Деревянное чудо
Шрифт:
— На них спрос больше всего. А всякие там изыски — это для богатых. Для них существует гончарная улица в столице. Там можно найти и кувшины, и вазы, и фонтаны, и даже статуи, ну и на заказ, конечно, — все, что угодно.
— Вот вы презираете серые миры, — не преминула заметить я, — а сами бы хоть быт свой наладили.
— А чем тебя наш быт не устраивает? — искренне удивился Гор.
— Ну, прошлый век какой-то, — объяснила я, — даже позапрошлый. Что это за лошади и телеги? А это ручное изготовление тех же горшков?
— Так ведь в них тепло человеческих рук, и ты не найдешь
— Это хорошо? — с сомнением посмотрела я на Гора.
— А-а, — в очередной раз махнул на меня рукой Гор.
Так незаметно в потоке пререканий мы добрались до дома тетки Гора. Судя по ее лицу и умению держаться, я не ошиблась, Даральда была женщиной с характером. Только с Гором она вела себя предельно сдержанно и учтиво, как с человеком, стоящим выше нее в иерархии. Похоже, она уважала его профессию и ранг. Я же смотрела на все происходящее с легким недоумением.
— Ты уж пригляди за ней, — напутствовал тетку Гор.
— Да чего уж, справлюсь, — в тон ему отозвалась тетка, зыркнув на меня суровым взглядом. У меня, мол, не забалуешь. Горшки что ли приставит печь? Или нет — крутить гончарный круг вместо лошадки.
— Гор, возвращайся поскорее, — попросила я, предвидя не очень веселые каникулы.
— Надо же, сменила гнев на милость, — удивился Гор.
— А то я сама сдамся Коллегии, — не удержалась я, бросив еще один взгляд на дородную тетку мага. Как же ей шло ее имя.
Гор оценил мой черный юмор и как-то по-дружески похлопал меня по плечу, прощаясь. Этот жест не укрылся от всевидящего ока Даральды.
— Веди себя хорошо, — бросил он, и зашагал прочь по улице.
Дом у Даральды был не из больших, но и не из бедных. Деревянное здание в два этажа с верандой и балконом на втором этаже. Внизу, в пристройке, действительно располагалась гончарная мастерская, в которой работал мастер и двое подмастерьев.
Даральда провела меня сразу на кухню и, надо отдать ей должное, усадила за стол. Кухарка тут же поставила пару тарелок и начала подавать еду. Отношения с прислугой в этом доме, судя по всему, были простыми, что только облегчало мне жизнь.
— Даже за стол не захотел садиться, — покачала головой Даральда, сама насыпая мне в тарелку суп. — Все куда-то спешит.
Я промолчала и отправила первую ложку в рот. Готовили тут вкусно, хотя состав блюда мне снова был незнаком.
— А ты ему ученицей или по сердечным делам будешь? — в лоб спросила Даральда.
Я едва не закашлялась от таких предположений.
— Ни то, ни другое, — наконец, выдавила я.
— Главное, чтобы не то и другое, — проницательно заметила тетка. — А то дела никакого не будет.
— Почему? — удивилась я.
— Да потому, что учебы никакой не будет и отношений нормальных у двух магов-то — тоже.
— А что, маги вместе не сходятся?
— Да отчего ж, сходятся, только потом долго черепки собирать, — подмигнула тетка кухарке, и та рассмеялась.
Ну и шутки у них тут. Мне еще только анекдотов про магов не хватало.
— И много в Альде магов? — поинтересовалась я.
— Да откуда, — всплеснула руками тетка, — это Гор вот у нас своим умом,
— Ясно, — протянула я, не зная, о чем дальше вести разговор. Не о детстве же Гора расспрашивать, а то точно поймут превратно.
Жизнь в Альде оказалась простой и невероятно скучной. Нет, конечно, какое-то время меня забавляла архаичность происходящего, все эти забытые ремесла, примитивный быт, хотя последний и удручал одновременно. Ни электричества, ни нормальной канализации — тоже мне магическое общество. Даже наши римляне, пожалуй, их переплюнули.
— Ты чего загрустила? — спросила Даральда как-то вечером. Я не стала ей жаловаться на суровую жизнь и рассказывать, как меня достало месить глину или ходить за ней к реке. Пару раз меня даже отпускали на рынок вместе с кухаркой, но и там интересно было только поначалу. Да, диковинные плоды со странными названиями, смешная рыба — действительно смешная с виду, толпы разношерстного народа, даже кто-то из магов с нашивками Коллегии, от которого все шарахались в разные стороны. Откуда я знала о нашивках? У кухарки рот не закрывался, как только мы вышли за ворота дома, и она почувствовала себя хозяйкой ситуации.
— Так девка того, молодая, — подала голос кухарка.
Вот только сватать меня еще начните за какого-нибудь лавочника или гончара. Да и какая я молодая, мне вон тридцать должно было стукнуть месяца через два по земному времени. Судя по всему, я была примерно ровесницей Гора и лет на пять старше Сайруса.
Но Даральда отчего-то не спешила с выводами, только молча разглядывала мою приунывшую физиономию.
— А Горушка-то что, считал тебя одаренной? — спросила вдруг она.
Я не сразу поняла, кого она так ласково величает, а осознав, едва не поперхнулась отваром — та еще Горушка.
— Вроде того, — не очень охотно отозвалась я. С такой жизнью вскоре напрочь забудешь и о магии, и о приключениях.
— Так чего ей тут подолом лавки протирать? — обратилась Даральда к кухарке, и та охотно закивала, наверняка даже понятия не имея, к чему клонит хозяйка.
— Гоните, что ли? — удивилась я. Вот сейчас как выставит за дверь, и тогда гончарное искусство покажется мне мечтой всей моей жизни.
— Глупая, — припечатала тетка, — послушай, что скажу. — Она пересела ко мне на лавку с хитрым выражением на лице. — В столице есть магический Орден Трех Сестер.
— Монашки что ли какие? — брякнула я, и тетка только укоризненно покачала головой — мол, учиться тебе еще и учиться.
— Тремя сестрами называют луны, — пояснила она, и до меня, наконец, дошло, о каких сестрах речь — о ночных светилах, которых здесь было аж целых три.
— Так вот, — продолжила Даральда, — каждые три вара орден набирает одаренных девушек и обучает их магическому ремеслу.
Магический университет для теток, значит, — перевела я для себя.
— У подруги моей Селестальды две дочки, в этом варе обе поедут пробоваться в орден. Так я могу договориться, чтоб и тебя с собой взяли.