День надежды

Хьюит Кейт

—Ты просто не знаешь его мамочку.

—Но ведь у Аннабель уже есть семья...

—Тебе это только на руку, — усмехнулся Лукас. — Зато ты смело можешь вернуться к своей жизни.

В голосе его было столько горечи, что Райнона лишь покачала головой.

—Не собираюсь никуда уходить, — наконец сказала она. — Даже если бы ты этого и хотел. Но я ведь не ее мать, Лукас, как бы там ни было, поэтому прав у меня на нее никаких нет. — Она тяжело вздохнула. — Я люблю Аннабель, я это поняла только недавно. Но также знаю, что она не принадлежит мне.

Такое трудно признать, но это чистая правда. И любой судья признал

бы это.

—Как бы там ни было, Антония сообщила, что хочет удочерить Аннабель. А это значит, что ни тебе, ни мне она не достанется. А вырастет она в семье женщины-наркоманки и станет социальным паразитом.

Райнону, естественно, напугала такая перспектива.

—Но судья никогда не даст право на удочерение такой женщине, — сказала она через пару минут.

Голос ее дрожал.

—Ты не знаешь Антонию. О ней сложилось вполне приличное мнение в обществе. И потом, получается, что она ближайшая родственница Аннабель. А я всего лишь ее дядя, — сказал он, беспомощно разведя руками. — А судья всегда будет на стороне слабой женщины, особенно когда та пару раз похлопает ресницами и задрожит накрашенными губами. — Он поморщился. — Антония умеет играть на психике людей, и она знает, как вести себя с судьями. Она сможет сыграть невинность и слабость, чтобы доказать, как изменилась ее жизнь и какой хорошей матерью и опекуншей она может быть.

Райнона качнула головой.

—Но почему? Зачем ей нужна Аннабель?

—Она безнадежна, — объяснил ей Лукас. — Антония несчастна, она уставшая женщина и смогла убедить себя в том, что ей нужен этот ребенок. Если при этом она запятнает имя Петракидесов, ей будет только лучше.

Райнона никак не могла прокомментировать эту ситуацию. Она задумалась.

– Может... с ней это можно было бы обсудить? — сказала она, в отчаянии закусив губу. — Попытаться найти какой-нибудь компромисс...

– Со мной она, возможно, и стала бы разговаривать, но не с тобой, — чуть помедлив, согласился Лукас.

Райнона заморгала. Да, конечно, у его семьи были и власть, и деньги, и связи в высших кругах. Надо помнить об этом, не забывать.

– Итак, что же ты предлагаешь? — наконец спросила она, перейдя уже на шепот.

– Если бы мы с тобой поженились, то у Аннабель была бы стабильная семья и у нас был бы шанс претендовать на девочку, да и позиция Антонии стала бы намного слабее. И тогда, возможно, она сама отказалась бы от ребенка. Ведь на самом деле Аннабель ей не нужна. Она всего лишь хочет исполнить свой очередной каприз. Испортит девочку, как какого-нибудь щенка или котенка. Как в свое время испортила Кристо. Так что ты предпочитаешь? Отдать Аннабель в чужие руки или выйти за меня замуж?

Райнона открыла, было, рот, но вместо ответа лишь беззвучно рассмеялась. Кто бы мог подумать: Лукас ставит ей условие, можно сказать — ультиматум. И еще как ставит!

—Ты забыл о тесте Кристо? Мы должны дождаться ответа. Судья не станет заниматься этим делом без результатов анализа.

Лукас весь напрягся, потом пожал плечами.

– Подобный тест всего лишь подтвердит то, что мы и без того знаем. Зато, если мы будем тянуть время, Антония наверняка найдет достойный выход и уж точно сообщит прессе такую сенсацию. Моей семье только этого и не хватало.

– Но...

– Аннабель похожа на нас, — невозмутимо сказал Лукас. — И потом, мы с тобой оба

знаем, что Линн встречалась с Кристо, он это подтвердил. Так что... У тебя просто нет другого выхода.

Нет выхода! Звучало так, словно Райнона попала в ловушку, откуда ей нет иного выхода, только как выйти за него замуж.

Но ты же мечтаешь об этом.

Она же хочет быть с Лукасом. И одновременно напугана этой возможностью.

– Но наверняка есть и другой выход или даже несколько.

– Может, нам тогда подождать? Райнона, — сказал он уже серьезно, — я не лгу тебе. — Тон его стал как будто мягче, он потянулся к ней и положил руку на плечо. — Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж ради Аннабель. Потому что знаю: это мой долг по отношению к маленькой родственнице. Я не позволю какой-то эгоистичной, самодовольной женщине воспитывать малышку. И уверен, ты того же мнения. Я знаю, конечно, что ты не обязана заботиться об Аннабель, но ты заботишься о ней, ты ее любишь, и поэтому она вырастет с любовью в сердце, она будет тоже любить тебя, вот как я думаю, — и он нежно притянул девушку к себе. — Что касается наших с тобой отношений, то у меня нет никаких сомнений в том, что наш брак будет удачным. Мы в силах об этом позаботиться. Вполне возможно, у нас даже появятся собственные дети. — При этих словах она удивленно взглянула на него, и он улыбнулся. — Почему бы и нет? Разве мы сами не заслужили немного счастья?

—Но ты же не любишь меня, — сказала Райнона ровно.

—Нет, но я хочу тебя. Ты же знаешь, между нами существует сильное влечение.

—Значит, хочешь получить меня любым способом? — повторила она с усмешкой, недавно сказанные им слова.

Глаза его вспыхнули.

—Да. Это так. Но, учти, я никогда не обижу тебя. Обещаю заботиться о тебе и дать все, что в моих силах. — Он обнял ее. — Чего же тебе еще желать?

Любви. Нежности. Ей так хотелось, чтобы он любил ее. Это же так очевидно. Для всех, но не для него. Какая горькая ирония судьбы!

Райнона взглянула на Аннабель. Девочка в свою очередь посмотрела на нее и трогательно протянула к ней ручонки.

Она наклонилась и подняла малышку на руки, прижала к груди и поцеловала прямо в макушку, в пушистые шелковистые кудри, черные и мягкие, такие же, как у Лукаса.

Ну, как можно бросить такого замечательного ребенка! Райнона уже приняла решение, хотя в душе и сомневалась в правильности выбора.

И все же казалось, что эта возможность дарована ей самой судьбой. Она посмотрела наверх и увидела сверкающие глаза Лукаса. И было в них что-то еще.

Как же я хочу быть рядом с ним!

И она должна быть с ним! Пусть даже он ее и не любит. Она сделает это ради Аннабель, потому что так надо. И еще потому, что она сама хочет.

И неважно, сколько боли при этом ей придется испытать.

— Хорошо, — прошептала она, и на губах Лукаса заиграла торжествующая улыбка.

Следующие дни пролетели в страшной суете. Лукас едва поспевал повсюду: отвечал на телефонные звонки, слал эмэйлы, мотался то туда, то сюда — и все ради того, чтобы организовать небольшую свадьбу, которую решили устроить на острове. Тео был в восторге, и хотя состояние его никак не улучшалось, на лицо вернулся розовый цвет, а в глазах появился блеск. Он был по-настоящему счастлив.