Дети пространства
Шрифт:
— Карл, идём в порт, там твой корабль садится.
— А как же учёба?
— Какая нафиг учёба? Первый корабль на нашей захолустной планете за три месяца! Вся Порт-Шамбала соберётся
Карл последовал за Кимом к зданию диспетчерской. У подножия здания располагалась огромная застеклённая терраса, выходящая на ледниковое озеро. Здесь уже собралось довольно много народу. Ким и Карл подошли к Маре, Мишелю и Лауре, стоявшим около одного из закрытых выходов, оборудованных гибким рукавом, вроде как в крупных земных аэропортах.
Через
Над дальним концом озера тянул за собой инверсионный след самолётик, неразличимый на таком расстоянии. Но уже через полминуты он стал вполне различим: бесхвостка по схеме «несущий корпус», без чёткого перехода между корпусом и толстыми крыльями. Ещё немного — корабль плюхнулся в озеро, проглиссировал по нему и наконец приблизился на расстояние, позволяющее оценить его размеры.
Карл ахнул: машина, которая только что на его глазах выполняла в воздухе изящные маневры, вблизи оказалась огромной. В принципе размеры транспорта-тысячетонника были сравнимы с размерами больших пассажирских самолётов. Всего лишь раза в два длиннее трёхсотместного аэробуса. Но вблизи он смотрелся гораздо внушительнее.
«Сюркуф», на котором Карл изучал работу в невесомости и вакууме, подобного впечатления не производил. Корабль, болтающийся на орбите, имеет право быть большим. Но нечто, садящееся на озеро по-самолётному… «Интересно, — подумал Карл, — на что похоже, когда сюда садится ,,Лиддел-Гарт’’ или ещё что-нибудь тысяч на двадцать пять тонн?»
— Оператор пятого выхода, выдвигайте переходной коридор, — прогремела под потолком команда по громкой связи.
Мара откинула крышку с пульта управления выходом и взялась за джойстик. Длинная гофрированная труба начала раздвигаться.
Тем временем корабль приблизился к одетому в бетон берегу у подножия террасы и, выпустив из ниш в обшивке какие-то манипуляторы, ухватился ими за причальные кнехты. Направляемый Марой переходной коридор состыковался с люком на обшивке.
— Пятый коридор, есть контакт, — доложила она. Через несколько секунд: — Есть стягивание… Есть давление.
Люки открылись, и из корабля в переходной коридор двинулись люди. Когда первые несколько человек вышли из коридора на террасу, Мара ухватила за локоть свою ровесницу в форме торгового космофлота и оттащила в сторону.
— Ладка, привет.
— Привет. О, да вы все здесь. Привет, Ким, привет, Мишель.
— А теперь знакомься, — Мара сделала небрежный жест: — Карл Кроппке, кандидат в механики к вам. Карл, а это Лада Пантелеева, третий штурман твоего будущего корабля.
В этот момент толпа встречающих буквально взорвалась вспышками фотоаппаратов и аплодисментами
— Что это такое? — удивился Карл.
— Не что, а кто, — усмехнулась Лада. — Андреа Фаррани встречают.
Около выхода из переходного туннеля стояла невысокая рыжеволосая женщина и махала рукой встречающим. Из толпы выскочили несколько
— А кто она такая?
— Ну ты даёшь! — изумилась Лада, но тут же осеклась на полуслове: — Ах да, ты же землянин. У вас тут своя культурная жизнь. А Андреа Фаррани — звезда арктурианской оперы. Её вся Галактика знает. О, — продолжила она, — а вот и мастер. Карл, пойдём, представлю тебя капитану.
Однако капитан «Марианны» как-то мало заинтересовался будущим третьим механиком и тут же спихнул Карла его предполагаемому непосредственному начальству.
Старшим механиком на «Марианне» была женщина, которая показалась Карлу заметно старше его — но насколько? Поди разбери, то ли тридцать, то ли пятьдесят, навскидку не скажешь. Звали ее Алина.
К удивлению Карла, для собеседования она повела его не на корабль, а к столикам небольшого кафе-автомата тут же на причале. Карл назвал бы это кафе открытым, но здесь весь причал был крытой террасой. Скорее это заведение напоминало кафе в каком-нибудь гипермаркете.
Алина попыталась заказать чашечку кофе, но автомат вывернул на экран длиннейшее меню разнообразных сортов, да ещё и с указанием, который какого урожая. Спейсианка слегка растерянно огляделась по сторонам, но никого, кроме Карла, под рукой не было.
— Что значит это многообразие? — наконец поинтересовалась она у него. — Я хочу просто кофе, а мне тут предлагают…
Карл уже был немного знаком с этим кафе-автоматом. Хотя флиттеры к «Сюркуфу» или в Вену обычно вылетали с другой площадки, пару раз ему приходилось что-нибудь здесь перехватывать, ожидая, когда соберётся вахта на орбиту.
— Понимаете, это кафе устроено специально, чтобы похвастаться, чем богата Земля. Поэтому тут двадцать сортов кофе и восемь способов его приготовления. C чаем ещё хуже. Ну вот возьмите, к примеру, «cуматру», двойной капуччино. Пожалуй, это то, что надо для продолжительной беседы.
Себе Карл взял чашку дарджилинга. По его мнению, чай лучше подходил к ситуации.
— Вот ведь колыбель человечества, — продолжала ворчать Алина. — Все не как у людей. На нормальной планете заходишь в портовый кабак, там сидит такой специальный человек, кабатчик, который всё про всех знает — когда кто прилетел, куда кто улетает, где что продают. А тут автомат поставили.
— Автомат — хорошая штука, лишнего не скажет, — подал голос кто-то из проходящих мимо аборигенов Порт-Шамбалы. — Здесь все-таки военная база. Держи мы тут нормального кабатчика, плакал бы режим секретности.
Карл с Алиной расположились за столиком, и началось собеседование. Через полчаса к столику подошёл капитан с большим бокалом пива, уселся сбоку и долго прислушивался к разговору, не вмешиваясь. Ещё через некоторое время, когда Карл уже взмок, пытаясь не ударить в грязь лицом, Алина вдруг повернулась к капитану: