Дети немилости
Шрифт:
— Я… прошу меня простить… — выговорил он севшим голосом; каждое слово точно с болью продиралось сквозь горло, — я… неподобающим образом… я не готов…
— Видите ли, — ласково сказал майор, — это не очень важно в данный момент. Вам дурно?
Лонси шевельнул губами: Неле прочла по ним «нет», но тут же глаза мага закатились под лоб, и он обречённо выдохнул:
— Немного.
— Один из членов экспертной комиссии — доктор Тайви, — сказал майор почти сочувственно. — Полагаю, он уделит вам минуту. Потерпите.
Медленно, будто боясь что-то повредить, паровик двинулся в глубь сада
Дом суперманипулятора оказался невелик и обставлен без большой пышности. Один раз повидав королевский дворец, Неле уже не дивилась на аллендорские убранства. Сад ей не понравился, он был какой-то ненастоящий, и чистота белокаменных стен виллы тоже не радовала глаз. Внутри дом обшили деревом, должно быть, совсем недавно: до сих пор в коридорах едва уловимо пахло лаком.
Майор самолично распахнул двери и замер в глубоком поклоне.
Принцесса Лириния, всё ещё в лётной форме, сидела во главе огромного стола. Держа на весу самопишущее перо, она читала какие-то бумаги; сквозь щель меж разошедшихся плотных штор падал свет, гладко зачёсанные золотые волосы аллендорки сверкали. По правую руку от неё дремал в кресле совершенно лысый человек, даже без бровей и ресниц; припомнив рассказы, Неле поняла, что это и есть господин Маджарт. С другой стороны сидела очень красивая женщина в очень красивом бархатном платье и перчатках; в каштановых её волосах мерцали вплетённые золотые шнуры, и взирала она куда как благородней и царственней, нежели мужеподобная принцесса. Красавица показалась Неле смутно знакомой. Остальные же были неуловимо похожие друг на друга пожилые мужчины сурового вида, числом пятеро; они переговаривались, не глядя на вошедших. Неле всё время беседы потом их путала.
Из боковой двери показался шестой, тоже пожилой, с роскошной седой гривой. Приветствуя, его называли доктором Тайви, и Неле запомнила его сразу: он отличался от прочих. Доктор вовсе не казался добрым, но в его спокойствии как будто крылось обещание защиты. Трудно было представить людей, меньше похожих друг на друга, чем Наргияс и этот седой аллендорец, и всё же нечто странным образом роднило их.
— Что скажете, доктор? — обратился к нему один из суровых господ.
— Что вам хотелось бы услышать? — с полуусмешкой отозвался тот и повернулся. — Я вижу, майор доставил наших друзей в целости. Добрый день, господин Кеви. Надеюсь, вам понравилось выступление?
— Ч-что? — нелепо переспросил Лонси. Он так шатался, что, казалось, вот-вот упадёт.
— Выступление авиагруппы, — добродушно пояснил доктор, точно августейшая лидер группы не сидела в двух шагах от него. — Не правда ли, это было прекрасно? Впрочем, садитесь же. Прекрасная госпожа, садитесь, прошу вас.
Неле сначала не поняла его, а потом изумилась так, что на какое-то время вовсе потеряла дар речи. Правда, говорить она и не собиралась, потому разницы никакой не было. Достаточно сообразительная, чтобы понимать, когда над нею смеются, теперь она всё время украдкой посматривала на красивого старого равнинника — сказав такое, он ни чуточки не шутил…
Майор Реммирау ещё раз поклонился и вышел, аккуратно притворив двери. Доктор Тайви уселся рядом с красивой женщиной и наклонился к её плечу, что-то проговорив.
— Смотрите сами, — говорил господин с большими ушами господину с толстым носом, — информацией о скольких циклах мы располагаем? Более или менее внятной — о трёх, смутной и скудной — ещё о двух. Что это за информация? Разрозненные сказания, легенды, обрывочные хроники. Ни один — заметьте! — ни один источник не содержит сведений более чем об одном цикле. Их сводили воедино уже потом, причём не более полутора веков назад. Позднейшая компиляция — вот что такое вся ваша история!
— П-позвольте! — смешно негодовал носатый, — как же! Вы отрицаете цикличность исторического процесса? Но ведь это уже физика!
— В физике магии грядёт великий переворот! — изрекал ушастый. — Последние исследования моей службы… погодите, когда мы изучим Атергеро…
Не открывая глаз, лысый господин Маджарт закашлялся, и оба спорщика мигом перешли на шёпот. Шушуканье усыпляло ещё сильней, чем непонятные рассуждения, в глазах у Юцинеле защипало.
Принцесса Лириния отодвинула бумаги и со стуком положила на стол самопишущее перо.
— Полагаю, мы можем начинать, — сказала она.
Красивая женщина, очень увлёкшаяся беседой с доктором Тайви, улыбнулась и села прямо. Суперманипулятор открыл глаза. Пожилые господа замолчали.
— Господин Маджарт, — попросила принцесса.
— Доктор Тайви, прошу вас.
Седовласый доктор улыбнулся.
— Лонсирем, — сказал он, — посмотрите на меня. Вот так. Хорошо. Не бойтесь, это очень простая схема, она вам отлично известна. Не сопротивляйтесь, зачем же вы это?.. Сейчас станет лучше. Ещё минуту… Уже стало. Я прав?
— Да, спасибо большое, — сказал Лонси, и Неле от любопытства проснулась. Голос мага стал тихим, но твёрдым, и даже следа былой паники в нём не слышалось.
— Юцинеле замечательно себя чувствует, — проговорил доктор, обращаясь к суперманипулятору. Неле ещё долго пыталась сообразить, что он имел в виду и как это определил.
— Благодарю вас, — сказал господин Маджарт и опустил голову. Кадык дёрнулся на складчатой от морщин шее. — Господин Кеви, принцесса Таянская, возможно, приглашение на эту встречу оказалось для вас не самой приятной неожиданностью. Я прошу прощения.
«Принцесса, надо же», — равнодушно подумала Неле и покосилась на Лонси: тот смотрел на лысого мага недвижным внимательным взглядом. Юцинеле внутренне усмехнулась. Она не хуже гадалки могла предсказать, что сейчас случится. Сейчас государственный маг Аллендора скажет что-нибудь очень мудрое, в очередной раз напугав Лонси до дрожи, а потом окажется, что им нужно сделать ещё что-нибудь для Аллендора… интересно всё-таки, куда они увезли Атергеро? И что они с ним делают? Судьба Воина Выси, который так неожиданно оказался нестрашным и, кажется, собирался слушаться Неле, немного беспокоила её.