Дети непогоды
Шрифт:
Хлюпик прокашлялся:
– Дождь собирается?
– Дождь-то ладно! Похоже, на нас идёт неслабая гроза. Видишь? – Куки показал на облако в форме наковальни.
Просвеченное низким солнцем, золотисто-косматое, оно возвышалось над миром. Небо позади него приобрело какой-то зловещий желтовато-бурый оттенок.
– А ты хорош спать! Весь день, почитай, продрых!
– Что, уже вечер? – удивился Хлюпик.
– Ну да.
– Это, наверное, потому что я перенервничал. У меня так бывает.
– Правда? А мне обычно на нервной
– Слушай, а летать в грозу не опасно?
– Опасно, конечно… Я, собственно, ищу место для посадки. Пока ничего не попадается.
Хлюпик взглянул вниз. Ступа шла над болотами – тысячи мелких речек, ручейков, озёр раскинулись там, сплетаясь в подобие паутины. Кое-где прямо из воды торчали деревья.
– А что тебя смущает? Давай сядем на один из островов.
– Понимаешь, они все очень низкие. Я тут немного спустился и посмотрел – сплошное болото. А гроза наверняка поднимет уровень воды. Я боюсь, нас просто затопит.
– А ступа разве не плавает?
– Не знаю. Честно говоря, мне проверять не хочется. Давай-ка высматривай что-нибудь повыше с правого борта, а я буду смотреть с левого.
– Может, снизимся немного?
Куки покачал головой.
– Сверху дальше видно.
Хлюпик во все глаза уставился вниз, время от времени бросая опасливые взгляды на тучу. Она занимала уже полнеба. Раскаты грома рокотали почти каждую минуту. Ветер усилился, и Хлюпик обхватил себя руками. В лесу ему никогда не требовалось ничего, кроме набедренной повязки, – в случае дождя все смоукеры прятались в корзинах, а жаркое солнце быстро высушивало влагу.
– Я совершенно не узнаю местность, вот в чём беда! – крикнул Куки. Гром теперь грохотал почти непрерывно, и приходилось повышать голос, чтобы расслышать друг друга.
– Я думал, ты знаешь дорогу!
– Я могу примерно определить направление, в котором нам нужно лететь. Но никаких знакомых примет не осталось. Видишь там блеск вдалеке? Похоже на разлив большой реки. Если это Камелеопард, то мы близко к цели.
– Каме… Что?
– Бэбилон стоит меж двух великих рек: Камелеопарда и Строфокамила. Ты случайно не географию завалил на своём экзамене?
Хлюпик что-то невнятно буркнул; в этот момент порыв ледяного ветра так сильно качнул ступу, что оба аэронавта повалились на дно.
– Ого! – сказал Куки. – Вот это мне уже не нравится. Сейчас пойдём на снижение!
– Слезь с меня! – пропыхтел Хлюпик.
Ступу болтало из стороны в сторону. Куки, бормоча проклятия, пытался справиться с управлением. Хлюпик раскорячился на дне, упёршись ногами в противоположную стенку. Внезапно совсем рядом сверкнула молния. Гром был ужасен; казалось – рушатся горы. Ступа вдруг резко провалилась на несколько десятков метров – Хлюпик взвыл от тошнотворного ощущения в животе – и кое-как выровнялась над самыми верхушками деревьев. Порывы ветра следовали один за другим; кроны шумели и сгибались
– Садимся! Лететь слишком опасно! – прокричал Хлюпик.
– Я пытаюсь!
Ступа неслась, задевая за ветки. Внезапно впереди сверкнула водная гладь.
– Держись! – закричал Куки.
Хлюпик изо всех сил, аж костяшки побелели, вцепился пальцами в борта. Они летели всё ниже и ниже и, наконец, коснулись воды. Брызги веером разлетелись из-под днища. Ступа запрыгала по воде, как камень-блинчик, и, наконец, остановилась, зачерпнув напоследок через край. Потоки воды обрушились на Хлюпика и Куки.
– А всё-таки она плавает, – нарушил молчание Куки. – Никогда бы не подумал – такая тяжёлая!
Ступа, погрузившись почти на две трети, тяжко покачивалась. Хлюпик вздохнул и начал ладонями вычерпывать со дна воду. Куки без особой надежды потянул какой-то рычаг. Ступа медленно и неуверенно заскользила вперёд.
– Ого! Получается, – удивился Куки.
В этот момент хлынул ливень. Тяжёлые струи забарабанили по головам, больно хлестнули по плечам, взъерошили воду. Весь мир моментально стал серым и расплывчатым, словно акварельный рисунок на влажном шёлке.
– Правь к берегу! – сказал Хлюпик. – А то сейчас утонем.
– Кстати, ты плавать умеешь? – поинтересовался Куки.
– Конечно. У нас же речка под боком. А ты?
– А как же!
Ступа ткнулась в низкий болотистый берег. Увязая по щиколотку, приятели с трудом выкатили её на относительно твёрдую почву – там сплетались узловатые корни незнакомых Хлюпику корявых деревьев, и без сил повалились рядом.
– Однако надо бы спрятаться от дождя, – пробормотал через некоторое время Куки и встал. – Эй, Хлю, помогай!
Тяжело пыхтя, они перевернули ступу и забрались под неё. Куки подложил под край несколько палок, так, чтобы оставался проход для воздуха. Хлюпика била крупная дрожь.
– Отожми свои тряпки, – посоветовал Куки. – Сейчас согреемся.
Он принялся копаться в заплечном мешке. На свет появились какие-то странные штуковины. Куки протянул Хлюпику плоскую, толстого стекла флягу в затейливой кожаной оплётке.
– Вот, хлебни.
– Это что, ром? – Хлюпик откупорил сосуд (пробка повисла на ремешке), недоверчиво понюхал и сморщился – резкий запах обжёг носоглотку.
– Ром? Лучше! Это ректификованный винный спирт высокой очистки. Один глоток – и ты будешь в полном порядке.
– Ну, если высокой очистки, – пробормотал Хлюпик, с интересом осмотрел флягу и глотнул.
В узком пространстве вопль прозвучал просто оглушительно. Смоукер подпрыгнул, ударился макушкой в днище ступы и ошеломлённо замотал головой, сипло кашляя. Куки только посмеивался.
– А почему, ты думаешь, там что-то сохранилось после стольких дней пути? Как раз поэтому – много не выпьешь…