Дети Предтеч
Шрифт:
Ладно, пока о хорошем. Единственный мужчина в этом отряде: снайпер и старший сержант Саша Либерман, Александр Михайлович, если точнее. Отличный, кстати, боец и опытный солдат. Да и сам он из тринадцатой роты космодесанта. Моей с Мишаней родной, гвардейской и героической. Ко мне попал случайно, так бы вояки засунули кого похуже. Дело в том, что Саша, несмотря на фамилию и внешность считает себя русским и очень обижается, когда это кто-то ставит под сомнение. Сильно обижается, надо сказать. И вот в ситуации, когда на базе разведгруппы ГРУ, стоят присланные призывники-десантники, а Саша
И Саша Либерман, метр с кепкой, понимая, что десантник под два метра, находится не в его весовой категории в прыжке, макушкой, бьёт его в челюсть. Чистый нокаут, но у нас не бокс. От расправы со стороны сослуживцев болезного, Александра, спас проходивший мимо офицер.
Наказывать никого не стали, чтобы не заносить причину конфликта, в документы. Сам подумайте, кому нужен антисемитизм, на базе ГРУ, а ведь это запросто можно было истолковать таким образом. Поэтому Яшу быстренько сплавили к нам. Дабы избежать любых возможных эксцессов на этой почве. За него спасибо, честно.
И вот ещё полезный солдат. Маргарита Владимировна Столярова. Всё хорошо: отличница боевой и политической подготовки, а стоп. Есть приписка от нашего ведомства, которая портит всю бочку мёда. Вот это номер! Я отвлёкся и внимательно вгляделся в настороженные глаза, на лисьем личике. М-да. Но это скорее привет от Марселя, хотя надо будет уточнить. А девушка-то симпатичная, но это неважно.
На этом в целом хорошее заканчивается и начинается плохое. Про Новикову я уже сказал, так что дальше.
Яна Георгиевна Форуга, русская, почему такая фамилия никто не знает. Военврач, полевая хирургия, небольшой хоть и неплохой опыт. Проблема одна: она слепая как крот. В переносном смысле, разумеется, но честно говоря, зрение минус восемь, оно мало чем отличается от слепоты, очки с огромными диоптриями, короче для боевых операций непригодна. А в свете того, что Довнарович рано или поздно усвистает в декрет, а Ованесян один всё не вытащит, это очень плохо. Но разберёмся. Есть у нас кое-какие экспериментальные технологии.
Следом стоят две подруженьки, две тёзки, обе Юльки. Филатова и Вронковская. Обе из тех, что я называю филологическими девами. Учащиеся филфака МГУ, взятые на службу со второго курса, отсрочка не полагается. В том смысле, что не показали каких-то выдающихся успехов в учёбе, а так вообще с филфаков гребут почти всех, наплевав на крики профессуры. Московский Госуниверситет — это, конечно, марка, я не спорю. Но в наших условиях лучше бы на их месте были ПТУшницы, из посёлка городского типа. Я с трудом удержался от тяжкого вздоха и посмотрел на последнее тело в строю. И кстати, почему одна из этих Юлек, глядит на меня так, как будто мы давно знакомы?
Арина Блохина. С ней сразу всё понятно. Педагогический университет. Там почти никому отсрочек не дают и в армию не забирают оттуда только уж совсем больных, или тех, кто догадался выскочить замуж и залететь. Я ещё раз пристально посмотрел в честную мордашку Блохиной и про себя застонал. Про таких говорят «не от мира сего» или «блаженная», хотя
— Взвод, смирно! — гаркнул Мишаня у меня над ухом и я с трудом удержался, чтобы не зарядить ему в нос.
Ещё во время службы много раз его просил, не орать у меня над ухом. Бесполезно.
Мы прошли все необходимые официальные процедуры, меня представили бойцам. Новикова вздрогнула услышав мои имя и фамилию и даже как-то дёрнулась, но потом вспомнила субординацию. Дальше пришлось толкнуть пояснительную речь.
— Товарищи бойцы, вас отобрали для участия в специальном проекте Главного разведывательного управления Генштаба Минобороны СССР.
Стоят, ни один мускул не дрогнул. Да, про это их предупредили. Но я сумею их ошарашить.
— Наша база находится во Внешнем спиральном рукаве Млечного пути у межгалактического портала. Именно там вы будете проходить специальную подготовку, оттуда будете вылетать на операции, порученные нашей группой. Вопросы есть?
Судя по лицам вопросы были у всех и много. Существование базы и поселение на Касторе уже не было секретом, но широко не освещалось. Многие полагали, что это очередная колония у межрукавного портала, по типу Кадмии. И пока на лицах бойцов отражалось мучительное раздумье, я собирался воспользоваться этим, и погнать бойцов на корабль, а самому зайти в штаб, чтобы передать пару ласковых кое-кому, но в этот момент Столярова, наконец, смогла собрать мысли и выдать осмысленный вопрос:
— А зачем для этого вы отбираете солдат срочной службы?
Не скажу, что я ожидал такого вопроса, скорее думал, спросят про портал, но тем не менее ответ у меня был уже готов.
— Нам надо готовить кадры для работы во Внешнем рукаве и начинать надо со срочной службы, а не ждать, пока вы отслужите, уйдёте на гражданку и обзаведётесь семьями.
— Вы думаете, что мы останемся на окраине Галактике после срочной службы? — голос Столяровой стал откровенно скептическим.
Так. Она меня начинает потихоньку раздражать.
— Даже если из вас восьмерых останется работать во Внешнем рукаве лишь один человек, то это уже оправдает все затраты на ваше обучение.
— Нас семеро… — голос Маргариты стал откровенно растерянным.
— Вас восемь, — ответил я с нажимом и воспользовавшись растерянностью среди бойцов, скомандовал:
— Направо! В сторону посадочных колец шагом марш!
Главное, она не успела задать главного вопроса, логичного вытекающего из остальных. ГРУ в свои ряды всегда тщательно отбирает личный состав, долго присматривается и лишь потом предлагает перейти на службу, а не так вот. Приказом и не спрашивая. Мы очень разборчивые, но бывает всякое, как сейчас.