День Муравья

Вербер Бернард

Во главе передового отряда шагает 103-й.

Семья Дюпейронов неторопливо жевала под деревьями. Стояла такая жара, что даже дети утихли. Подняв глаза, мадам Дюпейрон нарушила тишину:

— Думаю, здесь тоже есть комары. Ну, или еще какие-нибудь насекомые. Я слышу гул.

— Тебе уже приходилось видеть лес без насекомых?

— По-моему, твоя идея с пикником не самая удачная, — вздохнула она. — Нам было бы куда лучше на нормандском побережье. Ты прекрасно знаешь, у Жоржа аллергия!

— Прошу тебя, перестань носиться с мальчиком. А то из-за тебя он и вправду заболеет!

— Но

послушай! Тут везде насекомые.

— Не беспокойся, я прихватил баллончик с инсектицидом.

— А, ну ладно… А, кстати, какой марки?

Сигнал от разведчика:

Сильные неопознанные запахи с севера — северо-запада.

Да уж, чего-чего, а неопознанных запахов везде хватает. Их столько миллиардов во всем мире. Но особенно настойчивая интонация разведчика тут же вызывает волнение во всем отряде. Муравьи замирают, настораживаются. В воздухе витают благоухания с малознакомыми нюансами.

Один воин щелкает челюстями, он убежден, что слышит запах вальдшнепа. Усики входят в контакт, муравьи советуются друг с другом. 103-й считает, что надо идти вперед: возможно, это просто какое-то животное. По его приказу отряд перестраивается.

Двадцать пять муравьев осторожно поднимаются вверх по потоку запаха до самого источника. Они выходят на широкое открытое пространство — совершенно необычное место с белой почвой, усеянной крошечными ямками.

Меры предосторожности прежде всего. Пятеро разведчиков оставляют на траве химический флаг Федерации. Всего нескольких капель т-децилцилацетата (С₆Н₂₂О₂), и они объявили всей планете, что отныне здесь территория Бел-о-кана.

Это немного успокаивает муравьев. Дать стране имя — значит уже знать ее.

Они начинают исследования.

Перед ними вырисовываются две массивные башни. Четверо исследователей карабкаются наверх. В круглой выпуклой вершине дыра, оттуда выходят соленые и перченые запахи. Им так хочется увидеть эти вещества поближе, но промежутки слишком малы и муравьям не пролезть в них. Разведчики разочарованы, они спускаются.

Ну что же, техникам, которые пойдут вслед за ними, без сомнения, удастся решить эту проблему. Внизу их внимание привлекает другая, еще более странная достопримечательность — это гряда благоухающих, но совершенно явно не природных холмов. Муравьи поднимаются наверх и расходятся по ложбинам и гребням. Ощупывают, зондируют.

Съедобно! — кричит первый, кому удалось проткнуть твердый верхний слой. Под тем, что он принял за камень, вкуснятина! Сплошная протеиновая масса отменного качества! Он с энтузиазмом сообщает новость, набивая рот питательными волоконцами.

— А теперь что съедим?

— Есть мясо на вертеле.

— Какое?

— Ягненок с ломтиками сала и помидорами.

— Неплохо, а если попробовать вот с этим?

Муравьи здесь не задерживаются. Опьяненные первым успехом, они наполняют зобы и разбегаются по белой скатерти. Четыре разведчика попадают в белую коробку с желтым желе. Они долго барахтаются, прежде чем их затягивает эта аморфная масса.

— С чем? С беарнским соусом от кулинара.

103-й

потерялся среди огромного скопления желтых структур, их поверхность хрустит и проваливается под ногами. Отваливается целыми кусками. 103-й прыгает из стороны в сторону, чтобы не провалиться, но, едва приземлившись, он должен снова перепрыгивать на другое место, чтобы хрупкая прозрачная материя не похоронила его.

— О, здорово! Чипсы!

Неожиданное скольжение по какому-то пропитанному жирами склону наконец вызволяет его из этого кошмара. Проползая мимо вилки, он возобновляет исследование. Он переходит от сюрприза к сюрпризу, от сладкого к кислому, от горького к горячему. Шлепая по зеленому овощу, он осторожно приближается к красному крему.

— Корнишоны по-русски, кетчуп.

Усики разгорячились от стольких экзотических открытий, 103-й идет по широкому бледно-желтому пространству, от которого поднимается сильный запах ферментации. Все усеяно пещерами, идеально круглыми и мягкими. Если ткнуть мандибулой, желтая стена становится прозрачной.

— Швейцарский сыр!

103-й в восторге, но он не успевает поделиться впечатлениями от этой необыкновенной страны, где все можно есть. Сверху на них обрушивается низкий и глухой, громоподобный звук, сильный, как ветер.

«Осторожно, тут муравьи».

Возникший с неба розовый шар методично давит восьмерых исследователей. Шмяк, шмяк, шмяк. Это длится не более трех секунд. Полный эффект неожиданности. Все они благородные воины крепкого телосложения. Однако ни один не успевает оказать сопротивления. Их крепкие медные доспехи разлетаются, плоть и кровь смешиваются в грязную кашу. Жалкие коричневые лепешки на белоснежной скатерти.

Крестоносцы не верят своим чувствам.

Оказывается, розовый шарик продолжает длинная колонна. Как только он заканчивает свое разрушительное дело, к нему медленно присоединяются четыре другие колонны. Теперь их пять.

ПАЛЬЦЫ!

Это Пальцы!!!!! Пальцы!!!!!

103-й в этом уверен. Они здесь! Они здесь! Так быстро, так близко, так сильно. Пальцы здесь! Он бросает самые насыщенные феромоны тревоги.

Осторожно, это Пальцы! Пальцы!

103-й чувствует, как его охватывает волна чистого страха. Все кипит в его мозгах, дрожит в его лапках. Мандибулы самопроизвольно раскрываются и закрываются.

ПАЛЬЦЫ! Это ПАЛЬЦЫ! Все прячьтесь!

Пальцы вместе взмывают в небо, складываются, оставляя только одного. Он вытянут, как шпор. Его розовый и плоский кончик преследует солдат и с легкостью давит их.

103-й смел, но небезрассуден, он инстинктивно прячется во что-то просторное бежевое, вроде тюрьмы.

Все произошло так быстро, что он даже не успевает толком понять, что же случилось. Однако 103-й узнал их.

Это… Пальцы!

Страх возвращается и накрывает его второй волной, еще более мучительной.

На этот раз муравей уже не может думать о чем-то более страшном и этим уничтожить свой страх. Он оказался перед самым ужасным, самым непонятным, возможно, самым могущественным в мире. ЭТО ПАЛЬЦЫ!