Дети Сиспилы
Шрифт:
Сканирование Эллис изнутри давало ей невероятно чёткую картину и она видела все её внутренние органы так отчетливо и так хорошо, как этого не происходило даже в тот момент, когда она, словно бы запустила руку внутрь девушки, проникнув через узкий разрез в её оболочке. Пожалуй, это было как раз то, что нужно, так как внешняя форма для неё все-таки была не так важна, как её содержание. Она даже обнаружила у девушки небольшой дефект в поджелудочной железе и смогла быстро устранить его, так как ей вскоре удалось, как бы открыть два небольших окна в очень тонкой внутренней оболочке Стасика, и, пропустив
При этом Лулуаной была несказанно поражена тем, что во время этой операции, продлившейся всего каких-то семь минут, Эллис, почему-то, сначала затряслась и завибрировала, словно овощерезка в руках Стоса, а затем, вдруг, издала такой вопль, полный счастья и наслаждения, что арниса на пару минут даже перестала плакать. Лулу, внезапно, поняла, что это и есть тот самый оргазм, о котором недавно говорил ей Стасик и, наконец, сообразила, что именно она стала виновницей дикого, чуть ли не звериного, вопля, а потому в итоге заставило её зарыдать ещё громче и надрывнее.
Ещё через несколько минут взвыл её подопечный и в тело Эллис ударила тугая и вязкая струя его семени, да, так внезапно, что Лулуаной едва успела сжать свой манипулятор и не потерять крохотную часть самой себя. Это послужило арнисе сигналом к тому, что ей было пора убирать свой инструмент из расслабленного тела девушки. В этот момент ей, отчего-то, было противно обращаться к своему симбионту и не сообрази она вовремя, что два этих тела сейчас разъединятся, она получила бы болезненную травму. К счастью, арниса успела вовремя убрать манипулятор из тела девушки и та с протяжным стоном откинулась набок и была подхвачена рукой Стасика.
Эллис лежала рядом со Стосом и все никак не могла прийти в себя после оргазма сумасшедшей силы. Её любовник, в которого она влюблялась всё больше и больше, лёг на бок и прижался к ней своим большим, мощным телом. Она тоже прижалась к нему, вся трепеща от пережитого и снова застонала, представив себе, как же ей будет сладко очутиться под этим живым танком, как приятно оказаться расплющенной всей его горячей мощью. Дрожащим голосом она чуть ли не прохрипела:
— О-о-о, Стас, ты был просто великолепен, любовь моя. Я ощущала тебя буквально у себя под сердцем…
— Ну, как же, как же, так уж и его… — Злобно огрызнулась Лулуаной и добавила стервозным тоном — Это не его пипетку ты чувствовала, моя дорогая Эллис, а мой манипулятор, который предотвратил твой сахарный диабет.
Стос едва сдержался, чтобы не расхохотаться. Он уже хотел было сказать что-то в ответ, но тут послышалась громкая мелодия звонка в прихожей, которая быстро отрезвила Эллис. Она, быстро чмокнув его в губы, вскочила с кровати и, направляясь к выходу из спальни, весело сказала:
— Стас, это, скорее всего, приехал мой брат, Вилли. Я пойду успокою его и отправлю домой. Иначе он точно снесёт дверь и начнёт крушить твою роскошную квартиру.
Она бросилась в прихожую, но её штормило, как от доброго литра водки. Стос тоже немедленно поднялся с кровати и направился вслед за ней.
— Вилечка, со мной всё в полном порядке. Извини меня, но в тот момент, когда ты позвонил, я была очень занята. Да, вот ещё что, Вилли, всё позади. Не знаю как Стас сделал это, но он полностью исцелил меня. Это ремиссия, Вилли, полная ремиссия. Этот парень каким-то образом сам узнал, что у меня рак, положил меня на своё тело и так мы пролежали с ним всю ночь. Я, кажется, то ли уснула, то ли впала в транс, но когда очнулась, то и у меня, и у него на теле было по небольшой царапине и мы немного испачкались кровью. Зато сейчас опухоль полностью исчезла и меня уже ничто не беспокоит. Я вот, сейчас, изо всей силы давлю на это место пальцами и у меня ничего не болит. Я полностью здорова, Вилли. Поэтому немедленно отправляйся домой, а я останусь здесь.
Братец Эллис, вложив пистолет в наплечную кобуру, крикнул так громко, что его было слышно даже через стальную дверь со всей её шумоизоляцией:
— Эллис, открой, я хочу войти внутрь и убедиться во всём сам. Сестрёнка, я чуть с ума не сошел. Уже стал думать, что этот здоровенный медведь тебя задавил.
Стос, уже одетый в махровый халат, заботливо накинул точно такое же белое, длинное одеяние на плечи девушки и пока она одевалась, не спеша открыл все замки того стального сооружения, которым было впору оснащать банковские подвалы. Отодвинувшись в сторону, он пропустил жутко настырного братца к его взъерошенной сестрице. Та, облачившись в халат длиной до самого пола, стояла прислонившись к стене и мелко дрожала, приходя в себя после всего того, что, внезапно, словно снежная лавина в Домбае, свалилось на её белокурую головку с очаровательным, раскрасневшимся личиком.
Не выдержав отходняка после оргазма чудовищной силы, она с тихим стоном медленно сползла по стене и плюхнулась попой на толстый, шелковый бежевый ковер с голубыми цветами, постеленный в прихожей, и замерла, слегка раскинув ноги и чуть склонив голову набок. Вильям, бросив быстрый взгляд на Стоса, метнулся к ней и упал на колени. Девушка плотно стиснула ноги, зажав полы халата, и, тщательно прикрывая свои груди, всё ещё горящие от поцелуев, слегка оголила свой бок с длинной, засохшей уже царапиной чуть ниже рёбер.
Вилли, не веря своим глазам, стал бережно, но уверенно делать пальпацию, стараясь нащупать опухоль. Не найдя её на прежнем месте, он воскликнул дрожащим голосом:
— Эллис, маленькая моя, тебе нужно срочно показаться профессору Галкину.
Девушка, сердито зыркнув на него, ответила возмущенным и, явно, обеспокоенным голосом:
— Никуда я отсюда не уйду. Зачем мне это теперь нужно, Вилли? Ведь ты же видишь сам, что опухоль исчезла без малейшего следа. Мне плевать на то, кто меня вылечил на самом деле, Бог, дьявол или какие-нибудь инопланетяне, Вилечка, я получила исцеление из рук Стаса и потому буду теперь принадлежать только ему. Теперь я от него никуда не уйду. Он мечтал обо мне, как о любовнице ещё во время нашей первой встречи, и я буду его любовницей до тех пор, пока он этого хочет…