Держись подальше
Шрифт:
– Я не… не… – теряюсь я под её давящей аурой и замолкаю.
– Я не, – хлопая ресницами, передразнивает она меня. – Проблемы с речевым аппаратом? – наигранно сочувствующе интересуется она следом, а затем всплёскивает руками: – Божечки, а сколько разговоров было вокруг твоей персоны! Сорокина Лиза то, Сорокина Лиза это! А по факту? – заливисто и пренебрежительно смеётся она.
Мне становится совсем неуютно. Хочется развернуться и сбежать. Как последняя трусиха.
– Вика… – осторожно говорит Кристина. – На самом деле, Лиза и правда принимала
– Вот именно, что была. Пока здесь не появилась я! – заявляет Вика надменно и делает ещё один шаг ближе ко мне: – Бороться с твоей популярностью, пока тебя здесь не было – дело неблагодарное, но теперь… Теперь я вижу, что ты из себя представляешь. Можешь начинать прощаться со всеми своими друзьями уже сейчас, Лиз-з-за.
Популярна была моя сестра, соответственно и мне немного перепадало, а то, что я была старостой класса – дело прошлого. Сейчас это не имеет никакого значения. Но Кате… Кате наверняка не понравилось бы такое заявление от надменной стервы. Что бы она ей ответила?
– Я… я тоже вижу, что ты из себя представляешь, – говорю я едва слышно.
– Что ты там мямлишь, убогая? – снова хохочет она, а затем обращается к Кристине: – Не понимаю, почему ты дружишь вот с этим, – презрительный взгляд в мою сторону, – Но готова дать тебе возможность одуматься. В твоих интересах выбрать правильную сторону, Кристина. А сейчас…
Сейчас звенит колокольчик на входе и в зал заходит Руслан… Брат той, которая решила сделать из меня своего врага.
Вблизи парень ещё красивее, чем издали. И моё тело реагирует на эту красоту увеличением скорости пульса. На нём чёрная обтягивающая футболка – я вижу изгиб каждой мышцы профессионально проработанного в спортзале тела. Вижу замысловатые узоры тату на его шее, руках… Вижу и не могу отвести глаз. Хочется подойти ближе, коснуться рисунков пальцами…
В себя меня приводит насмешливый хохот Вики:
– Рот закрой, полоумная! Тупые коровы не во вкусе моего брата!
Я поджимаю губы от досады, внутри бушует негодование. Лицо, шею и даже руки жжёт огнём смущения. Ловлю странный взгляд Кристи, словно она мне сочувствует и насмехается одновременно. Руслан же едва удостаивает меня равнодушным взглядом, останавливаясь рядом с сестрой:
– Просил же позвонить, Вик. Остаёшься здесь или как?
Этот голос… Глубокий, с хрипотцой – мгновенно вызывает мурашки на моей коже. Я обхватываю себя руками в попытке скрыть внутренний мандраж, опускаю глаза в пол и пытаюсь понять, чего больше я хочу: уйти или остаться?
На самом деле ужасные ощущения. Сбивающие с толку. Пугающие.
– Здесь? – надменно спрашивает Вика. – В такой компании? Ни за что! Кристи?
Подружка бросает взгляд на меня, снова на Вику:
– Я… У меня сейчас сеанс массажа… Может, всё же, останешься с нами?
– Ты глухая? Впрочем, дело твоё. Пойдём, Рус, – подхватывает она брата под локать. – Раздражают меня тупые жутко…
– Но… – дергается вслед за ними и топорно останавливается на месте
– Сторону, глупенькая моя, – бросает Вика себе за плечо. – Выбери правильную сторону.
Брат и сестра покидают салон, и Кристи впивается в моё лицо недовольным взглядом:
– Ты теперь никогда не будешь вести себя нормально, да?
Она не ждёт от меня ответа, разворачивается и быстро уходит в сторону массажного кабинета.
А я перевожу взгляд на панорамное окно, за которым Руслан и Вика садятся в машину. Вика смеется, и её брат смотрит в сторону салона и ухмыляется. Неужели девушка рассказывает ему обо мне? И опять что-то нелицеприятное.
Внутри всё сжимается от досады и злости. Мне отчего-то важно, чтобы этот парень не думал обо мне плохо. И я не уверена, что мне нравятся эти ощущения.
В конце концов, что такого в этом Руслане Климове?..
Глава 3. Лиза
Мы возвращаемся домой, когда начинает темнеть. В основном я довольна сегодняшним днём, но столкновение с моими соседями меня беспокоит. Беспокоит так сильно, что я отвечаю на звонок Гордея, когда его фото высвечивается на экране телефона.
Я говорю маме, чтобы она начинала ужинать без меня, а сама направляюсь вдоль дома к заднему двору мимо благоухающих кустов розалий, что разделяют нашу с соседями (теми самыми) территорию.
– Детка! – облегченно раздаётся мне в ухо. – Наконец-то!
– Здравствуй, Гордей, – выдыхаю я, слыша на заднем фоне смех и веселье.
Мой парень всегда любил вечеринки, в том числе, любил устраивать их сам.
– Всё нормально? Почему вчера не отвечала?
– Устала после перелёта. Прости, что не ответила.
– Ладно, не страшно… – Он молчит несколько секунд, а затем спрашивает, словно через силу: – Ты как? Восстановилась?
– Тебе интересно в своём ли я уме? – не могу я сдержать раздражения.
– Не заводись, детка. Я просто беспокоюсь. Нам бы поговорить. Не по телефону.
– Да… Наверное. Гордей?..
– Да, малыш?
– Между нами… всё по-прежнему? Эти полгода… Тебе же всё известно, верно? – наверное, на подсознании я знала об этом. Гордей мой парень, родители не могли не ответить на его вопросы.
– Естественно мне всё известно. Такая глупость… Но раз тебе это было необходимо, то… Да, между нами всё по-прежнему. Я тебя ждал. Приезжай сейчас? Я соскучился, малыш.
– А ты рассказывал кому-нибудь?..
– О чём? А, нет. Говорю же – глупость. И остальным не обязательно об этом знать.
– Верно. Спасибо, Гордей.
– Не за что. Так ты приедешь? У меня тут вечеринка, но мы можем закрыться в моей комнате и представить, что не расставались ни на секунду… Малыш, я хочу, чтобы всё было как прежде. Забудем эти полгода, как страшный сон, ладно? Приезжай.
Я дохожу до конца ряда розалий и останавливаюсь, глядя, как в бассейне играет вода:
– Я… я не могу. Обещала родителям, что поужинаю сегодня с ними. Прости.