День мертвеца

Харрис Шарлин

–  Значит, Марв, - задумчиво произнесла она.

Кажется, она расстроилась - то ли потому, что я попыталась втянуть ее в это дело, то ли по какой-то другой причине.

–  Он двоюродный брат Пола. Но это ничего не значит.

Неужели все, вовлеченные в этот случай, - родственники?

Сибил не хотела мне помочь, а я даже не могла придумать, что именно она могла бы сделать. Она была огорчена и вряд ли считала Толливера в чем-то виноватым. Но она не могла или не хотела похлопотать за моего брата перед шерифом. Мы закончили разговор, недовольные друг другом.

Я

долго и упорно думала, потом позвонила на мобильный телефон Мэри Нелл Тиг. Она дала свой номер Толливеру, я нашла бумажку в кармане его куртки, когда паковала вещи. Под именем «Нелл» она нарисовала завитушку.

Мэри Нелл не обрадовалась моему звонку.

–  Толливер не может позвонить сам, - сказала я, - потому что твой дядя Харви посадил его в тюрьму.

Я была не совсем точна, но сейчас меня не заботила честность.

Нелл взвизгнула и целую минуту не могла успокоиться, пока я терпеливо ждала на телефоне.

–  Конечно, полиция Монтаны его не разыскивает, - возмутилась она.
– Это просто безумие!

Хотя мнение Мэри Нелл основывалось на ее тяге к Толливеру, а не на фактах, мне было приятно, что кто-то встал на его сторону. Чтобы подтолкнуть девочку в нужном направлении, я сказала, что ее мать отказалась помочь. Я высказала это не в лоб, но донесла до Нелл суть проблемы. Теперь я знала, что в ближайшие двадцать четыре часа, не меньше, Сибил жизнь медом не покажется. Но она это заслужила; я не чужда мелочной мести.

Затем я позвонила Холлису, но он не ответил. Судя по тому, как быстро он ушел из моего номера, я подумала, что ему надо на дежурство. Но вдруг он просто струсил? Что, если шериф приказал ему держаться от меня подальше, чтобы не потерять работу? Холлис, наверное, порядком дорожит своей работой. Я пыталась не винить его в этом, но мне было так грустно, что я все равно сочла его трусливой крысой.

Я стала размышлять, что делать дальше. Скорее всего, я закончу тем, что окончательно расклеюсь - буду плакать и дрожать. Но от этого не будет никакой пользы, только вред. И я наверняка могу что-нибудь предпринять, а не просто торчать в проклятом номере мотеля! Например, пойти и избить Бледсо; в те мгновения я чувствовала, что могла бы ногтями вырвать его печенку. Но существует же более конструктивный подход к делу…

Я продумала все, что мне было известно на данный момент, снова позвонила Холлису и оставила на его автоответчике сообщение: «Если не хочешь со мной говорить, как хочешь, но знай: сейчас я отправлюсь к тебе и просмотрю все школьные учебники».

Я пожалела, что была достаточно благородна, чтобы вернуть ему деньги, сейчас бы они мне пригодились.

В дом Холлиса я направилась бегом, потому что утром у меня не было пробежки. Заодно это поможет мне на некоторое время сохранить спокойствие. Нога раза два подгибалась, но выдержала.

Машины возле дома не было. Я решила войти в любом случае: мне было не важно, дома Холлис или нет. Но я не хотела, чтобы меня задержали. К счастью, заднюю дверь скрывал от соседних домиков густой кустарник. День рабочий, и соседей, возможно, нет дома.

Для

полицейского у Холлиса была на редкость паршивая система безопасности. Я нашла его запасной ключ с третьей попытки - на гвоздике возле крыльца, в темном углу. Я шарила там до тех пор, пока не нащупала гвоздь, и через секунду ключ оказался у меня в руке. Хорошо, что я нашла его, иначе пришлось бы разбить стекло в задней двери. Иметь стеклянные двери - лишний риск, это должен знать каждый коп.

День снова выдался мрачным, и я включила в гостиной лампу. Когда я была тут в прошлый раз, мы сразу отправились в спальню, поэтому я не знала расположения комнат. Маленькая комната оказалась удобной и… уютной: мягкий диван и кресло к нему под пару. Перед диванчиком для двоих стоял обычный кофейный столик с лампой, несколькими журналами и книгой, а рядом с креслом валялось несколько пультов управления. На расстоянии вытянутой руки - шкаф из древесностружечных плит, забитый книгами, в основном любовными покетбуками Джейн Энн Кренц, Сандры Браун, Норы Робертс и тому подобными. Среди них было и несколько авантюрно-мистических книг Ли Чайлда и Томаса Кука - эти книги, скорее всего, принадлежали Холлису.

Я быстро прошлась по дому, чтобы убедиться, что ищу в нужном месте. В спальне не было книжных полок, во второй комнате - которая использовалась для работы на компьютере и как кладовая - имелась только компьютерная литература и справочники по видеоиграм. В кухне я нашла две поваренные книги, в ванной - корзину с журналами.

Тогда я вернулась в гостиную и присела возле забитых книжных полок.

Холлис сказал, что его жена читала один из своих школьных учебников. Вряд ли он их убрал. Оказалось, я права. Салли Хопкинс-Бокслейтнер хранила книги, входившие в школьную программу: сборник британской поэзии, шекспировские «Юлий Цезарь» и «Венецианский купец». Еще здесь были учебник американской истории и сильно потрепанный учебник биологии.

Холлис сказал, что книга имела красную обложку. Учебники истории и биологии были красными. По крайней мере, с красными корешками.

–  Какого черта ты здесь делаешь?

Я уже услышала, что Холлис вернулся домой, поэтому не вздрогнула. Он злился.

–  Ищу то, что читала Салли, - сказала я.
– Ключ от дома я нашла за две минуты. Вот, смотри - учебник истории. Она его читала?

–  Почему ты не дождалась, когда я приду домой?

Кажется, он слегка смягчился.

–  Мне показалось, ты меня избегаешь и не впустишь в дом.

–  И ты решила явиться без приглашения? Считаешь, это законно?

–  Так же законно, как держать человека в тюрьме под вымышленным предлогом. Эту книжку она читала?

–  Возможно, - ответил он рассеянно.
– А еще есть красные книги?

–  Да, учебник биологии.

–  Может, и его.

–  Хорошо. Ты возьми «Историю», а я посмотрю «Биологию».

Я перевернула книгу и потрясла ее. Выпала бумажка. Я подумала, что это список продуктов или записка, которую Салли написала мальчику, учившемуся с ней в одном классе. Но на листке оказалось что-то непонятное.