Держиморда
Шрифт:
Ефрем задумался на пару мгновений потом решительно кивнул, обращаясь к приказчикам:
– Вы его слышали, и я это подтверждаю.
— Теперь слушайте меня внимательно! — я шагнул вплотную к замершим в испуге, условно лояльным, сотрудникам торгового дома: — Я больше повторять не буду. Часа через два-три я вернусь сюда на склад. Если к тому времени не будет выполнить мой приказ по укреплению ворот, я вам сломаю ваши никчемные руки, раз вы все равно ни хрена ими делать не желаете. А теперь, безрукие, взяли коловорот
– Теперь ты — я потащил, всё ещё стоящего на коленях коллаборанта, поближе к хозяину:- Как тебя зовут?
— Семён Берёзин. — Кем ты здесь подвязался? — Приказчиком три года как служу. — Где живёшь?
После того, как я записал адрес предателя в записную книжку, я демонстративно подтолкнул его к купцу.
— Решайте, что с ним делать, Ефрем Автандилович. Безопаснее всего, конечно, его застрелить, ибо есть за что.
Мужик взвыл и на коленях, пополз в ноги к купцу. Тот поморщился и отступил назад:
— Петр Степанович, пусть он убирается отсюда, я не желаю его видеть.
— Слышал? — я присел перед замершим мужиком: — Еще раз появишься поблизости, буду считать, что что-то замышляешь против нас, тогда не взыщи. Пошёл отсюда, ещё раз увижу убью.
Когда бывший приказчик, двигаясь на полусогнутых в ногах, исчез за воротами склада, я повернулся к купцу:
– Вы, надеюсь, при оружии?
Ефрем Автандилович как-то не уверена ощупал себя, после чего утвердительно кивнул.
— А почему не стреляли?
– Да я, как-то… не подумал. — купец недоумённо пожал могучими плечами.
– Надеюсь, Ефрем Автандилович, такого больше не повторится? Определённого ответа от купца я так и не дождался.
— Ладно, оставим это. Я сейчас уйду часа на два, потом вернусь, после чего вы сможете поехать домой. Пока вам лучше запереть ворота за мной и никому не открывать. Винтовку я одну оставлю, смотрите, чтобы никто из этих — я кивну в сторону суетящихся в глубине склада приказчиков: — ее не взял.
– Могу я узнать, куда вы собираетесь пойти, Петр Степанович?
– Узнать можете. Пойду набирать нашу будущую охрану.
– А куда, если не секрет?
– Пока ещё сам не знаю. Пойду, поброжу. На местную биржу труда заскочу, может быть там кто-нибудь болтается.
Купец как-то странно посмотрел на меня, наверное, опять я, что-то не то, сказал.
Я решил прогуляться в районе место жительства моего потенциального нанимателя, походить, присмотреться чем дышит район, всё в нём живёт, Какие имеются магазины, лавки, транспорт и промышленное производство.
Первая знаковая встреча произошла у меня примерно через час моего блуждания по городу.
— Эй ты! Ты, с ружжём! Поди суды! — на противоположный в стороне улицы, под названием Садовая, за тумбой с афишами, прятались
– Пойди суды, кому сказал!- сорвавшись на фальцет, заорал самый молодой потянув с плеча винтовку с примкнутым штыком.
Я по привычке посмотрев налево направо, чтобы не быть сбитым каким-нибудь автолюбителем при переходе улицы, и двинулся в сторону трёх типов, в серых шинелях и провонявших махоркой папахах.
– Кто таков?- молодой нервно дёрнул в мою сторону штыком когда я остановился не доходя пару метров.
– А кто спрашивает? — я сунул руки в карманы пальто, не доходя до солдат пару метров. Ты это…- молодой растерянно оглянулся на своих более старших товарищей, что молча смолили одну самокрутку на двоих, передавая её друг другу после каждой затяжки.
– Ты давай говори, кто ты такой есть.- Молодой откашлялся для солидности, а потом видел неожиданное: — Я тебя первый спросил!
– Ты кто такой есть, чтобы меня спрашивать?- я качнулся с пятки на носок:
— Если ты есть официальное лицо, при исполнении служебных обязанности, что ты должен назваться первым, а потом уже меня спрашивать.
Офицер?- одному из «старшаков» надоело слушать наши препирательство и он потянул за ремень своё стреляющее копьё.
– Не советую.- я одним плавным движением вытянул из под пальто свои большие пистолеты и показал их солдатам, после чего сложил руки спиной.
– Офицер?- уже без прежней агрессии, оставив в покое своё оружие, вновь лаконично задал вопрос «старшак», с, только что мною замеченными унтерскими лычками на погонах.
– Революционер, эсер. — Мрачно признался я:- А вы кто такие? Дезертиры?
– Да не Боже мой! — испуганно осенил себя крестным знамением молодой:
— Мы патруль.
– Ты эти сказочки, молодой человек — усмехнулся я: — будешь рассказывать своим детям на завалинке, если жив останешься.
– Это почему я живым не останусь?- обиженно буркнул молодой солдат.
– Врёшь слишком много. И можно нарваться на человека, не такого доброго, как я. Ну какой из вас патруль? Да и кто вас патруль мог отправить? Так что думаю, что вы самые настоящие бегунки.
– Ты товарищ не того, не бузи. — унтер провел пальцем по темным усам: — Мы самые, что ни на есть революционный патруль.
– Знаешь что, паря? В первую революцию, в пятом году, в Москве, на Красной Пресне, такие же как, вы красавцы из Питера, приехали, при таких же погонах, как у вас. А потом артиллерией все баррикады разбили, товарищей моих, кто живой ещё оставался, штыками всех перекололи. Ты думаешь, что мы что-то забыли? А сейчас, когда царя убили, все лезете, друг друга отпихиваете, все в революционерами сразу оказались. — я передернул плечами, на миг вновь показав свое оружие.