День гнева
Шрифт:
— Согласен, — кивнул Потапов, — значит, нужно проверить все машины, стоявшие поблизости.
— Уже проверяем, — кивнул Корниенко, — опрашиваем всех, кто проходил или проезжал по этой улице. Наши эксперты работают с машиной, вернее, с тем, что от нее осталось. Проверяем тип гранаты, выясняем, как она попала к террористам. К вечеру эксперты закончат работу.
— Нужно искать Слепнева, — напомнил директор.
— Мы дали такую установку по городу. Все сотрудники милиции уже предупреждены. Фотография Слепнева разослана по всем отделениям.
— Раньше
— Вы же знаете, нельзя было распространять фотографию «ликвидатора», сотрудника милиции, — напомнил Потапов, — мы предполагали, что он покинет Россию.
— А он остался. Меня тревожил факт его побега с того момента, как я о нем узнал. Значит, его собирались использовать именно в этом деле. — Директор повысил голос и спохватился, что нервничает. Этого он не мог себе позволить и всегда гордился своей выдержкой. — Я говорил с премьером, — продолжал директор уже спокойнее, — рассказал о Слепневе, предупредил, что наш бывший коллега исключительно опасный террорист. Звонил в службу охраны. Там обещали принять экстраординарные меры по безопасности Полетаева. Необходимо взять под усиленную охрану все правительственные учреждения, а также руководителей высшего ранга. Но, судя по тому, как готовилась акция против Полетаева, главной мишенью бандитов остается министр финансов. К нему прикрепили нескольких охранников, но этого недостаточно. Желательно, чтобы в ближайшие несколько дней его охраняли наши сотрудники. Я объясню службе охраны, что эта мера направлена на захват опасного террориста. Думаю, нас поймут.
— Сделаем, — кивнул Потапов, внеся соответствующую пометку в блокнот.
— Кому намерены поручить руководство группой по охране Полетаева?
— Полковнику Кикнадзе.
— Согласен, — кивнул директор, — он спокойный и рассудительный человек. Пусть немедленно выезжает в Министерство финансов. Дайте ему необходимое количество людей. Что еще?
— Для страховки я прикрепил бы к нему в качестве помощника Суслову, — сказал Потапов, — на всякий случай.
— Правильно, — согласился директор. — У вас все?
— Может быть, в группу включить Руднева?
— Руднева? — помрачнел директор. — Погибший, кажется, был его родственником?
— Племянником.
— Как Руднев себя чувствует?
— Плохо. Поехал сообщить брату о случившемся несчастье. А у брата больное сердце, и он за него боится.
— Дайте ему трехдневный отпуск. И вообще отстраните от работы. В таком состоянии нельзя являться на службу. Не говоря уже о том, чтобы подпустить его к Полетаеву или другому высокопоставленному лицу.
— Он еще не был в морге, — тихо заметил Корниенко.
Наступило молчание. Директор первый прервал его, подумав, что служебный кабинет не место для проявления эмоций.
— Остается проблема Слепнева, — сказал он, — как собираетесь ее решать?
Потапов перевел взгляд с Корниенко на директора и заметил:
— Против такого профессионала может действовать только настоящий охотник.
Корниенко,
— Мы найдем Слепнева.
— Не сомневаюсь, — сказал Потапов, — только бы не опоздать. Необходимо просчитать каждое его действие на шаг вперед. Извините меня, Корниенко, вы отличный специалист, один из лучших следователей, но пытаться напасть на след Слепнева занятие бесполезное. Главное — вычислить, где и когда он может появиться. Не забывайте, что Слепнев специалист высокого класса и может запутать следы.
— Я не умею предугадывать, — чуть запинаясь, сказал Корниенко, — но все равно мы его найдем, — упрямо повторил он.
— Не горячитесь, — сказал директор, — генерал Потапов прав. Это не обычный уголовник. Его нужно не просто найти. Нужно вычислить и взять прежде, чем он начнет действовать.
— Мы будем его искать, — сказал Корниенко, — постараемся вычислить.
— Этого недостаточно, — стоял на своем Потапов. — Нужен аналитик, который сумел бы понять образ его мыслей, предугадать его действия. Здесь даже наши аналитические службы бессильны.
— Я знаю, куда вы клоните, — с нотками недовольства в голосе сказал директор, — хотите снова привлечь к делу того подозрительного субъекта со стороны? Чем он вам так понравился?
— Он выручал нас в трудных ситуациях, и не раз. Помните историю с похищением ядерных зарядов в Чогунаше? Он тогда не только установил, кто именно похитил ЯЗОРД, но и сумел его найти.
— У нас и свои следователи есть, — буркнул директор, — нечего привлекать посторонних, тем более что речь идет о нашем бывшем сотруднике. Слепнев как-никак был нашим товарищем.
— Был, — выразительно заметил Потапов.
— Значит, мы и должны его найти. А не этот ваш специалист. Кстати, как его имя?
— Он предпочитает, чтобы его называли Дронго.
— Вот именно — Дронго. Он, конечно, неплохой специалист, но зачем вмешивать в наши дела такого рода экспертов? Не нужно. Думаю, мы вполне справимся сами.
— Этот человек умеет делать то, что не под силу никому другому, — сказал Потапов. — Он гениальный аналитик.
— Не нужно, — упрямо повторил директор, поморщившись, — вообще слово «гениальный» никак не вяжется с нашими доморощенными экспертами. Не отрицаю, он обладает некоторыми навыками решения подобных задач. И только. Поэтому давайте подумаем, как обойтись без него.
В этот момент зазвонил телефон. Директор посмотрел, какой именно, и сразу изменился в лице. Звонил сам президент. Осознавая важность момента, директор невольно подтянулся и снял трубку. Остальные затаили дыхание.
— Что происходит на улицах города? — гневно спросил президент.
— Сегодня была совершена попытка террористического акта, — доложил директор ФСБ чуть дрогнувшим от напряжения голосом.
— Как это попытка? — сказал президент. — Мне доложили, что у нас в городе уже стреляют из гранатометов. Есть погибшие. Это вы называете попыткой?