День Диссонанса
Шрифт:
– Ха! Это всего лишь наглядный пример того, как опасно при найме работников чересчур доверять анкетам. Но теперь ничего не попишешь. Я принял его в ученики и привязался к нему, как и он ко мне.
– Чем же вы недовольны, старина? Полагаю, он весьма одарен.
– Одарен, мой мальчик. И прилежанием, и сметливостью, и тягой к знаниям.
– Звучит неплохо.
– К прискорбию моему, у него небольшая проблема.
– Какая?
Ответ Клотагорба был прерван громким невнятным проклятием, донесшимся слева – из соседней комнаты. Колдун печально указал головой на арку в стене.
– Да ты сам погляди, дружок, и поймешь, отчего моя жизнь обернулась
Пожав плечами, Джон-Том направился к арке. Чтобы не ушибиться, ему пришлось низко наклонить голову. Он настолько превосходил ростом обитателей этого мира, что испытывал из-за этого немало неудобств.
Раздался треск, затем шепелявый голос выкрикнул новое ругательство. Опасливо выставив перед собой посох, Джон-Том вошел в кладовку.
Вместительностью она не уступала ни Клотагорбовой спальне, ни прочим помещениям, которые каким-то немыслимым образом ухитрялись сосуществовать в стволе древнего дуба. Повсюду на полках и верстаках аккуратными рядами стояли горшки, жестянки, шкатулки и колбы со зловонными снадобьями. Осколки полудюжины склянок усеивали пол.
Посреди кладовки стоял, точнее, балансировал, Сорбл, новый подмастерье Клотагорба, – молодой филин ростом чуть ниже трех футов. Нарядом Сорблу служили легкий жилет и желто-коричневый килт клана Уле.
Приметив Джон-Тома, ученик гостеприимно помахал и ткнулся клювом в пол. Пока он пытался встать с помощью гибких кончиков крыльев, Джон-Том разглядел его желтые глаза, жутко испещренные багровыми прожилками.
– Здорово, Сорбл. Узнаешь?
Филин кое-как встал на ноги и замахал крыльями в поисках опоры. Утвердившись наконец возле верстака, он покосился на гостя и отозвался густым басом:
– Ну конечно, ужнаю. Ты… Ты чудо-перец… Или чудо в перьях…
– Чаропевец, – подсказал Джон-Том.
– Вот я и говорю. Нашколько мне ижвештно, ты иж иного мира, к которому хожаин обратилша жа помощью в борьбе против Бровеносной породы.
– Хозяину нездоровится. – Джон-Том прислонил посох к стене. – Да и ты неважно выглядишь.
– Кто-о-о, я?! – возмущенно воскликнул филин и отошел от верстака, почти не шатаясь. – Шпашибо, я прекрашно шебя чувштвую. – Он оглянулся на верстак. – Я прошто ищу одну шкляночку.
– Которую?
– Беж этикетки. – Сорбл заговорщицки подмигнул огромным, налитым кровью глазом. – Шелительный бальжам. Не для его древношти. Моя шобштвенная шкляночка. – Голос его вдруг зазвучал враждебно. – Нектар.
– Нектар? А я-то думал, совы любят мышей.
– Что? – взъярился подмастерье, и Джон-Том мысленно дал себе подзатыльник – нельзя ни на миг забывать, где ты находишься. Здешние грызуны так же разумны и полноправны, как и все остальные жители этого мира. – Да пошмей я шклевать хоть кушочек мыши, ее шородичи шражу явятша шуда и вждернут меня. И я доштанущь ящеркам да жмеенышам. Пошлушай, – произнес он мягче, – к этому волшебнику очень нелегко притеретьша. То и дело требуетша шмажка.
– То-то я гляжу, ты уже вмазал, – гадливо произнес Джон-Том. – Смотри, не ровен час, мозги через задницу выскользнут.
