День птеранодона

Лаумер Кейт Джон

А в этот момент в точке касания параллельных миров…

Словно подкошенный ибари, человек падал с неба в ХС+19 голубой зари;

он летел вниз, истошно вопя, раскинув руки и ноги, и шлепнулся прямо в самом центре святилища из пенистого металла, возведенного в честь Нерва на Тетушкиной площади.

Два местных жителя, взмахнув перепончатыми крыльями, воспарили над гигантской тварью и присмотрелись к нему.

— Интересно, он летал? — поинтересовался один из них, почесывая кончиком крыла костистый гребень. — Или же просто— напросто шмякнулся откуда— то?

— Великоват, а? — прокомментировал второй. — Немного крупнее, чем эти мачинчосы note 1 … люди. И весит побольше, причем изрядно. Любопытно, съедобен ли он?

— Ах! Да что ты! Конечно

же нет! Но разве можно так ставить вопрос: съедобен ли? — вмешался один из жрецов— диетологов культа Нерва. — Хаццил ли он? Вот в чем суть!

— У него голубые глаза, следовательно, он не может быть хаццилом.

— Зато есть нос, а посему — хаццил!

Note1

Мачинчосы — обыгрывается слово «мачо» (исп.), от которого идет «мачизмо» — культ силы и мужественности, олицетворяемый мужчиной. — Примеч. перев.

Появился блюститель порядка и, помогая себе крылом, вытащил из кармашка на конце другого крыла книжечку бланков порицания.

— Кто хозяин этой химеры?

— А что это за мерзость вообще? — откликнулся жрец— диетолог культа Нерва.

Никто, судя по всему, этого не ведал.

Да и никому до нее никакого дела не было.