День свершений
Шрифт:
Молодые сразу обернулись, выжидающе уставились на Радена. Какая столица, ужаснулся Стэн. Ведь кругачи не идиоты* — ясно, куда тройка метит) Туда сейчас и муха не проскочит!
Радон долго глядел на них красными воспаленными глазами — у него тряслась голова.
— Хорошо, — вдруг сказал хрипло, — я пойду с вами. Одним вам не пройти…
Стэн чуть не вскрикнул: да он в своем уме?! Сам, добровольно, в этот змеюшник!
Бруно с сомнением покачал головой, но ничего не сказал. Вскочил Ян, помог старику подняться.
— Будет трудно, Раден, — сказал негромко. —
Они пошли прямо по руслу канала, продираясь сквозь заросли. Стэн тащился последним, автоматически переставляя ноги и прикрывая лицо от колючих веток. Где-то в груди застыл холодок обреченности: куда, зачем, неужели им всем жить надоело? Что ж они такое задумали, в конце концов, ради чего такой сумасшедший риск?.. Старик, конечно, догадывается, и он с ними! Это надо как следует-обдумать — почему тройка так быстро снюхалась с отвергами. Что у них общего?.. Ну, в богов не верят, ну, образованные — что еще? Определенно что-то есть еще, главное — но что?..
Стэн потряс головой — тупо ломило в висках, мысли расползались. Проклятая труба, выругался он про себя. Ведь чуть не задохлись!..
Канал вел к столице. Раден сказал, что раньше по нему спускались сточные воды из города. Теперь, само собой, его перекрыли — Сферополис имел два ряда мощных крепостных стен, которые возвели сразу после Второго крестового, когда объединенные отряды Хизмы взяли столицу штурмом и удерживали ее почти неделю. Страшная, рассказывают, была резня, весь этот канал был завален трупами, нечистоты затопили долину. Только в ночь на седьмые сутки кругачи отбили город, выбросив воздушный десант прямо на крыши домов. Древневерские кресты с распятыми хизмачами потом протянулись по всем главным трактам Семисферья.
По словам Радона, где-то недалеко в канал входила сточная труба, которая соединялась с подземными коммуникациями столицы. Раньше, лет пять назад, этим путем отверги тайно проникали в город. Потом кругачи заделали выход, но все-таки это был шанс: может, удастся пробиться в другом месте?
Перед Стэном маячила обтянутая блестящим комбом спина Яна. Дальше, тяжело дыша, топал Раден, часто оборачивался, переговаризался с Яном. Первое время Стэн прислушивался, пытался понять — пустое занятие! Речь шла о каких-то уравнениях, константах, коэффициентах и прочих вещах, абсолютно чуждых Стэну. Это злило, к тому же мешало слушать, что делается вокруг. А ведь кругачи вполне могли организовать погоню.
Они прошли около трех сферомиль, когда Бруно неожиданно остановился, поджидая остальных.
— Да, это где-то здесь, — сказал Раден, оглядывая первый склон. Только заросло сильно…
Канал в этом месте расширялся, видимо, размытый весенними паводками. Дно было завалено рухнувшими деревьями, колючий кустарник стоял сплошной стеной.
— Не нравится мне здесь, — процедил Бруно, подозрительно крутя головой. — Ну-ка, Стэн, разведай, что там наверху?!
У Стэна ёкнуло сердце: Бруно зря не скажет. Прислушиваясь, осторожно полез по склону. В густой траве звонко пели цикады, в листьях акаций гулял ветер. Снизу доносилось тяжелое астматическое дыхание Радена.
Стэн
Вокруг было пустынно, и он уже хотел спускаться, когда краем глаза уловил какое-то движение справа. Оглянулся — и обмер!.. Из-за куста акации точно в лоб ему смотрел черный зрачок автомата. Показался солдат в пятнистой форме, быстро приложил палец к губам: «Молчать!..»
Засада, пронеслось в мозгу у Стэна. Напоролись!..
Солдат качнул стволом: «Вылезай!..», на мгновение скосил глаза вниз, в канал. И тогда Стэн, не помня себя, оттолкнулся коротко, упал спиной, назад.
— Кругачи-и!!! — взвизгнул на лету не своим голосом, грохнулся спиной о склон, покатился кубарем. И тут же застучало, загрохотало со всех сторон. Что-то больно садануло в спину: раз, другой! Почувствовал: не пробило! Выдержал комб, выдержал…
Ломая кусты, слетел на дно, юркнул куда-то за поваленный ствол, затаился. Палили сразу с обоих склонов: сколько же их?.. Сбоку, за глиняным пригорком, вжимались в землю Ян и Лота. Автоматные очереди прошивали воздух над их головами, секли кусты. Бруно куда-то исчез вероятно, нырнул в заросли. К молодым по открытому пространству полз Раден, неумело загребал локтями. Он лез прямо под пули!
— Куда-а?! — надсаживаясь, закричал Стэн. — Назад, назад!
Старик словно не слышал, упрямо полз к пригорку. Стэн увидел, как тенью метнулся вперед Ян, упал на Радона, прикрыл. «Сумасшедший!..» мелькнуло у Стэна.
Откуда-то выскочил Бруно, коротко взмахнул рукой. Слева и справа беззвучно полыхнули молнии, ослепили. И сразу стрельба захлебнулась. Все смолкло. Стэн с опаской приподнялся.
Из кустов на склоне медленно, головой вперед, вывалился солдат, покатился вниз. Рядом скользила винтовка. «Лихо! — мелькнуло Стана. Неужто все так?..»
Он осторожно выполз из-за ствола, встал — ноги подрагивали. Тишина оглушала, болезненным пульсом отдавалась в затылке. Сильно болело под лопаткой. Попали все-таки, гады, подумал он. Но комб-то, комб!.. Ведь никакая пуля не берет!
Бруно стоял в напряженной позе, голова, как на шарнирах. Ян с Раденом тяжело возились в траве, мешая друг другу. Старик задушение хрипел — никак не мог встать. К ним спешила Лота. «А ведь легко отделались!» — подумал Стэн, идя за Лотой.
— Постой! — Бруно поймал его за плечо, приказал коротко: — Осмотри заросли! Найди выход!
Стэн молча подошел к убитому солдату, подобрал винтовку. Мордатый прав: вдруг кто-нибудь уцелел?.. К тому же — сматываться надо отсюда, да побыстрей! Пальба, небось, в городке была слышна!..