясь неподалёку на отдых.
— Помочь не хочешь? — а про себя Алекс подумал: «Срать я на тебя хотел, товарищ Эндрю Эйнджел!»
Естественно, помощи от друга Алекс не дождался. Вамп разозлился и пнул столб ногой, но он даже не шелохнулся. «Глубоко вкопан», — подумал Алекс. Мужчина на столбе открыл правый глаз, посмотрел свысока на вампов и повернулся к ним спиной. Даже если не учитывать прорехи в его тряпье, это было весьма невежливо.
Алекс кое-как почистил руку о землю (рядом со столбом он заметил множество жестоко изгрызенных костей, преимущественно крысиных) и устроился на привал рядом с Энди. Они открыли бутылку вина, консервы и начали обедать.
— Давай попробуем сшибить его оттуда, — предложил Алекс, но Энди не высказал большого энтузиазма, а начал делиться своими наблюдениями:
— Воняет от него, конечно, знатно. Не стригся и не брился он, по меньшей мере, лет десять.
— А ногти, Энди! Посмотри на его ногти!
— С твоего позволения, Алекс, я попробую этот кусочек тушёнки…
«Чтоб ты подавился!» — автоматически пожелал в мыслях другу Алекс.
Было около полудня, и случилось так, что солнце находилось точь-в-точь над головой столпника, обрамляя её яркими лучами. Энди проглотил мясо и тихо сказал:
— А вдруг это отшельник великой святости, во имя истинной веры подвергший себя мучениям и истязаниям?
Святой человек на столбе вдруг присел на корточки.
— Это, Энди, конечно, великое мучение и истязание — исторгнуть из себя дерьмо с высоты пяти метров на головы таким грешникам, как мы с тобой.
Энди с грустью в глазах посмотрел на друга, но в глубине души несказанно обрадовался, что они сидят от столба в некотором отдалении.
Утолив свою природную нужду, столпник выпрямился, развернулся к вампам и начал гневно сверлить их своими безумными вытаращенными глазами.
— Ей-богу, забавный тип, — сказал Алекс.
Столпник отверз свои уста, сняв с них печать молчания, и молвил громоподобным голосом: