Дети маркиза де Сада
Шрифт:
«Будьте чрезвычайно внимательны, посещая тот или иной город, возможно, вам продеться его штурмовать».
Юный телепат Пурпурного созвездия заметил:
— Интересные существа, вроде бы не сильнее нас и не имеют ярко выраженного техногенного превосходства. Как ты думаешь, Барс в случае войны мы справимся со своими дублерами!
Фраскандэр веселым тоном возразил:
— Я полагаю, братоубийственных конфликтов следует избегать, и почему бы вам, не стать союзниками.
— Хорошая идея, но и в животном мире порой идет внутривидовая борьба, несопоставимо
В последнем седьмом зале, что было вполне ожидаемым и логичным, располагались представители флоры и фауны, живущие в радиоактивных мирах. Это было и необычно и красочно, впрочем, долго любоваться, не было времени. Барс на всякий случай отсканировал все изображения, записав на плазменный накопитель, надо было выяснить судьбу «красной фишки» — это он сам придумал такой термин.
Как и следовало ожидать четверка охлов-ру в красных комбинезонах и в шлемах с опереточными лампочками, вышла навстречу гостям. Тут же ровный и на вид твердый пол пришел в движение, вверх поднялись бугорки, которые тут же превратились в удобные и мягкие кресла. Рядом с каждым креслом возникло по столику с целым набором колбочек и с прозрачными стаканами в форме цветков. «Старший жрец», у которого было больше всех лампочек, заговорил первым.
— Садитесь наши драгоценные гости! В этом храме красной Элжиры вы можете чувствовать себя как дома!
Говорил он на чистом хотя немного мелодично-металлическом языке громадной республики Дарохара. Правда изъяснялся он не один, как только этот жрец заканчивал фразу по цепочке начинал говорить другой, пока не высказывалась все четверка.
— Мы хотим узнать о красной святыне, символе вашего народа.
Четверка жрецов обменялась жестами, зачем вновь зазвучала речь ставшая певучей и рифмованной.
Вы хотите познать миф легенды о красной святыне, Той звезде по воле, которой наш вид, счастлив ныне! Было время эпохи мучительно мрачной и слезной, Когда предки охлов сосчитать не могли в небе звезды! Положили нам боги венец жизни краткой, Один цикл и конец всем превратный! Транс-Плутон неспособен, стабильность хранить жизни долгой, Потому разум предков моих обретал в мраке темном! Но явились, разрезав пространство и время, к нам боги, И вернули наш разум, умнее мы стали в итоге! То, что деды и прадеды наши о мире сем знали, Мы потомкам своим сквозь эмульсию волн передали! Красный символ помог сдвинуть квантов обмен, И теперь один цикл нам сознательно жить не предел!Лига запланировала.
— Квазарно! Дымовая драпировка уровень один! Вот только рифма слегка разбалансирована.
Герой слегка погрозил пальчиком:
— Я их понял! За один цикл не возможно накопить опыт и знания что бы стать разумными, вот по этому, на той планете они были хуже макак. А наследственная память, дала им возможность, передавая знания и опыт накопить достаточное количество информации для прогресса.
Барс пожал плечами, старясь заодно проникнуть в мозги этих жрецов, а это действительно
— Принцип понятен, вам помогли обрести наследственную информацию, слегка изменив квантовый обмен в ваших телах реакторах. Кто это сделал!? — Спросил Фраскандэр. — И какова функция красной звезды.
Жрецы замерли, судя по всему, они и сами не знали точного ответа. Начал самый экстравагантный священник:
— Это было очень давно. Нет записей или свидетельств, нет памяти. Ваши индивиды говорят что это, скорее всего легендарная исчезнувшая раса, вернее перемещенная, хотя версий и много. Для нас главное, что мы получили возможность думать, ожить и даже лететь в иные миры.
Герой уже успел нащупать ключевые данные:
— Красная звезда, этот символ у вас, под надежной защитой. Но он не целый! Его разделили.
Барс тоже уловил мысли:
— Точно! Он стал для вас фетишем, но зачем часть символа вы отправили на чужую планету к Ягуоро.
Четверка вновь заговорили, на сей раз, они изменили последовательность, и теперь начинал охлов-ру с самым низким голосом, и далее с повышением тона.
— Это трудно объяснить и понять, но вы слышали такую версию. Что нет религий плохих и хороших, правильных и не правильных, ложных и истинных. Всякая вера является правильной и истиной, исходя из единого источника, но в виду разнообразных отличий — физических, психических, разной среды обитания и Т. д. — Единый в многообразии Всевышний Создатель открывают себя каждому виду, типу, физической единице по-разному.
Голографические изображения вновь пришли в движения, фон сменился и вместо исторической хронологии, появились изображения религиозных многообразных культов. От гипер-калейдоскопического разнообразия зарябило в глаза, тем более что трехмерные проекции инопланетных богов пребывали в движении и даже накладывались друг на друга. Герой даже присвистнул, не удержавшись от замечания:
— Не новая идея, скажу прямо, много есть непроходных рас, которые тоже так думают. Вот Зорги характерное лжеучение о том, что все религии истинные из-за того что Бог не может в принципе допустить, что хоть кто-то из творения заблуждался:
— Почему «лже»! У нас на Дарохаре тоже есть такая сильная концессия, проповедующая учение о бесконечной многоликости создателя.
Мягко вставил Барс. Жрец сверка, как фонарика гирлянды, согласился.
— Это даже естественно, если все творения дети единого, то он, несомненно, всем им в равной мере открывает и себя и свой свет!
Герой Люций конечно не согласен, вздорный мальчишка, перебив, почти кричит:
— Нет в этом логики! Ведь большинство религий эгоцентричны и считают себя конечной истиной, а остальных еретиками и слугами антисил разрушения! Даже зорги необъективны, считая антиразумной религию Великого Стэлзаната!
Барс сделал едва заметных знак, будь осторожен, не болтай лишнего. Люций продолжал, чуть сбавив тон.
— Допустим действительно, мы и охлов-ру сильно отличаемся физиологически, но разве мало примеров, когда на одно планете у одной и той расы существуют абсолютно разные, агрессивно-враждебные концессии. Причем настолько враждебные, что они ведут масштабные религиозные войны, убийства, насилия — даже вопреки нравственным установкам собственных религий. Не странно ли Всевышний Бог дал настолько противоречивые установки своим детям, что они кромсают друга, при этом апеллируя к нему — Всевышнему Богу!