Дестабилизатор
Шрифт:
– Вот я иногда я пытаюсь вспомнить, что тогда случилось – и не могу, – задумчиво произнес Эл. – Помню только туман. Я такого густого никогда не видел раньше, ну, может, во сне только. И я заблудился. Наверное, был пьянее, чем думал… А потом услышал плач и пошел посмотреть, что происходит, а потом…
Вледиг не перебивал. Эл понимал, почему тот не хочет говорить о случившемся. У него самого всякий раз, когда он пытался вспомнить события той ночи, по спине бежал холодок и начинало сосать под ложечкой. Словно кто-то затаился в черноте, оставшейся на месте воспоминаний.
– …потом провал. И мы с тобой стоим над телом того типа, воняет гарью, прямо вот как сейчас, а в нескольких шагах лежит мертвая девочка.
– Гораздо хуже, чем сейчас.
– Так ты помнишь?
– Нет, – упрямо буркнул Вледиг, но все же нехотя добавил: – Только обрывки. И про гарь всплыло, когда ты о ней сказал.
Эл кивнул.
– Вот и у меня так. Что-то иногда всплывает, но настолько расплывчатое… И вроде бы мы ни в чем не виноваты, но почему тогда не помним случившегося?
– Иногда сознание ставит блок, защищая разум от сильного стресса. Или ты просто был слишком пьян и отключился в какой-то момент. Такое тоже вероятно.
– Это тебе семейный психолог сказал? Теория хороша, но только для одного, а не для двоих одновременно!
В кабине повисло напряженное молчание, нарушаемое лишь негромким гудением мотора и бормочущим из динамиков голосом ди-джея. Вот уже несколько минут он вещал об очередной псевдонаучной сенсации, породившей немало споров и обсуждений в МИС:
«… существует несколько версий предстоящей катастрофы. Мои друзья в МИС-ке то и дело обмениваются статьями и новостями на эту тему, и я решил разобраться, где правда, а где вымысел. Но сперва о самих версиях. Одна из них – это мощнейший выброс плазмы на Солнце в результате чего оно сменит цвет на синий. Ну, не самом деле, не поймите превратно, просто так будет казаться нам. Другая – комета, окутанная огромным газовым облаком, которая пройдет очень близко, а то и вовсе упадет прямиком на нас. Да-да, знаю, эти страшилки о кометах-убийцах мы слышим постоянно, но, как бы там ни было, множество пророков и ясновидящих в разные века в разных частях света, предсказывавшие эту катастрофу, едины в одном: „Дни тьмы“ приведут к гибели огромного числа людей…»
Вледиг протянул руку и выключил приемник, раздраженно бросив:
– Синее солнце, дни тьмы – что за чушь! Почему людей интересуют все эти нелепые теории о конце света? И кто выпускает в эфир ведущих, не способных даже мысли свои внятно сформулировать?!
Эл фыркнул.
– Ты всерьез надеешься, что я куплюсь и дам тебе сменить тему? Нет, ну признайся, ты ведь и сам не помнишь случившееся тогда, так?
– Не помню, но это не делает нас похитителями или маньяками. Двадцать один ребенок! Ты думаешь, такое можно забыть?
– Вообще-то, я читал о случаях, когда преступники не помнили о том, что совершили… – Вледиг бросил на него убийственный взгляд и Эл ухмыльнулся. – Хорошо, предположим, двое действительно не могут забыть все. Но как ты, например, можешь с
Тут Вледиг неожиданно расслабился, убрал со штурвала одну руку, уронив ее на колени, и даже улыбнулся.
– Иногда ты просто поражаешь меня, Лейан. Строишь из себя крутого парня, а сам наивен, как дитя… впрочем, это неудачное сравнение, извини.
– Ага, неудачное. Так и почему же я наивен?
– Да потому, что будь у моего отца хоть малейшее сомнение в твоей невиновности… На восемнадцать случаев из двадцати одного у тебя есть крепкое алиби. На остальные три – сомнительное, но тоже есть.
Эл так удивился, что даже не стал возмущаться. Хотя, если подумать, ничего удивительного тут не было. Разумеется, Вледиг-старший сделал всё, чтобы обезопасить сыночка. Детективов нанял, небось.
– А тебя тоже проверили?
– В этом не было необходимости. – В голосе Младшего прозвучали надменные нотки. – Я просто сказал отцу, что не делал этого, вот и все.
– И он тебе поверил?
– Разумеется!
Эл покачал головой. Проверили, ясное дело! Вряд ли Вледиг-старший стал бы полагаться на честное слово, пусть даже и собственного отпрыска. И, если расследование действительно проводилось, интересно, можно ли как-то заполучить его результаты? Не то чтобы он подозревал Младшего, но стопроцентная уверенность и ему тоже не помешала бы.
Флаер ушел в сторону от общего потока машин, начал снижаться, и через несколько минут сел возле их с Лансом дома. Эл бросил взгляд на приборную панель. Часы показывали половину одиннадцатого. Быстро добрались, ничего не скажешь! Он отстегнул ремень безопасности.
– Спасибо, что доставил в целости и сохранности. На подземке я бы ехал в три раза дольше.
Вледиг повел рукой – мол, не стоит благодарности. Эл вышел из салона, с удовольствием окунувшись в прохладу ночного солоноватого воздуха, и привычный, никогда не затихающий шум портового района. Дома здесь были старые, всего в пять-девять этажей, построенные еще в прошлом веке, квартиры – не оснащены новомодными системами контроля и управления, зато до пристани, где можно посидеть одному или с друзьями за кружечкой пива или сидра – рукой подать. Если бы не необходимость переодеваться, он бы и сейчас махнул туда, несмотря на усталость.
За спиной хлопнула дверь флаера, пискнула включенная сигнализация. Эл удивленно обернулся. Вледиг шел к нему.
– Я же сказал: не выпущу тебя из виду, пока ты не окажешься дома. А это значит: пока за тобой не закроется дверь твоей квартиры. – Судя по непреклонному виду, тот даже не думал шутить. Ну и ладно! Эл снова почувствовал себя слишком усталым, чтобы спорить и все же предупредил:
– Нам на пятый этаж. Лифта в доме нет.
Вледиг коротко ответил, что ни секунды не сомневался в этом. Из подъезда навстречу им вышла Айри, их с Лансом соседка – невысокая, симпатичная девушка с молочно-белой кожей и золотистыми кудряшками. При виде Эла ее глаза округлились, она подскочила к нему и схватила за руку.