День дракона

Земляной Андрей

– Именно так, дамеди Танхиз.
– Подтвердил кивком головы Шем.

– Их армия в десять раз больше нашей… - спокойно, словно это не относилось к нему, произнес король Рэгир.
– Они раздавят нас, словно скорлупу от ореха.

– Может, договориться?
– донеслось из темноты угла.

– Кто там?
– Рэгир близоруко сощурил глаза в полумрак.
– А, это милейший дамеди Кибар… Вы пробовали договориться с крысами? Или с осами? Пока мы не устраним причину их прихода, они не уйдут.

– Но Палс ведь договорился?
–

не сдавался граф Кибар.

– Палс - это всего лишь горы и пустыни, кроме небольшого куска побережья. А Шендар - просто пустыня. Дальше объяснять?

Из угла донеслось тихое злобное сопение.

– Значит, не надо!
– удовлетворенно развел руками Рэгир и переключил свое внимание на Рея.

– А у вас, дамеди Ратонга-и-Гассари, есть план, как договориться? Хотя я предпочел бы, чтобы вы придумали, как нам продать свои жизни подороже…

В комнате воцарилось молчание.

– А если я предложу вам план, как загнать степняков назад?
– спокойно спросил Рей, глядя прямо в глаза королю.

– Если ваш план исполнится, то я на коленях поднесу вам мою шпагу, - произнес Рэгир скучным голосом, разглядывая почерневшие потолочные балки.

– Ну, зачем такие жертвы!
– усмехнулся Рей.
– Достаточно будет, если я попрошу вас оказать мне честь биться вашей замечательной шпагой в последней битве этой войны.

Краем глаза Рей заметил, как Кивилгар от удовольствия закатил глаза, и продолжил:

– Итак, сам план.

Он взял у своего адъютанта указку.

– Возможно, для вас это не совсем привычно. Способ, которым я предлагаю избавиться от степняков, несколько далек от привычных баталий с развернутыми знаменами и трубящими в трубы герольдами. Это просто работа. Иногда совсем некрасивая. Я полагаю, егеря дамеди Тенсарха смогут уничтожить горные тропы через все перевалы, кроме Анорис?

– Запросто, только зачем? Перевал Анорис все равно не завалить надолго, - ответил Тенсарх.

– А надолго как раз не надо. Пусть Айасс думает, что мы собираемся отгородиться от него. Завал на Анорис надо сделать поосновательнее, но эрданты его все равно разберут. И, естественно, выйдут вот сюда…

Рей ткнул указкой в то место на карте, где была обозначена долина.

– Узкая горная долина, где на вершинах можно установить пушки. Это, конечно, их не остановит, но пощиплет здорово. Тем более что все припасы и обозы пойдут той же дорогой.

Затем крепость на перевале Гротис. Там я полагаю задержать их подольше и с гораздо более серьезными потерями. В итоге они выйдут вот сюда. К Тебронну. Река здесь, насколько я знаю, сдерживается только дамбой.

– Вы собираетесь разрушить дамбу, которую строили пять поколений моих предков?
– нахмурился граф Теброн. И уловив молчаливый протест среди присутствующих, пояснил: - Да я не об этом. Как ее вообще можно сломать? Там же камень в добрых два эрсата толщиной.

– Если бы я точно не знал,

как это сделать, дамеди Теброн, то вообще не стал бы об этом говорить!
– устало сказал Рей.
– Но главное не это. Все, кто выживут в устроенном потопе, а их безусловно будет все равно очень много, подойдут к вашей крепости…

Армия Тенсарха отсечет их от возможностей обхода между рекой и горами, а Тегрин и Хенгар встретят степняков на рубеже Тебронн - Банси.

Будет их, по моим расчетам, еще тысяч пятьсот. Но это, согласитесь, уже не два миллиона. А главное, что на равнине, превращенной нашими трудами в сплошное болото, конница степняков будет лишена всех своих преимуществ - скорости и маневра.

– И последнее.
– Рей обвел всех присутствующих долгим пронзительным взглядом.
– Поверьте на слово. Шансов у степняков нет. Но каждый, кто попытается купить себе жизнь ценой предательства, будет уничтожен вместе с семьей. Это я обещаю лично.

Вечером того же дня, переживая подробности тяжелого разговора, Рей решил немного развеяться и посвятить остаток дня спокойному и неторопливому времяпровождению. Сидя во дворцовой библиотеке, Рей знакомился с удивительными по своей красоте и тонкости исполнения гравюрами с изображениями подвигов Рица Девятого, Короля всех Королей. Собственно король он был, судя по хроникам тайной канцелярии, так себе, и его подвиги большей частью были плодом буйного воображения придворных поэтов. Зато ему хватило ума и денег обласкать гениального художника Райдорха, который своим резцом и воплотил все эти поэтические экстазы.

Уже смеркалось, и бесшумные, словно привидения, слуги зажгли светильники в простенках между монументальных книжных шкафов. Рей встал, помассировал затекшую от долгого сидения шею и подошел к окну. На город со стороны моря надвигалась грозовая туча. Уже сверкали сполохи зарниц, высвечивая мгновенным фотоснимком широкие улицы столицы и спешащих поскорее укрыться в домах горожан. Над башней Кивилгара вертелся огромный ветряк, подзаряжающий энергоячейку. И, тут словно видение, в голове Рея предстала картина бьющей в генератор молнии и взрыва, разносящего в щепки всю башню…

Не накидывая плаща, сбивая по дороге зазевавшихся слуг и с треском распахивая двери он опрометью кинулся вниз.

Ему оставалось преодолеть последние метры перед массивными воротами башни, когда огромная молния залила пространство вокруг ярким электрическим светом. Тяжкий удар сотряс землю и чуть не сбросил Рея со ступеней. Почти вслепую он несся по коридорам, выбивая тяжелые двери и разрывая стальные засовы словно бумагу.

Он вырвал энергоячейку за долю секунды до того, как новая молния ударила в генератор на башне. Треск и вспышка на мгновение ослепили его, а потом он отполз в угол комнаты, укрывшись за металлокерамической броней синтезатора от полыхавшей в другом конце зала раскаленной плазмы.