День Кощея
Шрифт:
– Тётка Ягута в гости заходила? Мухоморовкой угостила?
– Машка у нас реально – гений, босс! – подмигнул мне Аристофан.
– Мне все это говорят, – скромно подтвердила Маша.
– Хотелось бы подробностей, – потребовал я. – И я сейчас не про гениальность.
– У мадмуазель Марселины есть план, как заставить Кощея-батюшку отправиться в отпуск! – торжественно пояснил Калымдай.
– Бабы, – восхищённо помотал головой Михалыч. – Ишь, Евино племя!
– Отдыхайте, мсье Теодор, – подтвердила Маша. – За дело возьмутся
Мы сами процесс выдворения царя-батюшки в отпуск не видели, но Гюнтер, томно улыбаясь, поведал, как к Кощею заявилась делегация придворных дам с проектом обновления внешнего и внутреннего декора Дворца, притащив с собой для наглядности образцы материи для штор, ковриков у дверей и кипы зарисовок залов и коридоров с обоями, гобеленами и просто настенной росписью.
Царь-батюшка выдержал десять минут. Нет, не убил делегацию. Он же у нас джентльмен. Просто взвыл как пароходная сирена и исчез в зелёном магическом облачке.
– Когда Государь, тщательно маскируясь, вернулся, – докладывал нам Гюнтер, – он тут же велел подать его походные плащ и сапоги и наточить малый меч. А вам, Фёдор Васильевич, он велел передать, что раз вы так горячо о его благополучии заботитесь, вам и париться на троне вместо него.
– Удалось! – завопил я. – А где сейчас царь-батюшка?
– Кто же его, загадочного нашего, знает? – вздохнул дворецкий. – Так поспешно удрал… отправился на отдых, что я едва успел ему котомку с бутербродами собрать. Уже на ходу в карман его плаща сунул бутылку коньяка и десяток сигар.
– Внучек, а ты что-нить ощущаешь? – дед пощёлкал пальцами. – Ужо свалилось на тебя бремя власти? Кощеем себя почувствовал?
– Да кто его… – я прислушался к своему организму. – С этой новоприобретённой силой ни фига не понять, деда. Вроде есть что-то такое… У меня же сейчас и так с Дворцом контакт постоянный.
– Будем считать, – заявил Калымдай, – что Кощей-батюшка благополучно в дальние края отправился. Можно начинать операцию по добыванию царского подарка.
– А если Государь, типа рядом? – с сомнением почесал между рожками Аристофан. – Мы только начнём, а он реально так: а вот и я! И давай всем конкретно башки рубить без разбора.
– Что скажешь, Гюнтер? – повернулся я к дворецкому. – У тебя же всегда связь с царём-батюшкой есть.
– Во Дворце его точно нет, – заверил он. – Я бы знал.
– Действуйте, Теодор, – сказала Маша. – Если что, мы вас прикроем.
– Все вместе действовать будем, – проворчал я. – Чего это я за всех отдуваться должен? И вообще, пусть вон Аристофан или Калымдай всё там внизу разведают с дедушкой Мировидом, а я уж на последней стадии и присоединюсь. Они же у нас вояки? Вот и пусть воюют там.
– Ишь чего удумал! – Мировид вылетел из стены, облетел вокруг Калымдая, а к Аристофану даже зачем-то принюхался. – С тобой, Федька, пойду! И не спорь со мной, ёшки-матрёшки! Мне лучше знать, как и что делать надо!
– Ну, деда Мировид… – попытался я образумить
Мировид сунул мне под нос кукиш:
– Или с тобой идём или гори она синим пламенем ента рука! Потерплю пару веков, подберу хорошего сотоварища, тогда и добуду её!
– Ну, зачем я тебе, дедушка Мировид? – вздохнул я.
– А с тобой весело! – заявил колдун. – Знатно ты верещишь, когда пугаешьси, ёшки-матрёшки!
Глава вторая, обессиленная
Время от полдника до ужина я провёл неожиданно в тишине и покое. В Канцелярии не было никого, даже бесенят и Дизеля. И знать не хочу, куда все умотали. Я повалялся на диванчике, покашлял над сигарой, а потом, поборов лень, пошёл за комп отстреливать монстров и так увлёкся этим полезным и приятным занятием, что не сразу и осознал, что наши потихоньку подтянулись в кабинет, и только запах фирменного рагу от Иван Палыча, заставил меня оторваться от зачистки четырнадцатого уровня. Ладно, сохранюсь, а уж в следующий раз… Хана компьютерным уродам!
– Кстати, Фёдор Васильевич, – заметил Калымдай, когда все приступили к десерту, – там вовсе и не лабиринт. Вполне такая административная постройка, на казармы или склады похожа.
– Да? – приятно удивился я. – А покажи чертежи, если готовы.
– Условно территорию мы разделили на две части, – начал доклад наш вояка. – Нужное нам помещение находится в дальнем конце Холма…
– Ну, естественно, – проворчал я.
– Поэтому, – продолжил он, – мы остальную часть пространства даже рассматривать в планах пока не стали, а сосредоточились только на необходимом нам участке.
– Правильно, – хихикнул Михалыч. – На следующий день рождения прибережём.
– Нужный нам зал находится на дальней стороне квадрата, со сторонами приблизительно в пятьсот метров, – продолжал Калымдай. – Общее помещение разделено семью коридорами, которые в свою очередь пересекают ещё пять, создавая таким образом множество одинаковых залов. Но часть из них перегорожена ещё и внутренними стенами. То есть, там присутствуют как небольшие комнаты, так и просто огромные.
– Я уже запутался, – пожаловался я. – Ясно только, что побродить там придётся. А покажи план, а?
Калымдай развернул на столе большой лист, а я, едва вглядевшись в него, радостно хмыкнул:
– Так красота же! Это вот это нужный нам зал? – я ткнул в небольшой квадратик. – Прямо напротив норы дедушки Мировида?
– Так точно, Фёдор Васильевич.
– Ну и в чём проблема? Вон, прямой коридор туда и ведёт. Отшагал полкилометра по нему и корона наша.
– Да хрен там, Федька, – вздохнул Лиховид. – По ентому коридору ты точно не пройдёшь.
– Вот же… – огорчился я. – А счастье было так близко… А почему?