Дети Глуши
Шрифт:
Мы вылетели из здания, захлопнув за собой обитую железом входную дверь и, наконец, выдохнули.
Тварь с грохотом треснулась в дверь с другой стороны, затем противно зашипела и отпрянула назад. Видимо, как всякая потустороння живность, железо и соль она терпеть не могла.
— Хотел бы я знать, как она сюда попала, — с удивлением выдохнул Рой, оттаскивая нас подальше от подъезда.
Вечерело, но после негостеприимного дома улица выглядела довольно безопасной. Вдалеке показался один наш знакомый, кивнул в знак приветствия, и это простое действие вывело меня из ступора.
Чёрт возьми, нас только
Запоздалый озноб прошёлся по телу. В голове стало пусто, сердце тревожно забилось рваным ритмом, ладони вспотели. Пришлось до боли сжимать ремень сумки, пытаясь справиться с паникой. Не хватало только духов со всей округи собрать, привлекая их своими страхами!
— Она за нами не погонится? — судорожно хватая воздух, спросила я. Скуление с другой стороны двери изрядно раздражало, но вскоре оно затихло. Похоже, тварь затаилась внутри дома, ожидая нашего возвращения.
— Солнце еще не зашло. Пока не стемнеет, она носа не высунет, иначе сразу зажарится, — успокоил меня Дин.
— Вы раньше сталкивались с подобным? — удивлённо поинтересовалась я.
— Когда погибла мама, — Рой отошёл в сторонку и, похлопав по карманам, вытащил сигарету и закурил.
Едкий дым заставил меня закашляться и прижать рукав куртки к носу. Только тогда я обратила внимание, что с ладони до сих пор капает кровь. А вместе с видом крови пришла боль.
Не занести бы заражение от грязного осколка! Я вытащила постиранный носовой платок и крохотный флакончик, плеснула на рану спиртом, аккуратно её протирая. Другой на моём месте уже вопил бы дурным голосом, а я лишь равнодушно обрабатывала руку… Моя притупленная чувствительность к боли была второй тайной, которую мы с братьями тщательно оберегали.
— Мы не должны были соваться сюда неподготовленными. Извините. Это моя ошибка, — докурив, неожиданно сказал Рой. Вид у него был задумчивый и понурый.
— Да брось! Мы слишком расслабились, и вот результат, — отмахнулся Дин.
К слову, он встречу с тварью пережил проще всех. На каких только страшилищ он не насмотрелся за последние три года! И так как чудище оказалось вполне материальным, сегодня мы разделили с Дином это жуткое зрелище. Хотя я бы предпочла по-прежнему только «слышать».
— Ты не виноват, — согласившись с младшим, я попробовала успокоить Роя, но тот серьёзно посмотрел на нас.
— Виноват, — ответил он. — В последнее время нам везло, и я стал слишком уповать на удачу, разучился думать и просчитывать все шаги заранее. Это грубейшая ошибка. А если бы тварей было две? Никто из нас не выжил бы.
— Что ты предлагаешь?
— Сейчас идём домой. Составляем план, готовимся, экипируемся. И только когда будем готовы, возвращаемся за тварью. Если она не придёт к нам раньше.
— А если она кого-то сожрёт, пока мы медлим? — тихо спросил Дин, не спеша двигаться с места.
— Тогда одним нераскрытым убийством в Глуши станет больше, — отвернувшись, с горечью ответил Рой.
Возвращались мы домой в мрачном расположении духа. Братья молчали: Дин дулся на старшего брата за «трусость», а Рой испытывал вину, что недоглядел. Я в их разборки не вмешивалась, тихонько шагая следом. Во-первых, не в первый раз они ругались, а во-вторых, я не могла решить, чью сторону принять. Каждый
Конечно, оставлять за спиной тварь было опасно. Братья признались, что по запаху крови она могла без проблем дойти до нашего дома. А ведь наследили мы знатно, что Рой со своей раной, что я.
Но дома и стены помогают. А пытаться победить тварь на её территории, с одним пистолетом и перочинным ножом — верх глупости! К тому же, способности Дина против твари не действовали. Она не была духом, и заковать её в цепи свирелью не получится. А значит, нам нужно придумать, как поймать и убить порождение потустороннего мира.
Вот только спланировать это не так-то просто! Я посмотрела на неестественно прямую спину шагающего впереди Роя. И хоть брат старался не показывать вида, я знала, что, не вертись мы под ногами, он, не задумываясь, сунулся бы за тварью. Старший преследовал призраков уже несколько лет, и охота стала платой за заключённый им Контракт. Рой мог с лёгкостью просчитать все слабые места твари и выбрать, куда и в какой момент удобнее ударить — и все это благодаря Контракту.
Брат учил драться и нас, в основном, защите и поддержке. Но когда имеешь дело с духами, достаточно одного проводника между мирами, поэтому все мои робкие намеки о возможном Контракте, чтобы я могла помогать, не только «слушая», грубо прерывались, и Рой предлагал мне заниматься делом, а глупости выкинуть из головы. Но с ножом он обращаться научил. Как и с небольшим ручным арбалетом, который я, признаться, уже год как не брала в руки…
За размышлениями я не заметила, как мы дошли до дома. Соседка проводила меня и братьев удивлённым взглядом, когда мы унылой процессией поднимались по лестнице. Арчибальд, дремавший на ступеньках, при нашем появлении встрепенулся и бросился к Рою, но, почувствовав его настроение, баловаться не стал. Дождался привычного ласкового почёсывания за ухом и тенью прошмыгнул на кухню, усевшись у миски. Я вытащила из сумки рыбу и жир, с печалью посмотрела на остатки соли и аккуратно пересыпала их в мешочек. Для отпугивания духов я брала самую дешёвую соль, а сегодняшняя была куплена для готовки, поэтому встреча с тварью и обернулась непредвиденными расходами.
Одежду, позеленевшую после пруда, пришлось забросить в стирку. В том, что я не росла, были свои плюсы — штаны и рубашка нужного размера всегда были под рукой, и я не боялась однажды из них вырасти.
Домашние дела ненадолго отвлекли. Обиды — обидами, а ужин готовить всё равно надо. Правда, сегодня я не мурлыкала себе под нос, а братья не подпевали, но с чисткой рыбы и картошки помогли.
Пока рыба тушилась, я успела еще раз обработать свои царапины. Отметив, что кровь уже остановилась, я взяла с собой аптечку и пошла в спальню к Рою. Парень разбирал шкаф, вытаскивая из его недр припасенное на такой случай оружие. На кровати уже лежал арбалет, десяток болтов к нему, а Рой деловито осматривал старую куртку со стальными заклёпками, решая, влезет ли он в неё, или стоит отдать одежду мне или Дину. Последний, кстати, подозрительно надолго застрял в ванной — то ли решил перестирать всё скопившееся за неделю бельё, то ли всерьёз разобиделся на брата, не желая с ним общаться. Я выстукивать его не стала. До ужина оставалось время, а обида неплохо переваривалась в одиночестве.