День Дракона

Панов Вадим Юрьевич

«Кто же это, черт побери?!»

— Я все понял, спасибо.

Мечеслав убрал телефон и оглядел собеседников.

— Помните, в начале совещания я говорил, что исчезла Шума-Шума?

— Старуха, — кивнул Сантьяга.

— Опустившаяся колдунья, — поддакнул Гуго.

— Так вот. Сегодня утром у ее дома засекли… — барон не отказал себе в удовольствии выдержать мелодраматичную паузу, — молодого рыцаря Витольда Ундера.

Комиссар улыбнулся. Де Лаэрт сначала замысловато выругался, затем осведомился:

— Зачем он

приходил?

— Почувствовав присутствие наших колдуний, Витольд сделал вид, что хочет снять квартиру в том же доме.

— Возможно, он действительно хотел снять квартиру в том же доме, — быстро произнес Гуго.

— Может, — не стал спорить барон. — Но, спустившись в метро (Милана приказала не трогать парня, а лишь установить наблюдение), Ундер накинул на себя «Пчелиный рой» и ушел от идущей по его следу фаты.

Де Лаэрт вновь выругался. На этот раз — значительно тише. И потянулся к своему телефону.

— Не следует делать поспешные выводы, — поднял палец Сантьяга. — Мы можем лишь догадываться о происходящем.

— То есть? — мрачно спросил Гуго.

— Витольда нужно найти, но не брать. Наблюдать за ним.

— Я так и хотел поступить, — после паузы пробурчал де Лаэрт.

— И не пора ли объявить во всеобщий розыск Шуму-Шуму?

Мечеслав согласно кивнул и обратился к наву:

— Комиссар, как вы думаете, что могло понадобиться духу в Тайном Городе? Каковы его планы?

Нав пожал плечами:

— Мы пытаемся это понять, но пока…

Прозвучало не очень убедительно, и вмиг насторожившийся Гуго даже открыл рот… но сказать ничего не успел.

— Я думаю, только Темный Двор знает или способен понять, каковы намерения духа, — спокойно произнес барон. — Вы не рассказали нам все, Сантьяга. Это ваше право, у каждого Великого Дома есть секреты, но и… ответственность. Вам придется просчитывать ситуацию самостоятельно, без нашей помощи. И, затягивая время, вы должны помнить одну простую вещь: как только мы поймем цель духа, его уничтожение превратится в вопрос времени.

* * *

Москва, улица Красная Пресня,

9 августа, среда, 11:51

Все пропало! Все, что обещал проклятый чуд, оказалось выдумкой!

«Деньги не будут иметь для нас значения!»

Проклятый врун! Сволочь!

В глубине души Итар понимал, что не прав, что не выдумки рассказывал Витольд, не сказками завлекал, а реальными перспективами, но теперь, когда его квартира оказалась разгромленной, когда ему пришлось уничтожать труп — труп мальчика!..

«Голема!»

«Неважно!!»

При воспоминании о ликвидации следов на шаса вновь накатила дурнота. «Пожиратель», работающий над свертком… В ванной куча серой пыли, которую он даже не смыл…

«Ненавижу!»

«Кого?»

«Неважно!!»

Всех! Витольда! Духа, выбравшегося из заточения… «Хоттабыч проклятый!

Век бы еще сидел в своей бутылке, скотина!» Соплеменников, поставивших его в жесткие рамки. Всех!

Что же теперь делать?

Пару раз звонил Витольд, но Итар не отвечал — устал. Надо привести в порядок мысли. Нужно понять… что хочет он сам. Что?

«Я сам? А что я могу?»

От Ундера не отвязаться, заклятие обещания — такая ниточка, которую никому не перерезать, даже Сантьяге, даже князю. Получается, «я сам» ничего не значу. Все зависит от чуда.

Попытаться уговорить Витольда свернуть предприятие? Надо бы… А согласится? Дракон упрям. Он увидел цель, его влечет…

Но делать-то что?

Итар огляделся, понял, что стоит на Красной Пресне, неподалеку от станции метро «Улица 1905 года». Как дошел? Как долго стоял тут? Ничего не осталось в памяти. Только неприятные мысли.

Нащупал в кармане телефон.

«Позвонить Витольду?»

И замер.

Мехраб!

Если с кем и нужно посоветоваться, то только с ним.

Простенькая черная будка старого сапожника располагалась на углу Красной Пресни и Пресненского вала. Незаметная деталь городского пейзажа. Маленький осколок тихого прошлого. У Мехраба можно было купить стельки и шнурки, сапожные кремы и щетки,

Можно было починить обувь или просто поболтать, сидя на табурете и на мгновение вырвавшись из суеты огромного города. И покупали. И ремонтировали. И болтали. Причем не только жители Тайного Города, но и обычные челы. Мехраб, некогда бывший одним из директоров богатейшей Торговой Гильдии, жил в полном согласии и с собой, и с миром. Добившийся всего, прожив яркую и насыщенную жизнь, построив блестящую карьеру, он наконец-то занялся тем, к чему лежала его душа. Большая удача, если вдуматься.

Итар иногда забегал к старику. Поболтать. Посоветоваться. Просто посидеть рядом, подпитываясь его уверенностью и спокойствием. Вот и сейчас, оказавшись в крайне затруднительном положении, молодой шас пришел именно сюда.

— Привет.

— А-а, Итар! — Мехраб отложил газету и прищурился. — Давненько тебя не видел.

— Дела.

— Когда дела есть — это хорошо. А когда дела начинают тебя есть, приходишь советоваться.

Как всегда, в точку. Кумар вздохнул, уселся на табурет, помолчал, чувствуя себя школьником, явившимся на ковер к директору, и отрывисто спросил:

— Заметно?

— Заметно, — кивнул сапожник. — Что у тебя случилось? Я слышал, вроде задолжал Гильдии?

— Эту проблему я решил.

Мехраб с уважением цокнул языком: умение найти выход из сложного финансового положения всегда почиталось в семье Шась, а потом протянул:

— Но решение оказалось непростым. Так?

Он был стар, но голова у сапожника работала не хуже, чем у молодого. Опыт и ясный ум позволяли ему видеть очень глубоко.

— Я здорово влип, Мехраб, — признался Итар.