– Чепуха! Я полноштью владею шобой. – Сорбл повернулся, проковылял к верстаку, склонился и с минуту изучал его поверхность глазами, способными разглядеть муравья за сотню ярдов. Впрочем, сейчас эти гигантские зрачки трудились отнюдь не на пределе своих возможностей.
Укоризненно покачав головой, Джон-Том вернулся в спальню чародея.
– Ну-с? – со значением произнес Клотагорб. – Каково впечатление от нового подмастерья?
– Кажется,
– В самом деле? – сухо спросил Клотагорб. – До чего же ты наблюдателен, мой мальчик! Мы еще сделаем из тебя настоящего чаропевца. Да будет тебе известно, Сорбл почти не просыхает. Везет же мне на многообещающих учеников, на потенциально толковых помощников. К несчастью, Сорбл, при всех его достоинствах, еще и бражник. Доводилось ли тебе слышать о том, что я приказал ему ездить в город за припасами в наемной повозке, ибо всякий раз, когда он пробует лететь, это кончается ударом головой о дерево, и крестьяне привозят его обратно на телеге? В состоянии ли ты вообразить, как это раздражает величайшего из магов мира?
– В состоянии. Но почему вы его не излечите? По мне, так нет ничего проще и действеннее антиалкогольных заклинаний.
– Замкнутый круг, мой мальчик. Будь я покрепче, так бы и поступил, но сейчас никак не сосредоточиться. Когда тебе переваливает за двести, мозги чуток утрачивают гибкость. Я пытался – не далее как на прошлой неделе. Но эти метилы, этилы и чудилы нелегко заклясть, даже если ты в прекрасной форме. Видимо, по причине недомогания я приставил «ил» не к тому словечку. Обезвредил пойло Сорбла, но в результате беднягу так скрутило, что он едва не помер. Мне удалось его вылечить, только напоив в стельку. Так вот, дружок, чтобы вернуть себе прежнюю силу и сноровку, я должен принять лекарство, о котором говорил тебе. Иначе я буду вынужден испробовать хитроумное заклинание… Чего доброго, пропущу необходимую формулу, и в моей пентаграмме появится какой-нибудь опасный монстр. К тому же весьма и весьма сомнительно, что этот ушастый кретин, помогая мне, не перепутает порошки. Однажды он подсунул печеночник вместо латука, и в гости к нам пожаловал саблезубый кролик десятифутового роста. Пришлось наспех сочинить два уменьшающих заклинания, чтобы усмирить эту зверушку.
– Почему вы ее просто не выгнали?
– У меня нет необходимых ингредиентов, – терпеливо объяснил Клотагорб. – Иначе бы я воспользовался ими сейчас.
– Я поражен. Мне доводилось видеть, как вы делаете конфетки из дерьма.
– Медицина – штука куда более тонкая. Тут нужна абсолютная точность. Шоколад можно состряпать любой: молочный, горько-сладкий, белый, полусладкий – он все равно будет шоколадом. А во врачебной магии стоит лишь чуточку изменить заклинание, и получится смертельная отрава. Нет, дружок, мне нужно настоящее лекарство, и принести его должен ты. – Маг протянул дрожащую лапку. Джон-Том приблизился и опустился на край мягкого ложа.
– Понимаю, я поступил дурно, проникнув в запределье и перетащив тебя в этот неуютный мир. Но слишком уж велика была нужда. И в конце концов ты доказал мою правоту, хотя едва ли можно было на это рассчитывать. – Волшебник снова поправил очки. – Вопреки всем ожиданиям ты показал себя с наилучшей стороны.
– В основном благодаря случайностям. – Джон-Том осознал, что колдун пытается лестью сломить его упорство. Вместе с тем он ощутил, что весьма падок на лесть.
– Впредь нужды в случайностях не возникнет, если ты как следует займешься своей новой профессией. Учись хорошенько, нарабатывай навыки и внимай моим советам. И тогда в этом мире ты добьешься успеха. Не знаю, кем ты был в собственной стране, но здесь у тебя есть возможность стать мастером. Если только сумеешь подобрать упряжь для своего могущества и таланта.