День скарабея

Дубинин Дмитрий

Металлический щелчок донесся и с того места, где сидела Карина.

— И без глупостей, — добавил Барин, видя, что Сергей не торопится заводить двигатель. — Если ты начнешь дергаться или создавать аварийную ситуацию, лучше запомни раз и навсегда: здесь есть люди, которым терять нечего. А если ты чего-нибудь захочешь замутить, помни о тех, кто остался у тебя дома.

Телефон Сергея перекочевал в карман к главарю. Салон машины заполнила тяжелая атмосфера страха и отчаяния. Почти впритирку к «Крауну» проехал милицейский экипаж.

— Поехали, — снова сказал Барин. — Я больше

повторять не буду.

Сергей тронулся с места и погнал машину домой. Он теперь по-настоящему боялся этих людей. Боялся так, как ни разу с того проклятого дня, когда они появились в его квартире. Впервые, наверное, он понял, что они готовы ко всему, и что ему теперь тоже можно предпринимать любые действия.

По дороге Половод еще раз попытался дозвониться, и с тем же результатом.

…Молча и стараясь не топать, четверо вошли в подъезд и поднялись к квартире. Еще не было шести часов утра, и никого из соседей Лихомановых на пути им не встретилось. Сергей своим ключом открыл дверь, и впустил налетчиков внутрь, проклиная себя за то, что не в состоянии уберечь, огородить свою семью от продолжения этого кошмара.

Он тупо глядел, как угрюмые грабители проходят в комнату, из которой ушли, казалось бы навсегда около часа тому назад, потом перевел взгляд на каменное лицо Егора, приоткрытый рот Нади и нехорошо заблестевшие глаза жены. Легче, конечно, провалиться под землю сквозь этажи — третий, второй, первый, подвал, привет шахтерам…

— Это ненадолго, — словно бы кто-то другой произнес эти слова. Стараясь не встречаться ни с кем глазами, Лихоманов продолжал врать: — сделка не состоялась, пришлось переиграть сроки…

— Алло?! — вдруг из-за неплотно закрытой двери комнаты загремел голос Барина. — Барсук? Какого же ты… Что?! Какие менты? Кто че видел?.. Да чтобы я с ментами в их тачке… А за базар кто отвечать будет?.. Э, Барсук! Алло! Ал… Алло!..

— Че он? — послышался голос Павла.

— Трубу бросил… Ему кто-то накапал, типа видел что-то не то. У Барсука очко и заиграло…

— И как тогда теперь? — спросила Карина.

— Щас…

Открылась дверь комнаты, и оттуда вышли Барин и Карина.

— Все в зал, быстро, — скомандовал Половод.

Никто не шелохнулся.

Барин вздохнул, не спеша вынул пистолет.

— Здесь есть люди, которым терять нечего, — стал он спокойно объяснять. — Без приличных денег мы не сможем просто так уйти и лечь на дно. Барыга нас наколол. И я чую, что еще день-два, и за нами могут прийти. А это значит — хана. Поэтому не злите меня. И особенно не злите ее, — он мотнул головой в сторону Карины. — Если я еще могу когда подумать, то она начинает шмалять при малейшем шухере. Вам ясно? Теперь идите в зал.

Все прошли в зал, кроме Павла, оставшегося в комнате. Лихомановы и Надя сели на диван, Карина уселась в кресло, Барин встал у двери. Оба бандита держали оружие наготове. Зал был немного тесноват для шестерых человек, и об этом даже вслух сказала Карина.

— Ничего, — усмехнулся Барин. — Нам будет проще… Теперь слушай ты, — обратился он к Сергею и ненадолго задумался.

— Твоя задача — где хочешь сдать наши баксы. Ты деловой, у тебя в каком-нибудь

банке связи есть, может быть, прокатит. Но это не наше дело. Срок тебе — до вечера. Ну, край до полуночи. Обменяешь бабло — мы тут же уходим. А чтобы ты как надо подсуетился, мы тут все посидим… Мало ли, кто вместе с тобой вдруг захочет прийти. Или вдруг ты надумаешь слинять. Я, правда, в это не особо верю, но ты помни — игры закончились. И по-другому не получается. Я уже говорил — нам терять нечего. Вышку отменили, но все знают, что мусора за своих мстят кровно — и если заметут, у нас шансов выжить нет. Если не сделаешь все как надо, или не появишься до двенадцати ночи… Не люблю говорить о таких вещах, я же не кровожадный. Ты все понял, Сережа?

— Понял. Я еду один?

Хорошо бы конечно, отправить вместе с ним Карину или Котла, подумал Андрей. Но Карина нужна здесь — допустим, баб выводить, да и реакция у нее ничего, пока не ширнется. От Котла толку меньше, но отправлять его с Сергеем… Они же корефаны когда-то были. Вдруг что-то на пару надумают не то сделать… Да и рана болит, проклятая, сил нет терпеть, аж в глазах темнеет. Вдруг что со мной случится, и в хате только один из нас останется. Не годится.

— Один справишься, — сказал Половод, протягивая Сергею его телефон. — И лучше звони почаще.

— И вы потом точно уедете?

— Стопудово. Но ты для гарантии отвезешь нас на тачке… Ну, куда-нибудь на другую окраину города — не на Красную Зарю. Там уже наши проблемы будут.

Лихоманов не поверил. Он подумал, что даже если каким-то чудом сумеет выполнить требование бандита, какую-нибудь еще пакость они учинят обязательно. Он не ошибался: Барин на самом деле думал, что не хило будет воспользоваться тачкой Сергея. Только Сергея брать с собой беспонтово, а за руль бы села Карина (вот же привязалось странное имя, точно новое погоняло) — тачку она водит мастерски, даром что баба… С ними поедет Ира… или Егор — это даже лучше. На всякий случай — вдруг Сергей надумает вильнуть — ментов на хвост посадит, или с баблом намутит чего…

— Все ясно, я поехал, — произнес Сергей и поднялся.

— Котел за тобой закроет, — сказал Половод.

Сергей, не оглядываясь, вышел в прихожую. Он чувствовал, что навсегда потерял лицо в глазах своей семьи, и что если он не сделает то, что вынужден сделать, их отношения уже никогда не будут прежними… Получится это сделать, или не получится, опасно это или не опасно, уже не важно. Важно, что он обязан хотя бы попытаться. Потому что он оставляет близких людей под надзором тех, кого он теперь и людьми назвать не может. Барин прав. Ситуация изменилась. Игры действительно закончились.

Из комнаты вышел Паша.

— Очень хочу дать тебе в морду, мухомор, — негромко произнес Сергей.

Паша осклабился.

— А че сумку не взял? — спросил он.

— Успеется. Я скоро вернусь. А пока нет никакого смысла просто так возить с собой такие деньги.

— Ну, может и правильно… Давай, удачи, — не без ханжества напутствовал Лихоманова тот, кто был когда-то его другом.

…Через окно Карине было хорошо видно, как большая зеленая машина вырулила со стоянки и скрылась.