День Разрушителя
Шрифт:
— Лиара, Тейн Шасури, — Дираэль сделала короткую паузу, дабы следующей своей фразой отправить собеседницу в небытие. — Тейн Шасури — сын Лорота Тэлагата.
На мгновение мир остановился. Исчезли крики птиц и стрекотание цикады. Разум Лиары попытался принять услышанное, но её сердце заколотилось подобно кузнечному молоту, губы затряслись а в недрах сияющих глаз проступили слёзы. Девушка покачала головой, словно пытаясь выкинуть из головы чужой голос, но в сею секунду «Талмон» молчал. Хаос наполнил сознание.
—
— Да, — Дираэль приблизилась к собеседнице и опустилась на колени подле неё. Как и в глазах Лиары, в недрах глаз Дираэль проступила печаль. — Тейн Шасури… твой брат.
6
— Похоже, инквизитор всё же решил узреть всё воочию, — ухмыльнувшись, промолвила Келла, продолжая собирать снаряжения в недрах повозки. — Хочется пожелать ему удачи, но сейчас… она решает не многое.
— Как долго ты будешь сопровождать нас?
— Сутки. В конце концов, Тарлад — опасное место. Даже для той, кто провёл здесь половину жизни, — Келла накинула на плечо ремень, укомплектовывая метательные кинжалы и зазубренные клинки. Отныне рыжеволосая эльфийка представляла собой привычный образ воителя тени — столь же изящного, сколь и смертоносного.
— Это… опасно? Я про твоё задание.
— Волнуешься за судьбу пленной эльфийки, сир Лайм? — на бледном лице расцвела улыбка.
Без затей, юноша ответил кивком.
— Неужели тебя так привлекают эльфийки? — Келла оставила все прочие дела и приблизилась к собеседнику. Отныне её движения напоминали кошку, что заигрывала с мышом. Дыхание Лайма замерло. Улыбка на эльфийском лице расцвела во всей красе. — Помни, что говорил тебе капитан. Не позволяй эмоциям брать верх над разумом и… бойся женщин. Женщины коварны.
— Только не ты.
— Эльфийский ассасин? — девушка едва сдержала хохот. Улыбка на её лице изменила наружность. — Ты хоть представляешь, сколько жизней я отобрала хитростью и клинком? Я — убийца, Лайм. Я тень смерти.
— Это не важно.
— Ох! Тебе ещё так многое нужно понять, — эльфийка подмигнула и расправила гербовую накидку на груди Лайма. — Относись с уважением к духам леса, малыш, и когда-нибудь. Возможно. Мы встретимся, — улыбка на белом лице расцвела. — Надеюсь, что в иных обстоятельствах, когда ты станешь знатным рыцарем, а за твою свободу предложат хорошую награду. Хм! Только сделай одно одолжение. Постарайся не погибнуть до той поры… и не потеряй себя.
— Келла… я…
Их взгляды соприкоснулись всего на краткий миг. Единственное мгновение, что казалось, длилось целую вечность. Зелёные глаза молодого рыжебородого парня и сияющий взгляд смертоносной обворожительной девы. Как же различались их взгляды! Но как они были схожи…
Эльфийка сделала шаг назад, в попытке отстраниться, но ощутила робкое прикосновение на своей руке. Без всякого труда она могла вырваться и уйти, могла не обидеть юношу и сыграть в привычную игру соблазнов. Однако Келла остановилась. Столь же робко Лайм сделал шаг и прикоснулся к её плечу. Эльфийка обернулась. Их взгляды встретились вновь, разделённые сантиметрами пространства — пространства, что неизменно сокращалось.
Никогда доселе эльфийка не ощущала вкус
— Обещай, что останешься живой! — прошептал юнец.
— А кто иначе возьмёт тебя в плен? — улыбнулась эльфийка.
— Я буду ждать.
Глава 23. Дитя богини
1
— Почему Шеймус так решил? — пробурчал Крог.
— Дираэль сообщила, что согласно слухам, воинство Империи возглавляют двенадцать баронов, а река Velim, в переводе на наш язык прозвучит как синяя или бегущая черта.
— Зелёное око судьбы, — процитировала строки пророчества Лиара. — Двенадцать лордов, клятва и обман. Бегущая черта окрасится алым — придёт войны туман.
– Именно, — лицо старика охватила хмурь. — Так или иначе, скоро мы получим все ответы.
Вот уже несколько часов воинский отряд под началом леди Дираэль в компании путников продолжали углубляться в недра чёрных лесов. Как и сообщила друидесса, численность её контингента превышала отметку в полторы сотни бойцов, однако ввиду грамотной планировки маршрута, постоянной разведки и наличия авангарада, эльфы не представляли собой единое скопление войск, а помощь фей служила наиболее простым и надёжным методом разведки и коммуникации отрядов.
Тропы чёрных лесов представляли собой настоящий лабиринт переплетённой растительности и вековых деревьев, где каждый булыжник рисковал оказаться притаившимся земляником, а каждая роща древ могла неожиданно превратиться в группу энтов. Населявших эту землю, многочисленных духов отличал свободолюбивый, местами агрессивный нрав. В своё время Тарлад изрядно пострадал от рук чужаков, что отложилось в памяти его обитателей. Не в пример своим сородичам выделялись и животные, что бороздили округу. Ежели редчайшие единороги и лунные олени являлись гостями из Мира Духов, то колоссального размера медведи, волки и даже рыси-меланисты, коих Шеймус считал исчезнувшим видом, встречались здесь повсеместно, наряду с удивительными доселе невиданными животными.
И если впервые глядя на волчьего сородича в лице гэлтэла, наблюдавшего за движением эльфийских войск, Ку’сибу ощутил недостаток собственного размера, то при одном лишь запахе тарладского белого тигра, в душе Антуана навсегда поселился комок сомнений. Вид же пчёл и шмелей, на которых кот обыкновенно охотился в стенах форта, ныне представлял собой пушистых гигантов размером с детский кулачок, что неизменно сопровождали леди Дираэль в дороге. Каждое живое существо, будь то букашка, животное или лесной дух, испытывал взаимную тягу к друидам и Дираэль, будучи весьма могущественным жрецом, становилась центром притяжения для каждого обитателя леса.